Шрифт:
Глава 1
В первой городской больнице стояла тишина. Десятый сон видели пациенты в палатах, мирно спали врачи на рабочих местах. Даже новый охранник дал слабину и тихо похрапывал на пустом кроссворде. Именно поэтому резкий звук тормозов совершенно не вписывался в картину сладкой дрёмы, окутавшей всё здание.
На улицу выскочили двое. Полностью в чёрном, крупные и слишком обеспокоенные. Оба подошли к задней двери авто и вытащили третьего. Тот был явно без сознания. Ноги его не держали, а голова неестественно повисла
На втором этаже больницы зажегся свет. Маша, разбуженная, непонятным шумом, протёрла глаза и вышла из ординаторской. Видимо, Виктор Семёнович снова встал ночью по нужде и забыл дорогу до своей палаты. Девушка пошла на шум, прогоняя зевоту, и была крайне удивлена, когда её лоб уперся в холодное и твердое … дуло пистолета.
– Только пикни.
Маша шумно сглотнула. По телу прокатилась дрожь, а руки сами собой жалобно поднялись вверх. Вся её скудная жизнь в тридцать два года, как говорится, пронеслась перед глазами. Один из бандитов всё еще держал её на мушке, а второй двумя пальцами подцепил бейджик и притянул к себе.
– Хирург. То, что нужно.
Первый тряхнул пистолетом в сторону еще одно присутствующего. Парня, взвалившегося на тела двух других, Маша увидела не сразу. Оно и понятно, наставленное дуло привлекло всё внимание.
– Ему нужна помощь.
Страх за собственную жизнь отступил на второй план и вперед вышли отработанные рефлексы. Как бы девушка не проклинала день поступления в медицинский, свою работу она знала хорошо. Она жестом велела уложить мужчину на ближайшую кушетку и осмотрела ранение. На груди чернела татуировка дракона, пробитая в зоне пасти. Кровь с хлюпаньем вытекала из рваной раны. Чуть обугленные края рубашки говорили о том, что стреляли в упор. Это плохо.
– Шальная пуля?
Мужчины синхронно кивнули.
– Везите его за мной.
Вся компания быстро двинулась по коридору в направлении операционной. Звук каталки мог разбудить парочку мучавшихся бессонницей пациентов, но в коридор так никто и не вышел, поэтому компания без труда добралась до нужной двери. Мужчину переложили на операционный стол.
– Только предупреждаю. Если что, подстрелим, как овечку. И глазом не моргнёшь.
– Угрозы – это лишнее. Я в первую очередь врач, а это – тяжело раненый человек, который скоро перестанет дышать. Поэтому выйдите и дайте мне заняться своей работой.
Не дожидаясь каких-либо действий, Маша вытолкала бандитов вон и начала готовить всё необходимое. Хорошо бы позвать в помощь второго врача, или хотя бы медсестру, но что-то подсказывало девушке, что это идея может закончиться плачевно. Да и времени у истекающего кровью мужчины оставалось всё меньше и меньше.
Двери операционной бесшумно закрылись, храня таинство борьбы за жизнь от посторонних глаз. Кто бы мог подумать, что здесь и сейчас в руках Марии Владимировны Станиной жизнь не только раненного
Мария вышла из операционной через несколько часов и закурила сигарету прямо в коридоре больницы. Эта дурная привычка давно ушла из её жизни, но сейчас, после жесткого адреналина очень хотелось почувствовать в легких табачный дым. Её руки слега тряслись, просыпая пепел на больничный кафель.
– Вы привезли стойкого парня. Пациент стабилен, но большая кровопотеря дает о себе знать. Я так понимаю, после операции вы планировали сразу же забрать его от сюда?
Двое синхронно склонили головы в знак согласия. Маша неодобрительно цокнула языком.
– Как он ухитрился схватить пулю, я, конечно, спрашивать не должна.
Снова кивок.
– И на вопрос, сможет ли этот юноша остаться в больнице, тоже получу отрицательный ответ.
Кивок.
– Хорошо, тогда забирайте. Больше я ему ничем помочь не смогу, а через несколько часов уйти незаметно у вас вряд ли получится.
Маша затушила бычок и, пошатываясь, направилась в ординаторскую, в надежде подремать еще несколько часов. Ночка выдалась непростая.
Глава 2
– Мама, просыпайсяяя.
Маша протёрла глаза и охнула от резкого удара в печень.
– Доченька, а давай мы не будем прыгать по маминому животу, а то мамочка испачкает диван.
Маленького чертёнка такой аргумент не убедил, поэтому через секунду она снова скатилась со спинки дивана прямо на Машу.
– Дочааа.
–Ну мааааам. Мы с папой давно проснулись! И ты вставай.
У Маши просто не осталось выбора. Когда дочь начала таскать табуретки из кухни, девушка поняла, что скоро её начнут атаковать с башни из стульев.
– Пошли чистить зубы, чертёнок.
Маленькой Ане пять лет. Она светловолосая в маму и голубоглазая в папу. Её неугомонный характер – единственное, что способно свести кого угодно с ума за десять минут. За полгода от Ани сбежали три няни. Сейчас она испытывает нервы юной студентки Оли, которая вот-вот должна появиться на пороге квартиры.
Маша подхватила дочку на руки и увлекла на кухню, кружа в их выдуманном танце. Не смотря на непоседливость, Маша никогда не встречала таких идеальных детей. Может она необъективна, но судьба одарила её золотой дочкой.
Из спальни раздался кашель. Девочки замерли, нервно вслушиваясь. Этот кашель стал черной стороной их жизни два года назад, когда Марку, главе этого небольшого семейства, диагностировали рак легких. С того самого дня Маша и бросила сигареты, решив, что риск оставить Аню сиротой слишком велик.
– Давай ка приготовим папе завтрак.
Аня довольно хлопнула в ладоши и унеслась в спальню к Марку. Маша же подготовила любимый фартук дочери, достала сковороду, молоко и два яйца.
– Ну и что заказывает наш постоянный клиент?