Дождь
Шрифт:
Старик вместо ответа показал прямо перед собой. В нескольких метрах от дерева, под которым они укрылись, из земли торчала верхушка оплывшего железобетонного столба, который был когда-то опорой линии электропередач. Рядом со столбом стоял старый пень с приткнувшимся к нему свежим побегом. Только столб исчезал на глазах, и от этого движения казалось, что побег
И тут Присядкин наконец понял. До него наконец дошло, НА ЧТО намекает старик. Все слышавший парень, несмотря на телячью душу, тоже был далеко не глуп, потому что он вдруг жалобно заплакал.
– Да не может такого быть! Это же так страшно... Надо что-то делать...
А Присядкин даже не мог представить себе уже, что именно тут можно поделать. Зато он совершенно ясно представил себе всю планету, по которой бродят толпы уцелевших голых людей. С неимоверным ужасом в затаившемся сердце он раздумывал над фактом падения в поле "кукурузника", а также и расплавившимися автомобилями, затихшими радиоприемниками, и его все больше и больше покидала уверенность в том, что к им вообще придет какая-либо помощь со стороны.
Парень был прав: это и на самом деле было страшно, но вот поделать с этим уже ничего было нельзя. Какая-то часть существа Присядкина вдруг взбунтовалась, не желая принимать этого очевидного факта. Присядкин вскочил и склонился над буфетчиком.
– А как это, черт побери, вы так быстро обо всем догадались?!
Старик повернул к нему странно изменившееся вдруг лицо, хотел что-то сказать, но не смог. Он схватился рукой за грудь, посиневшие его губы страдальчески шевелились.
Присядкин испуганно отшатнулся.
– Что с вами?
Старик все же нашел в себе силы и проговорил:
– Вас это не касается, идите с богом и...
– он запнулся, а затем продолжил: - Ищите остальных людей. Я не думаю, что их мало осталось.
Тут он прикрыл глаза, и Присядкин подумал, что старик умер. Но тот вдруг снова пошевелился и заговорил:
– А я уже ни на что не годен. Прощайте.
–
– заорал он, совершенно сбитый с толку.
– У меня - ИСКУССТВЕННОЕ СЕРДЦЕ...
Он судорожно дернулся на мокрой земле. Присядкин попытался удержать его, но было поздно. Старик закатил глаза и уже не дышал.
– А-аа!.. Вот вы где!
– раздался возглас облегчения за спиной Присядкина.
Присядкин обернулся и увидел вынырнувшего из-за кустов водителя фургона. Тот был цели и невредим, только под глазом у него красовался здоровенный свежий синяк.
– Слава богу, с вами все в порядке...
– проговорил он, запыхавшись. Ну и дождичек, черт бы его побрал!
Тут он заметил распростертого на земле буфетчика и замер.
– Что это с ним?
– пробормотал он неуверенно и перевел взгляд на Присядкина.
– Ничего.
– угрюмо буркнул Присядкин.
– Он умер.
Водитель вытаращил глаза.
– Умер?.. Как это... Отчего?!
– От старости.
– не нашелся что ответить Присядкин.
– Нам всем это пока не грозит.
Водитель недоверчиво поглядел на Присядкина. Тот раздраженно отвернулся и сказал через плечо:
– Но мы можем подохнуть от голода и холода. А для того, чтобы этого не случилось, нам надо идти.
– Куда идти?
– всплеснул руками водитель.
– По какой дороге? От шоссе-то ничего не осталось!
Присядкин мрачно усмехнулся. Ему вдруг почудилось, что он присутствует на съемках грандиозного фантастического фильма.
– Значит, будем идти напрямую!
– закричал он, и вдобавок еще и выругался. От этого ему стало только легче.
И они встали и пошли. Ничего другого сейчас им делать и на самом деле не оставалось. Присядкин вел их по направлению к городу, хотя смутно подозревал, что никакого города они уже нее найдут. Но сейчас важно было не это. Сперва нужно найти людей. Побольше. А все остальное - дело наживное.