Достойный Розы

Аристова Валерия

Разве может быть большее счастье? Он обнял ее, говоря какие-то комплименты неповоротливым языком. Сара провела рукой по его голове.

— Спи, Норман, — прошептала она.

И Норман наконец-то заснул.

…

Убедить отца отменить свадьбу с лордом Робертом Эндерфил оказалось невозможным. Роза умоляла, но мистер Грансильвер был непреклонен. Она умоляла мать, но та отсылала ее к отцу, заставляя выезжать с женихом, делать вид, что все хорошо. Отец же попросил лорда Роберта венчаться с

ней в начале мая, и теперь, в последние дни апреля, на нее накатывала паника.

Дэвида она видела достаточно часто. Разузнав у Нормана, как пробраться в дом незамеченным, она теперь посылала возлюбленному записку, и ждала его у окна на первом этаже, когда слуги наконец-то засыпали. Она ставила на окно свечу, и вскоре Дэвид легонько стучал в раму. Счастливые от того, что видят друг друга, они спешили в ее комнату, где предавались любви, и шептали друг другу заверения в вечной верности. Любовь Розы укреплялась с каждым днем, как и решимость никогда не становиться графиней Эндерфил. Она выйдет замуж только за Дэвида! Она не позволит никому другому прикоснуться к себе!

Лорд Роберт не был ей противен. Отнюдь. Роза легко находила с ним общий язык, он нравился ей, ей было интересно с ним разговаривать. Но она так и не смогла отделаться от чувства, что он ее старший родственник. Отец или дядя. Он не годился ей в мужья, и Роза не могла представить себя с ним в постели, тем более не могла представить, как они будут предаваться страсти. Разве может быть любовь с родственником? Разве могла она изменить Дэвиду, позволив лорду Роберту проделывать с ней все эти вещи?

До свадьбы оставалась неделя, когда Роза наконец-то решилась. Если отец не хочет сжалиться над ней, то она может обратиться непосредственно к жениху. Лорд Роберт поймет ее. Он добрый и хороший человек, он не станет насильником и не пожелает соединиться узами брака с девушкой, которая любит совсем другого! Пусть лорд Роберт сам говорит с ее отцом. Пусть он примет на себя первый удар, а уж потом она как-нибудь выдержит недовольство отца. Главное, что Дэвид всегда будет с ней...

— Мне нужно поговорить с вами, лорд Роберт, — сказала она, когда он в один из последних дней перед свадьбой зашел к ним на чай. Мать оставила их наедине, и Роза решила воспользоваться удачным моментом.

Лорд Роберт поднял на нее глаза. Розе стало неудобно перед ним. Бросать его за несколько дней до свадьбы... разве заслужил он это своей добротой?

— Лорд Роберт, — она сжала руки, стараясь удержать дрожь, — я хочу сказать вам правду.

— Я слушаю вас, мисс Роза.

Она помолчала, подбирая слова.

— Я не девственна, — наконец сказала она, и увидела, как кровь бросилась ему в лицо, — я не девственна, и я люблю другого. Я... - она замялась, — я умоляю вас освободить меня от данного вам слова.

Роберт смотрел на мисс Розу, как громом пораженный. Он уже привык считать ее своей. Он привык думать о ней, как о собственной жене, как о

принадлежности его дому, матери его детей. Идиллическая картинка, которую он рисовал в своем воображении вдруг померкла, и он оказался в каком-то тумане, что стоял перед глазами, не давая ему рассмотреть ее лицо... Только спустя какое-то время, долгое время молчания, он понял, что это слезы. Он сморгнул их, стараясь выглядеть достойно даже сейчас, когда невеста за несколько дней до свадьбы призналась ему в чувствах к другому.

— Лорд Роберт, — послышался голос Розы, — я очень уважаю вас и ценю вашу заботу обо мне, но я не люблю вас. Вы же не хотите иметь жену, которая в ваших объятьях будет думать о другом?

Нет, он не хотел такую жену. Но он не мог так легко сдаться и отпустить ее.

— Вы любите Кейра Моргана? — спросил он хрипло.

Она покачала головой:

— Нет. Я люблю совсем другого человека. И, если вы хоть немного расположены ко мне, вы не станете применять насилие к моей воле. Я умоляю вас освободить меня от данного вам обещания!

В этот момент в комнату вошла миссис Грансильвер. Лицо ее стало белее мела, она переводила глаза с дочери на лорда Роберта, и смешно хватала ртом воздух, которого ей вдруг показалось мало.

— Роза, Роза! — закричала она, бросаясь к дочери, — да как ты смеешь! Да как ты...

— Не переживайте, миссис Грансильвер, — проговорил Роберт, беря себя в руки. Поплакать и попереживать он успеет, добравшись до собственной спальни, — я не насильник и не желаю брать в жены девушку, которая идет к алтарю не по своей воле.

Губы его дрогнули, он обернулся к бледной Розе, глаза которой вспыхнули истинной ему благодарностью.

— Лорд Роберт, — прошептала Роза, делая шаг к нему, — вы благородный человек... я очень ценю вашу доброту! Спасибо вам!

— И вам спасибо, — проговорил он, — за честность.

Миссис Грансильвер хотела что-то сказать, но лорд Роберт быстро прошел мимо нее не поклонившись. Он сбежал вниз по лестнице, забыв трость и шляпу, и быстрым шагом пошел по мостовой, не замечая ничего вокруг.

Мечта рухнула и погребла его под собой. То, чему не суждено было сбыться, не сбылось. Мисс Роза оказалась слишком юна и страстна, чтобы разделить с ним его спокойную размеренную жизнь и принять все то, что он готов был сложить к ее ногам — богатство, титул и его любовь до гробовой доски.

Глава 7. Ночь

Причина, по которой он вернулся обратно в дом отца, Норману так и осталась неизвестной. Проснувшись поздним днем, он отобедал с Сарой и Кейром, собрался и ушел, даже несмотря на то, что у него болела голова, и идти домой ужасно не хотелось. Какой-то сыновий долг тянул его прочь из прибежища любви туда, где все были несчастны. Он не знал, как называлось это чувство, но не мог поступить иначе.