Доверься мне
Шрифт:
Не раздумывая, он наклоняется и обхватывает мои колени, перекидывает меня через плечо, игнорируя мой вскрик. Когда он направляется в спальню и обхватывает мою задницу рукой, а потом скидывает меня на кровать. Он улыбается, когда я хихикаю, его руки расползаются по постельному белью, когда я со стоном зарываюсь головой в мягкие подушки.
— Я хочу остаться в этой кровати навечно.
Он снимает рубашку как футболку, вылезает из джинсов и подползает ко мне. Он целует уголок моего рта прежде, чем я успеваю восхититься его прекрасным телом.
— Так и сделай. Думаю, я могу оставить
Я подавляю чувство, которое разгорается в моей груди и пылает в животе, глубоко внутри меня, потому что это опасная вещь — думать, что он на самом деле имеет в виду. Возможно, я все еще слегка пьяна, но после сегодняшнего вечера я на сто процентов уверена, что Картер Беккет — мужчина, в которого я могу влюбиться.
Я не девушка на одну ночь, я уже говорила об этом. Для меня секс — это следствие чувств. Возможно, я забыла сказать, что чувства я испытываю редко — благословение это или проклятие, я еще не решила. Я ищу настоящую связь, а ее трудно найти. Это также говорит о том, что за свои двадцать пять лет я занималась сексом только с двумя мужчинами, что сильно отличается от количества половых партнеров Картера.
— Эй, — он проводит рукой по моей щеке, привлекая мое внимание. — Ты где там? Явно не тут. — Его теплые губы скользят по моей челюсти. Он зарывается лицом в мои волосы. — И почему, черт возьми, ты всегда так хорошо пахнешь? Как банановый хлеб только что из печи. Так бы и проглотил.
В моем животе порхают бабочки, а область между бедер сводит от желания.
— Единственная проблема: я не знаю, с чего начать. Хочу быть везде и сразу. Например… — он проводит рукой по моей шее, кончики пальцев скользят по моей груди. Я покрываюсь мурашками, когда он касается большим пальцем моего соска. — Тут.
Мои губы с дрожащим выдохом раскрываются на то, как он смотрит мне в глаза и проводит по соску языком.
— Но я также хочу быть… — Картер прерывается, как и его губы, которые медленно мучительно движутся вниз по животу, где он целует мой пупок. — Здесь.
Меня трясет от нетерпения, все нервы к черту, и в моем горле раздается стон, когда его рот неторопливо спускается по моему телу. Он делает паузу, чтобы присосаться к косточке на бедре, что оставляет засос, а затем поднимает мою ногу, чередуя влажное скольжение языка и прикосновение губ, когда он направляется к промежности.
— И здесь, — шепчет он, останавливаясь на пересечении моих бедер. — И блять, — это дыхание, трепещущее дыхание, которое охватывает мой клитор, и я не могу дышать: — Здесь, Оливия. Вот где я хочу быть больше всего.
Я со стоном откидываю голову назад, когда он прижимает язык к моему основанию и одним томным движением лижет снизу верх. Кончик его языка обводит мой клитор, а потом засасывает его. Мои пальцы перебирают его шелковистые волосы, когда он закидывает мои ноги себе на плечи. Он зарывается лицом между моих ног и делает то, что обещал: пожирает меня.
Он буквально ест меня как зверь, который голодал несколько дней. Он горячо касается меня языком и обжигающе целует, когда я прижимаюсь к нему и вжимаюсь тазом в его лицо.
— Блять, — стону я, по моему телу разливается
— Можешь.
Он неумолим. Он дикарь, который в одобрении рычит, когда наблюдает за тем, как я становлюсь все ближе к оргазму, и когда достигаю его, зажимаю рот рукой, чтобы подавить стон.
Картер оттягивает мою руку и прижимает мои запястья над головой, нависая надо мной. — Еще раз закроешь рот руками, и я привяжу их к кровати. Я хочу слышать, как ты выкриваешь мое имя, когда кончаешь со мной внутри тебя. Поняла?
Говорить не получается, поэтому я киваю.
Картер ухмыляется, ползая по моему телу. Он придерживает меня за подбородок.
— Нечего сказать, Ол? Кажется, я сломал твой механизм.
Закрыв глаза, я делаю глубокий вдох и расслабляюсь. Я целую его губы, а затем всю линию его челюсти до уха.
— Ты еще не поломал меня, но надеюсь, что, скоро сделаешь это, если я буду хорошей девочкой.
Его взгляд темнеет.
— Черт, я хочу дать тебе все, что ты захочешь.
Я прижимаюсь к нему губами.
— Уничтожь меня, Картер.
Наши рты сталкиваются в неистовой страсти: зубы скрежещут, языки скользят, а прикосновения даже слегка болезненны. Я спихиваю его на матрас и облокачиваюсь на его бедра, потому что мне нужно мгновение, чтобы как следует полюбоваться произведением искусства — его телом. Он широкоплечий и крепкий, под золотистой кожей проступают твердые, напряженные мышцы. Я провожу кончиком пальца по рельефной дорожке его торса, вокруг пупка, и двигаюсь по мягким каштановым кудрям, что исчезают под поясом его боксеров.
— Ты такой красивый, — бормочу я.
— Я? — он проводит ладонями по моим бедрам и обхватывает меня за талию. В его взгляде есть что-то непонятное и в то же время такое открытое, такое уязвимое, будто он хочет, чтобы я это увидела, но не знает, как мне это показать. Он проводит по моей губе мозолистой подушечкой большого пальца, его взгляд следит за этим движением и возвращается к моему. — Ты, блять, безупречна, Олли.
Тяжелый, быстрый стук в моей груди заставляет сжаться все, в том числе и мое горло, когда мной снова овладевает страх. Я не знаю, что здесь делаю, почему отдаюсь ему. Если бы не огромное желание отпустить контроль и прочувствовать его нужду во мне, перемешанное с алкоголем, что ослабило наши правила, я могла бы остановиться. Нам нужно поговорить, но, когда все, что я вижу — его тело, я сверху и этот головокружительный взгляд в его глазах, я не помню, как разговаривать.
— Эй, — шепчет он. — Что случилось? Если хочешь остановиться, мы остановимся. Мы обнимемся и посмотрим фильм. Я не против, — его лицо подтверждает искренность слов, но жар тела выдает, как сильно он надеется, что я не попрошу его останавливаться.
Он обхватывает мою челюсть, и когда наши глаза встречаются, я бормочу: — У меня был секс только с двумя людьми, — и поскольку я не могу замолчать, я добавляю: — Я сплю только с теми, кто мне не безразличен.
Я чувствую себя такой незащищенной, жду его оценки. Не знаю, о чем он думает, и это только сильнее раздражает меня.