Доверься мне
Шрифт:
У него есть все основания разозлиться и прекратить наше занятие. Но Джон не отпускает меня. Наоборот, широко разводит пальцы, прижимаясь горячей ладонью к моей коже. И смотрит на меня потемневшими от желания зелеными глазами.
— Мне хочется создать новые воспоминания об этом. Создать их с тобой. — Указательным пальцем очерчивает красную полоску, которую оставила резинка трусиков. — Согласна, Кнопка?
Я киваю, словно находясь в тумане. В уголках его глаз появляются морщинки, а в них самих — запретный блеск.
— Хорошо.
— Боже, — шепчу я. От осознания, насколько я влажная и опухшая, начинаю тяжело дышать. И это он еще даже не притрагивался ко мне там.
— Очень красиво. — Он целует меня, медленно и томно, в идеальном ритме двигая губами и языком. Я издаю стон и напрягаюсь всем телом от скольжения его горячего, влажного рта. Пальцами зарываюсь в его волосы и сжимаю в кулаках пряди, чтобы удержаться и не упасть на пол.
У Джона из глубины горла вырывается какой-то звук.
— Боже, Стеллс, твой вкус… настолько, блядь…
Он замолкает, прерывисто дыша, и это дыхание я чувствую кожей. В его действиях нет изящества, наигранных прикосновений, одна лишь страсть. Губами и языком он очерчивает изгибы, облизывает, сосет.
Ощущения просто непередаваемые. Хочу так каждый день. Каждый божий день.
— Джон… пожалуйста.
Сама не понимаю, о чем прошу. Больше. Меньше. Сильнее. Нежнее. Не могу думать. Просто подаюсь бедрами к его рту, гонясь за лаской и сбегая от нее. Кажется, вот-вот развалюсь на кусочки, растворюсь у него на языке.
Боже, что он творит со мной! Время от времени отстраняется, чтобы оценить свою работу. А потом нападает с новой стороны. Парень явно наслаждается процессом. С сосредоточенным лицом вылизывает меня, вызывая неконтролируемую дрожь.
Нежное посасывание клитора, и я кончаю. Горячая волна удовольствия превращает меня в бескостную массу. Однако это лишь прелюдия. Мои внутренние мышцы пульсируют, желая быть заполненными. Я толкаюсь к нему, умоляя без слов.
Я хочу его. Буквально сгораю от желания.
— Пожалуйста, — прошу я, — пожалуйста.
Джон дразнит меня кончиком пальца.
— Понимаю, милая. Но первым внутри тебя окажется мой член. — Парень смотрит на меня взглядом невинного ангела, нераскаявшегося дьявола. — Погоди.
— Что… — вскрикиваю я и хватаюсь за его голову, когда Джон встает. Просто, черт возьми, встает со мной на плечах, поднимая меня так же легко, как одну из своих гитар. Направляясь к кровати, он смеется между моих бедер. Звук выходит приглушенный и
Ухмыляясь, Джон бросает меня в ворох подушек. Я лежу, распутно разведя ноги, и с растущим голодом наблюдаю, как он достает из кармана ленту презервативов и бросает на кровать рядом со мной. Приземляясь, они не издают ни звука, но я чувствую, как в костях резонирует удар. Вымышленный глухой удар, от которого по коже пробегает дрожь предвкушения. Удерживая мой взгляд, он одним движением избавляется от джинсов и боксеров.
Божечки, этот мужчина прекрасен. Стройный, грациозный, с очень твердым членом. И он принадлежит мне. Я счастливица.
— Выглядит болезненно, — хриплю я, указывая на толстую эрекцию, которую он поглаживает.
Джон хищно улыбается.
— Да, причиняет сильную боль, Кнопка. Ты облегчишь мое состояние?
С легкостью раздвигаю ноги и выгибаю спину, открываясь его взгляду.
— Тогда иди сюда, — зову с нежной улыбкой.
Джон прищуривается и залезает на кровать, нависая надо мной. Напрягая мышцы, он заключает меня в клетку своих рук. Его щеки и шею заливает краска.
— Если тебе что-то не нравится или ты хочешь большего, скажи мне, Кнопка. — Он изгибает губы в улыбке. — Я хочу сделать тебе приятно.
Ладонями оглаживаю широкие плечи, останавливаясь на затылке, где кожа горячая и влажная от пота.
— Тебя это тоже касается.
На его лице вспыхивает удивление, и Джон коротко смеется.
— Ох, ангел, все, что вело к этому моменту, уже стало лучшим опытом в моей жизни. Ты можешь поступать отвратительно, все равно мне это покажется идеальным.
Я улыбаюсь, как сумасшедшая, притягивая его к себе. Наши губы встречаются, и мы оба вздыхаем. Поначалу немного хаотичный поцелуй вскоре становится лихорадочным, жадным, беспорядочным.
— Черт, — хриплю я, — не тяни. Я хочу тебя. Ужасно хочу.
Это срывает его тормоза. Прекращаются аккуратные касания, медленные движения. Он ладонью хватает меня за задницу, мнет ее, пока твердым членом трется о мою промежность. Углубляет поцелуй, заставляя меня шире открыть рот. Я хватаюсь за его плечи и впиваюсь ногтями, когда он тянется за презервативом.
Схватив его, Джон садится на пятки и отрывает пакетик от ленты. Стоя передо мной на коленях, с шикарным торсом, на котором подрагивают мышцы, с настолько твердым членом, что приходится оттянуть его от живота, Джон выглядит так горячо, что я не думаю дважды. Резко сажусь и скольжу ладонями по его крепким бедрам. Прежде чем он успевает произнести хоть слово, я беру его член в рот и глубоко всасываю.
— Ох, блядь. — Дрожа всем телом, он толкается в мой рот. — Ох, гребаный ад.
Положив руки мне на голову, он пальцами зарывается в волосы. Его член горячий и твердый. Настолько, что я чувствую растяжение челюсти. Ему приходится прикладывать усилия, чтобы входить в меня.