Драгоценный дар
Шрифт:
— Как я могу его забыть? — Пич не понимала, зачем мать напоминает ей о таких неприятных вещах, когда она и так чувствует себя ужасно.
— Когда вы в тот вечер вернулись домой, я вас обманула, но это была ложь во спасение. Я сказала, что мы с Бертом решили пожениться как можно скорее. — Белла наклонилась поближе и понизила голос: — Правда заключается в том, что если бы я ждала, пока Берт сделает мне предложение, то к тому времени, когда он решился бы на это, мы с ним уже катались бы в инвалидных креслах по дому для престарелых. Я спросила у него, хочет ли он на мне жениться,
— Не может быть! — ахнула Пич.
— Очень даже может. Я хотела дать Берту понять, что говорю серьезно.
— Мама, ты потрясающая женщина.
— А ты моя дочь.
— То есть?
— То есть ты не должна была выпускать Ари из своих рук.
— Она права, — заметил Берт, появляясь в гостиной подобно добродушному джинну. — Откровенно говоря, Пич, ты меня разочаровала. Я не думал, что ты не справишься с Ари после того, как так решительно расправилась с Синди.
— Как ты думаешь, он говорил правду, что вернется?
— О, он обязательно вернется. Когда-нибудь. Беда в том, что нельзя точно сказать, сколько ему потребуется времени, чтобы отыскать того негодяя, который убил Хелен. И в процессе поисков Ари может попасть в беду.
— Ты считаешь, что ему грозит опасность?
— Трудно сказать. Не помешает, если кто-нибудь будет прикрывать его тыл.
— А я могла бы быть этим человеком?
— Конечно, могла бы, — вмешалась Белла. — В последние несколько дней мы с Бертом только об этом и говорим.
— Но я же не репортер, занимающийся журналистским расследованием, — выпалила Пич. — У меня даже нет диплома об окончании колледжа.
— Вести журналистское расследование нельзя научиться в колледже, — возразил Берт. — Преподаватель может научить, как исследовать вопрос и как написать статью. Но никто не в состоянии дать тебе нюх на новости. Нельзя научиться инстинкту по книгам. С ним рождаются.
Белла поддержала Берта:
— Ты с самого начала раскусила Рэндольфа Сперлинга. И сомневалась насчет Синди за много месяцев до того, как она показала себя во всей красе.
Пич была чересчур сосредоточена на собственном подходе, который гласил, что она слишком стара для Ари, слишком непривлекательна, слишком неопытна в постели и вне ее, чтобы его удержать. Она была так несчастна, что даже не пыталась посмотреть на ситуацию под другим углом зрения.
— Вы заставили меня задуматься.
— Ты только и делаешь, что думаешь, с тех пор как он уехал, — заявила Белла, — и это ничего тебе не дало. Пора не думать, дорогая. Действуй!
— Это не так-то просто.
— Это ты все усложняешь.
— Каким тебе показался Ари, когда ты с ним разговаривала? — спросил Берт.
— Не знаю. Наверное, одиноким.
— Конечно, ему одиноко. — Берт с удовольствием принялся объяснять особенности мужской психики. — Любому мужчине одиноко жить в номере отеля
— Если бы только я была уверена, что это так. Но мужчина не уходит от женщины, которую любит.
У Берта был такой торжественный вид, словно он сейчас изречет древнюю истину.
— Еще как уходит, так всегда бывает. Некоторые мужчины лучше сбегут на край света, чем свяжут себя обязательствами.
Пич склонила голову к плечу и посмотрела на него, думая о том, каким чудесным отцом он мог бы стать. Она почти жалела, что он не был ее отцом.
— Ты знаешь Ари лучше, чем кто-либо другой. Как ты считаешь, что мне следует делать?
— Ситуация требует решительных действий, таких, которые потрясут Ари до основания и заставят заново пересмотреть все взгляды на жизнь, — ответил Берт.
— Какие именно взгляды?
— Ари получил очень старомодное воспитание. Его отец приносил домой деньги, а мать покупала на них еду. Хоть он и принимает женское равноправие на интеллектуальном уровне, но в глубине души считает, что долг мужчины — защищать свою подругу и оберегать от бед.
— Как мне заставить его изменить свое мнение?
— Это твоя задача, Пич, не моя, — ответил Берт.
Нашел время проявлять сдержанность, разозлилась Пич, потом с надеждой посмотрела на мать. Белле столько довелось пережить. Она так хорошо разбирается в жизни вообще и в мужчинах в частности. Наверняка у нее есть ответ, необходимый Пич.
— Как ты считаешь, мама? Что мне делать?
Белла лучезарно улыбнулась в ответ:
— Загляни поглубже в свое сердце, дорогая. Только там ты найдешь ответ.
Пич совершила поступок, который еще год назад сочла бы непростительным с точки зрения приличий. Она быстро поела и убежала. Но она знала, что Белла и Берт ее поняли. Она провела большую часть ночи, стараясь заглянуть в глубину своего сердца, как советовала ей Белла. Но не увидела там ничего, кроме Ари.
Под утро у нее перед глазами все расплывалось от недосыпа, но она давно уже не чувствовала себя такой счастливой: теперь она знала, что надо делать. Пич составила план действий так же тщательно, как генерал перед началом сражения, и следующие две недели претворяла его в жизнь. Хотя они с Ари разговаривали каждый вечер по телефону, она ни разу не упомянула о своих намерениях. Неожиданность была важной частью ее плана. В одну прекрасную пятницу Пич прикатила в Скоттсдейл, сняла номер в отеле, где жил Ари, отнесла багаж в свою комнату и выложила одежду, которую собиралась надеть.
Окинула пристальным взглядом свой новый наряд, произнесла «Отпад!» и вернулась к своему «ягуару» и прицепу, который тащила за собой от самого Хьюстона. Разгрузив его, Пич вернула прицеп на ближайшую станцию для обратной транспортировки.
К пяти часам, к тому времени когда Ари обычно звонил ей на работу, она была уже готова. И спряталась в холле за пальмой в кадке ждать его возвращения. Сердце ее забилось быстрее, когда она заметила знакомую фигуру, освещенную со спины солнцем. Через мгновение Ари широким шагом вошел в холл отеля.