Дракон против Богов. Том 2

Голд Алекс

— Все вон! Теперь это мой дворец! — рявкнул я, заставив осиротевших развратников синхронно вздрогнуть. Они перепугано взирали на меня, но с места так и не сдвинулись. Млять… — Живо! — прорычал я и для убедительности дыхнул огнем.

Залп, конечно, получился слабеньким, но для местных, которые со столь сильной магией в принципе

не сталкивались, и этого хватило. Кто-то испуганно вскрикнул, остальные подхватили, засуетились и все дружно ломанулись к выходу в потоках нарастающей паники. Да, мой поступок мог стать причиной ненужных жертв, но сейчас время играло против нас. По стенам уже начали расползаться трещины, с потолка посыпалась штукатурка. И хотя я понимал, что даже спасенные последователи, после смерти своего божества, уже обречены, наблюдать за тем, как они гибнут под обломками, мне совсем не хотелось. На душе было скверно, но в тот момент, было вовсе не до самобичевания и душевных терзаний. Убедившись, что зал опустел, я вернулся в соседнее помещение, где рядом с телом демонессы, парила встревоженная Ясколка. Мельком взглянув на нее, сдержанно улыбнулся и подошел ближе.

— Уходим, — обронил я, аккуратно поднимая Чиу с полу на руках.

Эльфа лишь кивнула и поспешила за мной к выходу. Не знаю почему, но я не смог оставить крылатую в этом гнезде похоти и разврата. Она этого явно не заслуживала…

К тому моменту, как мы выбрались из ажурного дворца, местные умчались уже довольно далеко. Среди ветвей деревьев, с которых стремительно опадала листва, превращаясь в пожухлые ржавые хлопья, я заметил, как они уже подбегают к мосту и переправляются на материк. Хорошо…

С противным скрежетом, который отдаленно напоминал протяжный сдавленный стон, обитель разрушилась, и от прекрасного ажурного дворца остались лишь ржавые руины. А еще через несколько минут и магия Шатти окончательно развеялась. Некогда дивный остров, превратился в отвратительное

парящее плато, усеянное кривыми и уродливыми остовами деревьев, которые больше походили на торчащие из земли искаженные и проржавевшие куски металла. От цветущего сада с пьянящим ароматом, осталось лишь одно небольшое деревце на самом краю, которое совершенно не вписывалось в нынешний облик рухнувшей и опустевшей обители. Именно под этим живым воплощением красоты мы и похоронили Чиу.

Уже позже, стоя у свежей могилы, я думал о том, что, возможно, за долгие годы некоторые последователи все же стали чем-то большем, чем просто порождением божественной воли? Может, в ком-то из них все же зародилась собственная искра жизни? Частица души? Сиффир, Рюо, Суо, Чиу, да и многие другие жители. Все они не выглядели безвольными куклами. Было в них что-то живое, настоящее. Глубоко вздохнув, я покачал головой. Это были опасные мысли. Они зарождали во мне сомнения и предательское чувство вины, вели к саморазрушению. Я понимал это, а потому с трудом, но все же отогнал их прочь, запретив себе даже вскользь думать об этом и пытаться понять, что скрывалось в самом сердце, у истоков этого мира, под прогнившей, липкой и отвратительной божественной паутиной, которая оплела все, до чего смогла дотянуться. Не я начал эту жестокую войну… Всевышние безжалостно, ради собственной забавы, уничтожили целый мир, желая показать свое превосходство и наказать простого смертного в моем лице, якобы нарушившего их запреты. А после еще и втянули меня в свои мерзкие интриги, надеясь моими руками устранить конкурентов и добиться единоличной власти. Что ж, прекрасно! Я принял правила игры и зашел слишком далеко, чтобы сворачивать с выбранного пути. И, как бы ни было тошно, но на этом пути не осталось места для сомнений, сожалений и угрызений совести…