Дозорный
Шрифт:
Софи он застал за туалетом.
— Мы отправляемся в гости, — сказала она, поворачиваясь к Алексу спиной, чтобы он застегнул молнию ее вечернего платья. — Одна из моих клиенток — Кордэй — начинает выпуск новой линии парфюма, и я помогла ей организовать небольшой прием.
— Ты не будешь против, если я не пойду? — распуская узел галстука, устало спросил Алекс. — Я, если честно сказать, не в настроении.
— Ох, дорогой, не будь таким занудой! Я понимаю, у тебя был тяжелый, наполненный всякой секретной работой день, но ведь и у меня тоже. Знал
— А потом?
— А потом распорядишься вечером, как захочешь. Годится?
Алекс согласился. Раз уж «Пятерке» угодно, чтобы он пока бил баклуши, можно по крайней мере поразвлечься. Да и Софи порадовать не грех, в конце концов, она его приютила.
Когда они появились на приеме, там уже яблоку негде было упасть.
— Пойдем поздороваемся с Шарлоттой Кордэй, — сказала Софи, беря Алекса за руку и направляясь к худощавой, темноволосой женщине.
— Давай я лучше найду нам чего-нибудь выпить, — предложил, отнимая руку, Алекс и растворился в толпе.
Люди проталкивались мимо Алекса — бросали на него взгляд, мгновенно определяли, что он не из тех, с кем стоит знакомиться, и шли себе дальше. Да и Алексу они были неинтересны. За месяцы знакомства с Софи он успел побывать на множестве подобных сборищ и пришел к заключению, что лондонское общество — штука очень и очень унылая. На одного действительно достигшего чего-то человека приходится сотня журналистов, людей, паразитирующих на моде, и аристократических кокаинистов, старающихся всеми правдами и неправдами приобрести хоть какую-то известность.
Существовали, конечно, и исключения. Ему нравилась Стелла, нравилась Софи — собственно говоря, не просто нравилась. Но почему, гадал Алекс, общество, в котором она вращается, внушает ему чувство, будто он внутренне мертв? И почему ситуации, связанные с настоящими смертями, действуют на него так живительно? Как примирить все это с мыслью о том, что он — когда-нибудь, во всяком случае, — остепенится и осядет?
— «Кровавую Мэри»?
Алекс, опустив взгляд, обнаружил перед собой крошечную, держащую в руках поднос девушку с большой грудью. Он взял стопку, глотнул. На пятьдесят процентов чистая водка, приправленная жгучим перцем.
— Чертовски крепкая штука.
Спустя несколько секунд ему пришло в голову, что он как-то уж слишком себя жалеет. Ничего дурного в этих людях не было. Он проглотил остатки коктейля, взял с подноса второй и отправил его следом за первым. На душе у него полегчало. Живи, Темпл, сказал он себе. Повеселись — хотя бы разнообразия ради!
Он отыскал Софи и почти уже отдал ей бокал с шампанским, когда боковым зрением заметил, что происходит нечто неладное. Двое высоких, крепких молодых людей затеяли у дверей возню с охранниками. Один — откормленный, ростом самое малое метр девяносто, гигант с маленькими глазками — был в трикотажной спортивной рубашке, другой, облаченный в обычный костюм, был лишь немного
— Вот дерьмо! — негромко произнесла рядом с Алексом Софи. — Незваные гости.
Она с уверенным видом заступила двум мужчинам дорогу.
— Послушайте, ребята, — начал она, — тут частная...
— Чарли, — взревел тот, что повыше, здоровенной ручищей обнимая Софи за плечи. — Смотри, кого я...
Второй тем временем шлепнул пониже спины проходящего мимо гостя.
— Есть, сэр! — рявкнул он. — Вы, случайно, не гомик?
Произношение обоих свидетельствовало о том, что учились они в закрытых школах. Все в них говорило о больших деньгах и наглости.
— Ну, дорогуша, — тот, что повыше, потянулся свободной рукой к Софи, — так ты говоришь...
За долю секунды до того, как лапа гиганта коснулась груди Софи, в нос ему врезался кулак. Алекс вложил в удар все свое негодование против привилегированных классов.
— Алекс! — услышал он вопль Софи. — Не надо!
Здоровяк в ошеломлении повернулся к Алексу. Кровь хлестала из его расплющенного носа, как из крана. Дружок его замер на месте, покачиваясь. Наступило мгновение абсолютной тишины, потом пострадавший замахнулся. Алекс уклонился, кулак с ветерком просвистел мимо его щеки, и он схватил пролетающую руку за запястье. Вбив плечо в подмышку молодчика, Алекс с силой бросил его спиной вперед, и здоровяк впоролся ею в ящик шампанского.
— Алекс! — снова завопила Софи.
Он скорее почувствовал, чем увидел, что на него летит второй громила. Схватив за горлышко бутылку «Боллингера», он резко повернулся, одновременно нанося удар. Бутылка с хрустом и шипением лопнула, окатив нападавшего белой пеной. Из головы хлынула кровь, глаза громилы закатились, и он грохнулся на пол.
Началась давка, быстро сменившаяся паникой. Столы с напитками оказались перевернутыми, через несколько секунд пол покрылся лужами шампанского, бутербродами и битым стеклом. Кто-то включил сигнал пожарной тревоги.
— Алекс! — в третий раз крикнула Софи, грозя ему кулачками. — Что ты творишь?
— То есть? — спросил Алекс, роняя на пол горлышко разбитой бутылки. — Ты что же, хотела, чтобы эти щенки тебя тискали?
— Это просто двое ребят, которые слишком много выпили, только и всего. А вот ты погубил весь прием!
Она обвела полным отчаяния взглядом улепетывающих гостей, потом посмотрела на двоих лежащих на полу.
— Позвоните кто-нибудь в «скорую»! — крикнула она.
— Ребят? — изумленно переспросил Алекс. — Да ты на телеса их взгляни. Не могу поверить, что ты их защищаешь. Хотя, возможно, они принадлежат к твоему типу мужчин. Это так?
— Не будь идиотом! Ты перестарался и сам это понимаешь. Ты мог... — Она встряхнула головой, не находя слов. Рядом с ней один из официантов набирал на телефоне 999.
— Убить их? — Алекс бесстрастно оглядел два распростертых тела. — Нет, тут мне, боюсь, не повезло. Хотя должен сказать, что о вашем парфюме будут много писать в газетах.