Дракон в Драконьем городе

Такаранов Ник

Тем временем была успешно обезврежена закладка на одном из стержней Нижнего берега. Оставалось всего три возможности уйти из этих подземелий с солидным заработком и воин с удвоенным рвением рвался за командиром, к которому был закреплён, в стремлении отыскать вожделенное.

Наконец судьба сжалилась над невезучим аристократом и именно их отряд следующим отыскал окопавшихся у стержня культистов. Бой вышел скоротечным и кровавым. Из небольшого подразделения, отправленного на зачистку катакомб, на ногах остались стоять четверо. Чародей находился в беспамятстве, тяжело раненный в непривычных боевых условиях, где плохо работала магия. Представитель церкви лежал на боку, выжав себя досуха в попытках сохранить столько жизней, сколько было возможно.

Викт, подворачивая задетую в стычке ногу, подошёл ко входу в относительно небольшое

помещение, где вокруг восьмигранной широкой колонны из неизвестного металла лежали семь стеклянных сфер тридцати сантиметров в диаметре. Внутри каждой находилась крупная чешуя, по виду похожая на драконью, какой её описывают в старых трактатах. Комната утопала в перламутровом сиянии.

– База, приём, на связи двадцать четвёртый отряд. Мы нашли стержень. Повторяю, мы нашли стержень. Как слышно? – проговорил в амулет командир, поворачиваясь в сторону прохода, из которого они пришли.

– База на связи, приём, - с шипением донеслось из амулета, - Удерживайте позицию, мы высылаем к вам отряд чародеев.

В это время один из поверженных культистов, притворявшийся убитым, встал и, пока двое бойцов сидели, прикрыв глаза, а командир и Викт смотрели в другие стороны, покачиваясь, побежал к последнему. В последний момент Виктим заметил атакующего, но сделать ничего не успел: тот сходу насадился на выставленный вперёд клинок и втолкнул солдата в заминированную комнату.

– Да Здравствует Империя! – на последних остатках вытекающей жизни прохрипел улыбающийся безумец и мир затопил яркий свет. Последующего грохота невезучий солдат седьмого прикомандированного к крепостной стене Драконьего города батальона Викт Барен уже не слышал.

Глава 21

Сильный толчок сотряс подземелье. С потолка посыпалась каменная крошка. Чуть позже к нему приложился далёкий строенный грохот, идущий со стороны Нижнего берега. Реджинальд понял, что он не успел. Действовать надо было быстро. И потому император, наплевав на правила приличия и этикета, резко шагнул в сторону Эдельвейса и, схватив того за грудки, склонился над ним:

– Слушай сюда, Клаус, в столицу какого-то Гракха раньше времени заявилась моя жена а у нас чрезвычайное положение, - без экивоков начал он, будто бы вернувшись в своей манере общения в то прошлое, где гонял монстров мечами по пещерам и подземельям в компании таких же как он молодых авантюристов, - Сейчас она в дворцовом саду с моим младшим сыном и я не знаю как её защитить! Ты это понимаешь?! Я не буду просить тебя как твой император: знаю, тебе на это плевать. Прошу как любящий отец и муж, чьи родные сейчас в смертельной опасности. Помоги. Пожалуйста. И я сделаю всё, что ни попросишь. Хочешь стать императором? Ты им будешь. Но помоги сначала спасти моих людей и мою семью. Большего я от тебя требовать не могу. Не имею права. Теперь ты доволен?! – Реджинальд тяжело дыша откинул от себя полуэльфа. Глаза правителя сияли золотом драконьих глаз, на скулах играли желваки. Император был серьёзен, как никогда.

Опальный боевой магистр(9) задумчиво посмотрел на своего номинального сюзерена, а после аккуратно встал, бережно отряхиваясь, будто Реджинальд своей отчаянной хваткой умудрился как-то его замарать. Когда он, по своему разумению, привёл себя в порядок, то снова посмотрел в глаза Императору. От прежней смешливости в перемешку с презрением не осталось и следа. Создавалось ощущение, будто и не пьянствовал этот полукровка последние три десятилетия, глуша в алкоголе чувство утраты и разочарование в собственной стране.

– Знаешь, Реджи, - наконец заговорил он, - По-хорошему бы надо тебя послать и отправить самого разгребать те проблемы, в которых ты увяз. Но «сделаю всё что ни попросишь»? Заинтриговал. Только мне твоя империя даром не сдалась. Это твои игрушки, а я найду дела поинтереснее. Сам.

– Что ты хочешь?
– глухо отчеканил император.

– У меня есть сын. Я оставил в прошлом многое, совершил огромное количество ошибок, но дети не должны страдать за грехи своих родителей. Я люблю его. Очень люблю, - по безэмоциональному лицу полуэльфа скатилась такая чуждая казалось бы слеза, - Может я ошибся, когда забыл о дочери, душу которой пережёвывают трущобы, но хотя бы сына я хотел от этого оградить. Я медленно старею, ты должен меня понять, и её не миновала участь долгожителя, но Марс... Когда он родился, выяснилось, что его кровь в большей степени

человеческая, чем эльфийская, и ему не просуществовать в этом мире долго. Я тогда в первый раз осознал, что могу пережить своих детей. А потом решил: будь что будет, какой бы тварью я ни был, какой бы тварью я ни стал, его это никогда не коснётся. Когда он немного повзрослеет, я возьму его с собой из этого проклятого богами города и он пойдёт по пути вольного воина. Два года и я бы взял его с собой. Два года! А потом те, кого ты своим попустительством взрастил в самом сердце моей страны, похищают Моего сына и я не могу его найти, - доверительно прошептал на ухо Реджинальду Клаус, - Как ты сможешь исправить такое? КАК?!!! – раненым зверем взревел он, отбрасывая императора вспышкой магии, которую не должны были пропускать расколовшиеся напополам кандалы и пошедшая трещинами камера, - Делай что хочешь, но я должен его найти. Твоей «беде» - желчно усмехнулся магистр(9), - я помогу, но пообещай мне. Слышишь?! Пообещай мне, Реджинальд II, владыка Центральной Империи людей, что я увижу его живым. Дай слово Короля этого никчёмного Королевства и вернее слуги ты не сыщешь.

– Я... – сглотнул ком в горле оторопевший Реджинальд, - Я даю слово Императора, что ты увидишь своего сына. Живым или мёртвым. И те, кто забрал его у тебя умрут. Моё Слово, - глаза императора зажглись золотом, который раз за этот вечер подтверждая произнесённую клятву. Клаус поморщился в ответ на вольную интерпретацию.

– Ну, для начала сойдёт и так. Своим дворцом займёшься сам. Это твои владения. Я займусь городом. Ты знаешь, как меня позвать.

– Надеюсь, до этого не дойдёт, - криво улыбнулся Реджинальд.

***

Двери зала распахнулись и к взволнованным гостям в спешке вошёл император. Его костюм не соответствовал вечеру, но в текущих реалиях это мало кого волновало.

– Дамы и господа, - с порога начал он, - Свершилось то, чего я опасался и то, ради чего я столько дней собирал Вас в этих стенах. Вы мои самые способные, сильные и верные люди. Империя нуждается в Вас. Враг стоит у наших ворот. Последние несколько дней бойцы нашей доблестной армии рыскали по подземельям столицы, убивая предателей-ренегатов, помогающих вторженцам изнутри. Мы смогли защитить пять из восьми башен резонаторов, обеспечивающих постоянство барьера, заложенного прародителем, но враг оказался быстрее. Сейчас три восьмых барьера над столицей перестали действовать. Неприятель атакует нас со стороны Нижнего берега. Скоро он будет здесь. Своей властью я призываю всех, кто может держать оружие, присоединиться ко мне в защите Драконьего города. Правда за нами! И отступать нам некуда, - добавил император чуть тише, - Сражавшиеся достойно возвысятся! С честью выдержавшие эту битву войдут в историю. Не прячьте сердца и я возглавлю Вас, дабы одолеть тех, кто посмел вторгнуться на наши земли!!!

Гости, поначалу настороженно слушавшие своего правителя, постепенно проникались воодушевляющей речью своего Императора. Конец его слов потонул в слитном человеческом рёве. Секундой позже рёв повторился. Другой: низкий, звериный, отдалённый, но хорошо слышимый. Злобно торжествующий. Упавшие от небольшого землетрясения гардины позволяли свободно любоваться ночным небом и все желающие могли увидеть, что происходило на территории столицы.

Над трущобами Нижнего берега поднимались дымы пожаров и потому та часть неба была неплохо освещена. И в небе этом царили увы не звёзды. Два огромных рогатых змея – огненно красный с ветвящимися рогами и седой, один рог которого был обломан, обманчиво медленно парили над замершим в зарождающемся кошмаре городом. Один из них попутно раскрывал пасть, из которой, словно в детской сказке, вырывались струи огня, плетями хлеставшие городские кварталы. Гости поражённо молчали. Из оцепенения их вывел спокойный и собранный голос императора:

– Я не прошу Вас драться с Ними. Догадываюсь, что эти твари пришли не одни. Помогите нашим воинам с их прихвостнями, а драконов я возьму на себя. В моей оружейной Вам выдадут всё, что понадобится. За мной, - закончил он и, повернувшись, в звонкой тишине зала направился на выход. Спустя пару секунд гости, кто осторожно, а кто решительно, последовали за ним.

***

– Гектор.

– Да, отец.

– Видит Люмен, я не хотел брать тебя в столицу, и если бы не твои с матушкой просьбы, и не взял бы, но случилось то, что случилось и поэтому сейчас ты слушаешь меня и не возникаешь. Ты меня понял?