Дожить до весны

Ольховская Влада

– Есть имя, – сразу же объявил Гарик. – Борис Ашамин.

– Что за он? – уточнила Таиса.

– Водитель. У «Эвдемонии» собственный штат автомобилей. Занимаются они и доставкой блюд из ресторана, и обеспечением ресторана продуктами. На сайте написано, что этим они гарантируют соответствующие условия перевозки, но я думаю, что так попросту дешевле.

– Ближе к делу, – поторопил Матвей.

– Ашамин занимается как раз поставками продуктов, и он уже два раза не вышел на работу. А в его случае один раз – это один день. Связаться

с ним тоже не удалось, в журнале компании стоит пометка «Причина неизвестна».

– Два дня – маловато, – засомневалась Таиса.

– В самый раз. Да и вообще, о нем ничего неизвестно уже четыре дня: два были выходными, два он не появляется. Насколько я понял, живет он один, забить тревогу попросту некому, а работодатель злится за то, что он бродит непонятно где, заявление в полицию пока что никто не подавал.

– По заявлению только сейчас подошел допустимый срок, – заметил Матвей. – И всего этого маловато.

– Маловато ему, – проворчал Гарик. – Тогда держи добавку: грузовик Ашамина вчера засветился в городе, попал на камеру из-за превышения скорости.

– У него свой грузовик? – удивилась Таиса.

– В «Эвдемонии» грузовики приписывают к водителям, служебная машина получается. И ты не представляй гигантский тягач, там фургончик такой, его во дворе запарковать несложно. Короче, грузовик катался в районе «Эвдемонии». Но был ли внутри Ашамин – вопрос!

– Он вполне мог доставить сюда продукты для сегодняшних посиделок, – задумалась Таиса.

– Да, и это явно были особенные продукты. На них наверняка подделали документы, поэтому мы не определим, что именно он притащил. Это все, что могу сказать…

Этого было слишком мало – и слишком много. Слишком мало, чтобы быстро предотвратить массовое убийство. Слишком много, чтобы вообще ничего не делать. Таиса могла сходу назвать десять отравляющих веществ, которые даже в малых дозах смертельны. Вот и как их отыскать? Стол перед участницами кулинарного шоу завален продуктами, уже идет съемка, гости сомкнулись плотным кольцом. Скоро первые блюда будут готовы, начнется дегустация… Здесь много людей. Здесь дети. Никто из них не поверит простому предупреждению – Аннетт уже не поверила!

Оставался только один вариант. Таиса понимала, что он плохой, но… Лучше, чем ничего.

Она направилась к кнопке пожарной тревоги. В последний момент все-таки замешкалась, бросила вопросительный взгляд на Матвея. Но он лишь кивнул:

– Я позвоню Форсову, пусть задействует своих знакомых в полиции. Иначе уже нельзя.

От его поддержки стало легче. Таиса понятия не имела, будет ли этих мер достаточно, но прямо сейчас профайлерам предстояло узнать.

Пожарная тревога прозвучала до того, как началась дегустация, и это можно было считать маленькой победой. Аннетт рвала и метала, ни в какой пожар она не верила и пыталась уговорить окружающих «не обращать внимания на этот дурацкий вой». Да и сотрудники ресторана, похоже, ничего не испугались, но им полагалось

поступать по инструкции – особенно перед объективами камер.

Поэтому людей все-таки вывели, а к моменту, когда здание очистилось, к нему уже прибыли машины полиции. С экспертами и даже собаками, Форсов явно обо всем договорился заранее.

Они сделали все, что профайлеры сделать не могли. Они добрались и до стола, и до кухни, они изучили каждый угол, они проверили склад…

И они ничего не нашли. Похоже, никакого теракта на этот день запланировано не было.

?

Матвей прекрасно видел, что Таиса расстроена. Не из-за того, что никто не пострадал, нет. Из-за того, что они не смогли поймать преступников и вроде как допустили нелепую ошибку.

Матвей ее расстройство не разделял и относился ко всему куда спокойней. Да, получилось неприятно. Да, будет скандал… Уже начался. Однако от ошибок никто не застрахован. Они все понимали, что на кону. Если бы они решили уберечь себя от неприятных разговоров, ничего не сделали бы и позволили людям умереть, разве это было бы допустимо? Понятно, что всем хочется гарантированно выходить победителем из любой ситуации. Но так не бывает, их жизнь – не кино, и неудачные решения – вполне нормальная ее часть.

Отчитывать Таису он не собирался, он дал ей паузу. Матвей позволил своей спутнице затаиться в дальнем углу, там, где заметить ее было очень сложно, а сам вел непростые разговоры с полицией и администрацией ресторана. Он поговорил бы и с Анной Пашечкиной, однако она к спокойным беседам оказалась не склонна. Она восприняла срыв мероприятия особенно болезненно и попыталась наброситься на профайлеров с кулаками. Но ее мудрые подруги сообразили, что не стоит такое делать, когда рядом полно блогеров, и утащили куда-то рыдающую женщину.

Через несколько часов представители спецслужб начали уезжать, ресторан закрыли на генеральную уборку, снова заработать ему предстояло завтра. Матвей ожидал, что и для них все закончится, но нет – снова проявила себя Пашечкина. Она преградила им путь к машине, используя в качестве живого щита пугающе полного мужчину лет сорока.

– Это мой муж! – гордо объявила она. – И он вас теперь засудит! Жора, скажи!

– На это и правда были потрачены большие деньги, – синхронно кивнул всеми подбородками мужчина. – Кто мне их вернет?

Матвей терпеть не мог такие скандалы: шумные, бессмысленные, понапрасну отнимающие время. Но он видел, что именно на скандал и настроена Пашечкина. Даже если бы они сразу же согласились выплатить любую компенсацию, она бы все равно не унялась, свою оскорбленную гордость она считала бесценной.

Так что Матвею оставалось лишь пустить ее бурную энергию в другое русло.

– Это ваш муж? – удивился он. – Как странно… Когда мероприятие сорвалось, вы обнимали не его.

– Что… чего? – захлебнулся возмущением Жора. – Кого ты там обнимала?!