Доверься мне

Каллихен Кристен

— Как он мог не оставить хотя бы записку? — Бренна сердито смотрит на пиво. — Лучшее, что он мог сделать при попытке вступить с тобой в контакт — прислать фиг пойми какое пиво?

Сдерживая вздох, и убираю пиво в холодильник.

— Я больше не пытаюсь понять его действия.

И плевать, что это происходит только на словах, ведь когда ухожу из кухни, меня не отпускают мысли о подаренном пиве. Что Джон хотел сказать мне таким образом? Эй, давай пропустим по пивку и посмеемся над произошедшим? Прости, что разбил

тебе сердце, выпьем же за это? Но как бы там ни было, понимаю, что бешусь все больше и больше.

Мое бешенство продолжает нарастать, пока пытаюсь расслабиться в гостиной, но в итоге швыряю номер Vogue на кофейный столик с такой силой, что журнал соскальзывает с него и приземляется на пол.

— Знаешь, только Рай умеет мотать нервы лучше, чем Джакс, — произносит Бренна, не отрывая взгляда от журнала на полу. — Благодари вселенную, что не влюбилась в него.

— Расскажи-ка поподробнее, — почти шепчу я. — Насколько больно влюбляться в Рая?

Застигнутая врасплох, Бренна открывает рот, но тут же захлопывает его и пристально смотрит на меня, явно ожидая другого вопроса.

— Пфф. Ты думаешь, я запала на Рая? — говорит она, хмуря брови.

Мои губы изгибаются в полуулыбке.

— Вообще-то все так думают.

Фыркнув, Бренна принимается внимательно разглядывать свои светло-голубыми ногти.

— Я тебя умоляю. Он же придурок.

Встав, направляюсь к холодильнику за чертовым пивом от Джона. Если мы собрались говорить о мужчинах, мне определенно нужно выпить. Пиво уже достаточно охладилось. Бренна с кривой усмешкой берет бутылку и делает большой глоток.

— Разве придурок? — спрашиваю, возвращаясь в исходное положение на диване. — Признаю, Рай прямолинеен, у него чувство юмора подростка, но мне кажется, он хороший человек. Плюс он заботится обо всех вас.

Бренна ворчит, затем вздыхает и откидывает голову на мягкую спинку дивана.

— Да, это правда. И Рай хороший парень. Придурком он становится только со мной.

— Нет, это больше похоже на то, что он дергает за косички для привлечения внимания. — Бренна одаривает меня косым взглядом. — Но я не оправдываю такое поведение, — поправляюсь. — Хулиганскую тактику ждет быстрое поражение.

Она криво улыбается.

— Да и я понимаю, что ничем не лучше. Наверное, все дело в наших характерах. Мы постоянно изводим друг друга.

— А я думала, между вами какая-то война, топор которой вы никогда не зароете.

— И это тоже, — с хмурым видом соглашается Бренна. — Сражения то тут, то там. Ладно, не хочу сейчас об этом, иначе испорчу себе настроение на весь день.

— Договорились. — Тереблю влажную этикетку на пивной бутылке. — Буду размышлять о грустном за нас двоих.

Бренна с девочками помогли мне пережить самый худший период. Впервые в жизни я стала той, кого друзья вытаскивают из дома и водят в салоны

на массаж и косметические процедуры для лица. Мы ходили в кино, зависали дома и смотрели фильмы, наслаждаясь коктейлями и мороженым. Но только не мятным с шоколадной крошкой. Оно под запретом. Мы придумывали какие угодно банальные дружеские развлечения и воплощали их в жизнь. Мне было весело. Ну, насколько это возможно, учитывая, что я все время чувствую, будто в сердце у меня огромная дыра.

Прижимаю руку к груди и вдруг понимаю, что моя кожа холодна словно лед. Я теперь все время мерзну. Еще одно новое и весьма печальное изменение в моей жизни. Если именно так любовь действует на человека, тогда она может идти в задницу.

Бренна берет телефон и отвечает на несколько электронных писем, затем швыряет его куда-то и одаривает меня чересчур яркой улыбкой.

— Нужно заказать пиццу к этому непонятному пиву, которое прислал нам твой мужчина.

— Он больше не мой мужчина, — бормочу я.

Звонок в дверь прерывает собравшуюся ответить Бренну. Она взволнованно смотрит на меня, отчего внутри все сжимается. Да уж, любовь и надежда определенно могут идти в задницу. Я даже голову не поворачиваю посмотреть, кто за дверью.

— Еще одна посылка, — кричит Бренна из коридора.

— Серьезно? — Встаю с дивана. — Если он снова отправил мне пиво, то я вылью все на его тупую башку.

— А это идея. — Бренна хмуро смотрит на коробку. — Но нет, эта легче и длиннее.

Пока мы вместе открываем коробку, Бренна снова бормочет себе под нос что-то о головах. Внутри обнаруживается еще одна коробка, но уже гораздо красивее. Подняв крышку, роюсь в идеально сложенной папиросной бумаге и нахожу бледно-розовую ткань. Достаю ее и разворачиваю.

— Это платье, — констатирую очевидное.

— Ни хрена себе. — Бренна благоговейно проводит пальцем по атласной ткани. — Это же Стелла Маккартни. Высокая мода.

Это платье-футляр длиной до колена с вырезом каре в стиле 40-х и шлицей сзади.

— Он купил мне платье? Что за, мать его, хрень?

— А вдруг это послание? — предполагает Бренна, но и сама не понимает, что бы это могло значить. — Может, пойдем куда-нибудь и выпьем там пива?

Раздраженно фыркнув, бросаю платье в коробку.

— Эй, а платье-то тут при чем? — возмущается Бренна — Она вообще ни в чем не виновата.

— Она? — смеюсь я.

— Ну, я не обращаюсь к платьям в среднем роде, — хмыкает она, гордо задирая подбородок. — Они не заслуживают такого унижения.

Улыбаюсь, и в тот же миг снова звонят в дверь. Бренна издает какой-то писклявый звук, но я поднимаю руку и останавливаю ее.

— Я разберусь.

В гневе топаю к двери и резко ее распахиваю.

Моему взору предстает бедный Даррен, держащий в руках меньшую, чем предыдущая, коробку.