Дракон и раб
Шрифт:
Мгновение в бараке царила тишина. Потом рабы начали переговариваться – по двое, по трое.
– Если это подвох, – негромко сказал Джек, обращаясь к Флеку, – я позабочусь о том, чтобы ты первый попал под огонь бруммг.
– Это не подвох, – так же негромко ответил Флек. – Здесь в последнее время происходят странные вещи. Странные отпечатки ног в грязи. Странная суета бруммг по ночам. Кто-то аккуратно прорезал в изгороди тоннель.
Должно быть, Джек переменился в лице, потому что Флек вдруг улыбнулся.
– О да, я все знал.
Он чуть мотнул головой в сторону Ноя.
– А потом Ной вернулся из изолятора с рассказами о золотом драконе.
– И как ты думаешь, что все это означает? – Джек постарался задать вопрос ровным голосом.
– Может, он всего лишь принял желаемое за действительное, – резко ответил Флек, – а может, ты просто жулик. Может, ты играешь на старых легендах, используя их против легковерных типов, таких, как Маскрак, которые в чем угодно готовы увидеть предзнаменование. Может, ты всего лишь пытаешься использовать нас в качестве прикрытия, чтобы ускользнуть потом в одиночку. – Он помедлил, не сводя глаз с Джека.
– Я пришел, чтобы забрать Ноя, – ответил Джек. – Я просто подумал, что остальным тоже хотелось бы отсюда выбраться.
Флек тихо фыркнул.
– А может быть, ты такой хороший жулик, что способен казаться искренним... каким и кажешься сейчас.
В душе Джека шевельнулся гнев. Он рискует жизнью и свободой ради этих людей. Согласно воинской этике к'да, о которой все время лепечет Дрейкос. А у Флека не выходит из головы, что он может оказаться жуликом?
– Послушай, Флек...
Флек остановил его, подняв руку.
– Я знаю только, что до того, как ты тут появился, ничего странного здесь не происходило, – сказал надсмотрщик. – И еще...
Он посмотрел на Ноя.
– Еще я знаю, что малыш ни за что не сумел бы сочинить такую поэму сам. Никогда. Здесь происходит что-то важное, и я хочу не упустить свой шанс.
Его взгляд буравил Джека.
– Просто помни вот что. Я отвечаю за этих людей. Моя работа – позаботиться, чтобы бруммги их не трогали. И если ты болтаешь попусту... Ты меня понимаешь?
Джек сглотнул.
– Отлично понимаю.
– Джек, можно перемолвиться с тобой словечком? – прошептал Дрейкос ему на ухо.
Джек сделал глубокий вдох.
– Я выйду на секунду, посмотрю, как там снаружи, – сказал он Флеку. – Сейчас вернусь.
Он чувствовал, что рабы не спускали с него глаз, пока он шел к двери. Может, гадали, не бросит ли он их, если выйдет отсюда в одиночку.
Хорошо. Может, этот небольшой нажим заставит их наконец решиться.
Джек почти приготовился увидеть снаружи полукольцо вооруженных бруммг. Но все было тихо.
– Я знаю, о чем ты думаешь, – заявил он, прежде чем дракон успел что-либо сказать. – И – да, это глупо: доверять Флеку. Но насколько я могу судить, с ним все в порядке.
– Согласен, – спокойно ответил Дрейкос. – Будь он на стороне бруммг, у него не было бы никаких
– Если только это не западня. – Джека ошеломила внезапно пришедшая ему в голову мысль. – Может, Лиссса вовсе и не шпионка!
– Нет, – ответил Дрейкос. – Раньше я об этом не думал, но когда она пришла к «сковородке», чтобы предложить тебе еду, я не почуял на ней никакой краски. А ведь она сказала, что ее высочайшество привезла ее в дом, чтобы раскрасить.
Верно, – кивнул Джек. Теперь, когда Дрейкос об этом упомянул, он вспомнил, что тоже не почуял никакой краски. – Итак, она все же шпионка. Ладно. Так о чем ты хотел со мной поговорить?
– Я только хотел узнать, понимаешь ли ты, какие сложности повлечет за собой твое намерение привести с нами большую группу рабов, – сказал дракон.
Джек искоса посмотрел на него.
– Я думал, ты еще больше меня ненавидишь рабство.
– Я не говорил, что не одобряю твоего решения, – слегка обиженно ответил Дрейкос. – Я просто спросил, учитывал ли ты, какие сложности оно за собой повлечет.
За спиной Джека открылась дверь, и через порог шагнул Флек – за ним теснилось несколько рабов.
– Все решено, – сказал Флек. – Мы идем.
У Джека перехватило горло. В столовой сто пятьдесят рабов, и только двадцать решили отправиться с ним.
– Это все?
– Жизнь внутри кольца стен им знакома, – мрачно сказал Флек. – А жизнь снаружи незнакома. Что еще можно сказать?
– Даже если эта знакомая жизнь – рабство?
– Наш отряд перед тобой, – сказал Флек. – Хочешь – прими его, хочешь – отвергни.
Джек оглядел всех рабов. Среди них были парприн Маскрак, и Маэрлинн, и Ной, и даже Греб с Грибом. Джек вспомнил, как в самую первую ночь, которую он провел в колонии рабов, Маэрлинн сказала, что близнецы джантрисы, никогда не знавшие другой жизни, кроме рабства, счастливы под пятой семьи Чукок. Однако они были здесь.
В голове Джека мелькнула одна из любимых поговорок дяди Вирджила: «Не будете как дети – не войдете в Царство Небесное». Конечно, дядя Вирджил обычно говорил это, имея в виду какое-нибудь незаконное мероприятие, во время которого Джек должен был проникнуть обманным путем в некое хорошо упакованное банковское хранилище. Но в данном случае эта поговорка подходила еще лучше.
– Конечно, я вас принимаю, – сказал Джек.
– Хорошо, – ответил Флек. – Каков наш план?
– Диверсия, – шепнул Дрейкос Джеку. – Планер.
Джек нахмурился.
Ему бы очень хотелось, чтобы Дрейкос перестал бросать эти короткие загадочные реплики.
– Давайте будем делать все по порядку, – сказал Джек. – Насколько я понимаю, в нашем распоряжении имеется планер?
Флек удивленно заморгал.
– Ты о нем знаешь?
– Конечно, – ответил Джек, стараясь говорить небрежно. Наверное, Дрейкос нашел что-то такое во время одной из своих ночных прогулок. – Вопрос в том, откуда о нем знаешь ты?