Дожить до дембеля
Шрифт:
— Неужели? — впервые с начала разговора (или допроса) майор проявил ничем не прикрытый интерес. — Какие же события вы обсуждали? В Карцеве все больше росло раздражение. В таком состоянии он обычно не только начинал говорить то, что думал, но и старался преувеличить моменты, явно должные не понравиться собеседнику.
— Мы, например, обсуждали — нужно ли было вводить сюда наши войска, — глядя прямо на майора, твердо произнес Карцев. Особист так сильно откачнулся стулом к стене, что чуть не грохнулся. Лицо его выражало недоверие и даже обиду.
— Как?! —
Карцев совсем не ожидал столь живой и непосредственной реакции и тем сильнее был доволен произведенным эффектом.
— Ну, а зачем нас все-таки послали сюда? Мы же самая миролюбивая страна! — с усмешкой сказал Карцев.
— Да, мы самая миролюбивая страна, — серьезно ответил майор. — Но, если бы мы не ввели сюда войска, американцы разместили бы тут свои ракеты!
— Ну и что? — все больше улыбаясь, спокойно спросил Карцев.
— Да как вы не понимаете?!! — вскричал особист, но Карцев его перебил.
— Уже четверть века существуют межконтинентальные ракеты и ядерные подводные лодки. С тех пор расстояния не имеют значения. Если же следовать вашей логике — мы должны оккупировать Норвегию, Турцию, Иран, Китай и Японию. А затем страны, граничащие с этими странами, и так далее, пока не оккупируем весь мир.
— Уж не Романов ли вас так обработал? — строго осведомился майор.
У меня своя голова, — со скрытой неприязнью ответил Карцев, — Ах, вот как… — протянул особист, вновь приняв добродушно-вежливый вид. — Ну что же, давайте на этом прервем нашу весьма интересную беседу.
Майор встал и протянул Карцеву руку. Тот машинально пожал ее и медленными, неуверенными шагами пошел к двери, — Виктор Петрович, а почему у вас оказался автомат Романова?
Карцев, уже взявшийся за дверную ручку, непроизвольно вздрогнул, — Я убил Романова и взял его автомат, — обернувшись, медленно проговорил Карцев.
— Да что вы говорите?! Расправились, значит, с предателем! — явно с фальшивым воодушевлением воскликнул особист. — Молодец! Но ваше-то оружие где?
До беседы с особистом Карцев не собирался скрывать свое пленении, но теперь заколебался.
— Вы, наверное, в курсе, что вертолет, прилетевший на выручку, был уничтожен при посадке? — запинаясь, спросил Карцев.
— Да, да! Оба вертолета с погибшими экипажами обнаружили, — подтвердил майор. — А вам, очевидно, удалось скрыться от бандитов?
Карцев молчал, не решаясь сделать выбор, — говорить правду или с ходу придумывать историю о своем спасении.
— Ну что же вы? Подзабыли? — участливо поинтересовался майор.
— Я попал в плен… — решившись, хрипло произнес Карцев. И торопливо добавил: — Когда вертолет взорвался, я потерял сознание…
— Так, так, так… А потом? — с жадным интересом проговорил майор.
Карцев вздохнул и кратко рассказал о пребывании в плену и побеге.
— Послушайте, Виктор Петрович, но ведь Романов говорил
— Ну и что? — угрюмо ответил Карцев. — Что вы этим хотите сказать?
Особист весьма натурально изобразил смущение. Карцев был теперь совершенно спокоен и смотрел на него с нескрываемой неприязнью, душе ругая себя за хоть и временную, но трусость — надо же, боялся признать, что какой-то час был в плену!
— Видите ли, Виктор Петрович, — осторожно заговорил особист. Мне не совсем понятно… По вашему же рассказу Романов почти что Ваш единомышленник… И вы же его и убили!
— Значит, вы мне не верите, — жестко сказал Карцев. — Наверное, мн надо было отрезать его голову и принести вам!
— Ну что вы говорите, Виктор Петрович! Это не Вьетнам, а мы не американские оккупанты! — укоризненно произнес особист. — Идите отдыхайте, а на досуге изложите поподробнее всю эту историю на бумаге и передайте мне.
— Слушаюсь! — буркнул Карцев и быстро покинул кабинет особиста.
Когда Карцев выходил из штаба, он чуть не столкнулся с каким-то смутно знакомым подполковником. Карцев шагнул в сторону и хоте, идти дальше, но тот остановил его.
— Товарищ лейтенант, куда вы так торопитесь?
Карцев вгляделся в подполковника, пытаясь сообразить — с кем и начальства его угораздило встретиться.
— Я… в барак иду… — медленно проговорил Карцев и вспомнил — это начальник штаба полка.
— Почему не были на разводе? — строго-удивленно осведомила подполковник.
— Да я вроде как сам по себе… — пожав плечами, нерешительно сказа; Карцев, чем вызвал неподдельный гнев начальника.
— Как это сам по себе!! — заорал тот, багровея. — Вы офицер или где? Что у вас за вид?! Форма грязная, мятая, шапки вообще нет! Идите за мной!
Войдя в свой кабине начальник штаба сел за стол, а Карцев остался стоять перед ним. Подполковник позвонил по телефону, коротко приказав кому-то зайти к нему, не обращая на Карцева внимания, занялся своими делами — просматривал бумаги, несколько раз говорил по телефону. Минут через пятнадцать в кабинет вошел незнакомый Карцеву майор.
— Значит так, Николай Петрович, — обратился подполковник к майору. — Твоя задача — сделать из этого народника настоящего офицера.
А то посмотри на него — только начал служить, а уже ходит грязный! Смотрите, лейтенант! Если и дальше так будете продолжать — это кончится для вас плохо!
Тупо уставясь в стену, Карцев старался отключить сознание от разбушевавшегося подполковника. «Шел бы ты к черту! — зло думал Карцев. Меня тут пытались убить. Я сам убил уже несколько человек. А ты, болван, распекаешь меня из-за какой-то дурацкой формы! Слава Богу, три месяца я уже все-таки отслужил. Осталось… год и девять месяцев. Из них месяц отпуска… Наконец подполковник утомился и замолк, вытирая платком взмокшие лоб и шею. Еще раз сердито оглядев Карцева, он махнул рукой: