Доверься мне
Шрифт:
— Ничего не выйдет, — сказала Лиз Слотер из-за соседнего стола, — монахи обязаны соблюдать обет безбрачия, они не общаются с женщинами.
— Новая девушка тебя кинула? — поинтересовался Джек Сэмьюэльс, третий детектив отдела висяков.
Он внимательно посмотрел на дисплей и двумя пальцами принялся заполнять ордер на арест. Сэмьюэльс давно оставил надежду запомнить имена подружек Рэнди. Для него все они были «новыми девушками» — до тех пор, пока не исчезали, чтобы уступить место еще более «новым девушкам».
— Мы с Пейдж решили
— Она тебя кинула, — заключил Сэмьюэльс.
— Она хочет замуж, завести двух детей, дом, большой, с участком и прочими прибамбасами, — признал Рэнди. — Пейдж говорит, что наши отношения должны подняться на новый уровень. — Он передернул плечами. — Ее точные слова.
— Угу…
— Тут как тут с этим обычным — «дорогой, нам надо поговорить». Она сказала, что я для нее — тупиковый вариант и ей нужно найти кого-то, кто не будет бояться взять на себя ответственность. — Он состроил гримасу. — Нести на себе груз.
— А мне нравится нести груз, — сказала Лиз и погладила себя по животу.
Она была на четвертом месяце своей первой беременности, и это уже становилось заметным.
— Когда я по вечерам еду домой из нашего отдела, мне этой ответственности — выше крыши. — Рэнди провел ладонью над макушкой. — Дайте мне красивых женщин, которые не будут требовать от меня ничего, кроме потрясающего секса. Избавьте меня от нуждающихся во мне самом!
— Ты, Рэндольф Квентин Рэйлзбек, просто мелкий эгоист, — сказала Лиз. — В один прекрасный день ты получишь свое.
Он лишь повел бровью и раздраженно взглянул на нее.
— Я хочу только своего… ну и немного чужого.
— А что на самом деле произошло с Новой Девушкой? — спросил Сэмьюэльс.
— Пейдж достала меня расспросами о моей работе. Она сказала, что если бы я действительно ее любил, то делился бы с ней. — Он опять скривился. — Как можно делиться тем, что мы делаем? — Он указал на табличку на двери кабинета лейтенанта Гэвигана, начальника отдела висяков. — Послушай, милая, весь день я был занят тем, что прочесывал территорию Северного Мемфиса в поисках ноги, которая подошла бы к ступне бездомного, найденной на одной из свалок два дня назад.
— Хорошо хоть, что наш отдел имеет дело со скелетированными ногами, а не с какими-то… жирными. — Джек глянул на Лиз: — Извини.
Лиз небрежно махнула рукой:
— Я не заметила, как прошли мои первые три месяца. — Она наклонилась через стол к Рэнди. — Так она не едет с тобой в Арубу?
— В Арубе толпы свободных женщин. Зачем тащить туда еще и свою? Во всяком случае, Пейдж улетела на Гавайи и пробудет там какое-то время.
Лиз водрузила подбородок на руку и уставилась на окно, за которым темнело февральское утро.
— Если б я не была замужем и в положении, я бы уговорила взять с собой меня. Когда ты уезжаешь?
— Я готов свалить отсюда хоть сегодня, но сначала мне надо получить деньги за обучение самообороне, так что я застрял
— Кандидатки на звание Новой Девушки в группе имеются? — спросил Джек.
Рэнди покачал головой:
— Есть одна прелестная женушка.
— Мимо кассы, — вскользь заметила Лиз.
— Не представляю, что бы могло подвинуть меня на роман с замужней. Остальные — в диапазоне от фермерш до прибабахнутой новобрачной.
— И все замужние? — ужаснулся Сэмьюэльс.
— Одна разведенная и одна вдовая, обеим за сорок. С ними еще придется повозиться. Одна не носит обручального кольца. Не удивлюсь, если узнаю, что она вообще не была замужем. — Он откинулся назад, положил ноги на стол и потряс головой. — Да я и близко к такой зачуханной не подойду.
— Страшноватая?
— У меня ощущение, что она пытается выглядеть уродиной. И преуспела в этом.
— Для чего это женщине? — спросил Джек.
— Страх. Низкая самооценка. Депрессия, — пояснила Лиз. — И насколько она некрасива?
— Вчера я бы сказал, что она непривлекательна. А сейчас признаюсь — если бы она попыталась что-то сделать. Большие карие глаза, красивые брови, пухлые губы. Она почти не красится. Одета кое-как. Волосы темные, забраны в конский хвост.
Рэнди провел рукой по голове. От макушки до правого уха.
— А как у нее с фигурой? — поинтересовался Джек.
— Трудно сказать, под костюмом не слишком видно. Но когда я на нее завалился, подушечки у нее были очень приятными.
— Извини? — встрепенулась Лиз.
Он рассказал им, что случилось.
— Она тебя сбила с ног? — хохотала Лиз. — Хотела бы я на это взглянуть!
— Она меня подловила. До конца занятий я должен научить их всех валить меня, но она больше не придет. Она меня возненавидела.
— Ох, золотко, да какая женщина может тебя возненавидеть? — воскликнула Лиз.
Он развел руками и подарил ей улыбку, полную детской невинности.
— А за что меня любить-то?
— Может, ей просто не понравился твой лосьон после бритья. Чем ты пользуешься в последнее время? «Сердце акулы»?
— Нет, я его выбросил. Переключился на «Божью благость». Интересуешься?
Он наклонился к ней. Она откатилась на кресле подальше.
— Уйди, зубастик. Пошел бы лучше порасследовал чего-нибудь.
Когда в четверг вечером Рэнди вошел в спортивный зал, он застал свою группу в сборе. Конечно, можно было догадаться. Прядка никак не отреагировала на его появление. Он сам удивился тому, насколько это его задело.
Карманная Венера, которая привела ее в зал, была, может, сантиметров сто пятьдесят восемь роста, со светло-каштановыми кудрями и глазами такой голубизны, что он разглядел их с другого конца зала, а «булочки» у нее были такие, что сделали бы честь изображению самой Матери-Природы. Узкая талия, аппетитные бедра. А вдобавок ко всему она еще и частенько хохочет. Смех у нее счастливый, заразительный. Полная противоположность Прядке.