Драконьи чары для попаданки

Абиссин Татьяна

Герцог увидел невесту во время обряда, и она ему сразу не понравилась. А вот девушка без памяти влюбилась в статного, высокого мужчину.

Она отчаянно пыталась привлечь его внимание. Роскошные платья, драгоценности, зелья, артефакты — ничего не помогало. Герцог менял любовниц, месяцами, не появляясь в спальне молодой жены.

К несчастью, все происходило при королевском дворе. Над герцогиней стали смеяться. Её унижали и фаворитки мужа, и его друзья.

Наконец, слухи дошли до короля. Ему не понравилось ни поведение родственника,

ни то, что в этом браке до сих пор нет наследника. Он вызвал к себе герцога и велел завести ребенка.

Раух замолчал, скрипнув зубами. А я от души пожалела его мать. Быть нелюбимой женой — нелегко, но еще хуже знать обо всех похождениях супруга. Злиться, ревновать, ненавидеть — и быть не в силах что-то изменить.

— «Завести ребенка»! Как домашнюю зверушку. Герцогу это не понравилось, но приказы короля не обсуждают. Ему пришлось вернуться к забытой жене, и, спустя год, на свет появился слабый и довольно болезненный мальчик.

Отец не любил меня. Не о таком наследнике он мечтал. Но мама всю свою нерастраченную нежность перенесла на меня. Она все реже бывала при дворе, и, казалось, смирилась с тем, что муж никогда её не полюбит. Главное, что он не полюбит и никого другого.

Но случилось невероятное. Когда мне было десять лет, в Ристании родилась девочка, ставшая Парой моему отцу. Герцог сразу почувствовал её появление, и, найдя ребенка, приказал перевезти его в свой дворец.

Он окружил малышку вниманием и заботой, часами просиживая у её колыбели. Он играл с ребенком, общался, заваливал её подарками. Таким счастливым я никогда его не видел. Казалось невозможным, чтобы этот холодный, пресыщенный человек, по-настоящему влюбился.

Герцог почти сразу же начал говорить о разводе. За мою мать никто не вступился, ведь связь Пары важнее. Ей приказали покинуть дом, где она провела столько лет, и забыть о том, кого она любила.

— И что было дальше?

— Дальше, — криво усмехнулся Раух. — Как-то утром мама зашла в мою комнату и крепко обняла меня. А потом отправилась в покои, где жила её соперница. Она взяла ребенка из колыбели, и, превратившись в дракона, поднялась высоко в небо. А затем, сложив крылья, камнем бросилась вниз.

Я прижала ладонь к губам, сдерживая крик.

— Отец недолго прожил после гибели своей избранницы. А на меня легла тень позора моей матери. Никто не жалел её, не думал о том, сколько боли и страданий она перенесла. Она стала преступницей, убившей из ревности не только себя, но и двоих, предназначенных друг другу, людей.

Я молчала, не зная, что сказать.

— Как видишь, у меня веская причина не любить партнерство, — закончил Раух. — Из-за него я потерял и отца, и мать. Если бы та девчонка не родилась…

«Твоя мать сама выбрала смерть, — хотелось крикнуть мне. — Ей не повезло с мужем, но причем здесь ребенок? Девочка и не знала, что разрушит чью-то семью».

— Мне жаль, — тихо сказала я, когда молчание стало невыносимым.

— Это было

давно, — произнес герцог, снова превращаясь в спокойного и хладнокровного человека. — Не стоит меня жалеть, Мирабель, лучше подумайте о себе. Я не позволю вам с принцем воссоединиться, скорее, я убью вас… или его.

Резко вскочив, я бросилась к выходу из комнаты, провожаемая хриплым смехом герцога. На пороге я едва не столкнулась с мужчиной в темном костюме, который низко мне поклонился.

«Эйрик, — вспомнила я. — Секретарь герцога, тот, что принес розы мне и госпоже Ренси». Казалось странным, что я так хорошо запомнила его лицо после единственной встречи. Или я еще где-то его видела?

Мысль мелькнула и исчезла. Пройдя по пустому коридору, я направилась к себе в комнату. Мне хотелось подумать в одиночестве обо всем, что я узнала.

Мне стала понятна ненависть герцога Рауха к Парам. Он считал их счастье незаслуженным, более того, они напоминали ему о трагедии, случившейся с его матерью. Ему было мало уничтожить принца или меня, ему хотелось, чтобы сама идея партнерства исчезла. Перетянув меня на свою сторону, он мог бы этого добиться. Даже если бы о его триумфе никто не узнал.

Я сидела на подоконнике, бездумно глядя в окно, когда в дверь постучали. Посетителем оказался Лорес.

— Вы не заболели, Мирабель? — с тревогой спросил он. — Почему вы не пошли на занятия?

Я коротко рассказала ему о встрече с Раухом.

— Плохо, — вздохнул целитель. — Я надеялся, что у нас есть хотя бы год.

— Герцог не смирился с поражением. И он знает о том, что я пришла из другого мира. Что, если он выдаст меня, Лорес?

— Вряд ли это входит в его планы, — успокоил меня целитель. — Герцог хочет жениться на вас. А если станет известно о вашем прошлом, вы перейдете под опеку короля и ведущих магов. Девушка из другого мира, обладающая старинным артефактом, важна для Ристании.

Я подумала, что осколок статуэтки — еще одна причина для Рауха, чтобы не выпускать меня из рук. Или уничтожить, если я все же выберу принца.

— Не переживайте, Мирабель. Сейчас вы находитесь под защитой Академии.

— А если мне придется уехать? И я снова столкнусь с герцогом?

Лорес неожиданно улыбнулся.

— Я кое-что придумал, Мирабель. Один из магов Академии собирает старинные книги. Он с удовольствием обменял на них эту вещицу.

В руках Лореса появилось большое гусиное перо.

— Если вы сломаете его, Мирабель, откроется портал. Вы сможете сбежать даже из королевской темницы. Но перо можно использовать только один раз.

Я спрятала артефакт в сумочку, которую носила на плече.

— Спасибо, Лорес. Вы столько для меня сделали. Даже отдали любимые книги.

— Бросьте, Мирабель, — рассмеялся целитель. — Благодаря вам я вернулся в Академию, и, возможно, напишу работу, которая меня прославит. Моя жизнь стала куда интересней с той минуты, как мы встретились.