Доставка
Шрифт:
– Коко!
– кричу я.
– Qu'e pas'o, mi amor? (Что случилось, любовь моя?)
– Ты можешь взять мне той содовой в стеклянной бутылке, которая по вкусу как цветы?
Глава 20
Мое второе свидание с полом моих соседей по гостинице произошло следующим утром. В моих волосах карамель, которая может доказать что мы хорошо провели время, если я вдруг не смогу вспомнить. На мне только нижнее белье и
Рокко ушел. Он проснулся рано, несмотря на наше убийственное состояние. Томми храпит, голый в постели, простыня покрывает его лицо, но каким-то образом не накрывает его пенис.
– Pachanga! (пачанга) - кричу я, и он слегка вздрагивает. Pachanga - единственное мое воспоминание о вчерашнем вечере. Коко сказала, что это означает «вечеринка» и мы кричали это слово все вместе, танцуя и погрузившись в пену по самые соски. Это единственное слово по-испански, которое я выучила с тех пор, как оказалась здесь. Затем воспоминания о таком заставляют меня умчаться в ванную.
Я использую чью-то зубную щетку, чтобы очистить свой рот. Затем громко говорю «Да!», когда нахожу огромную бутылку Scope.(марка ополаскивателя для рта)
– Что «Да!»?
– нечленораздельно спрашивает Томми с другой стороны двери.
– Оральная гигиена, - говорю я между полосканием. Затем плюю в раковину. Мои волосы расположены на боку от огромного количества лака для волос и укладки.
– Я воспользуюсь вашим душем, - кричу я и забираю зубную щетку вместе с собой под горячие струи воды.
– Слава Богу!
– кричит мне в ответ Томми с кровати.
– Ты и твоя вонь заполонили мою комнату!
Обожаю напор воды в Рае. Нужно не забыть сказать об этом Клаудии до моего отъезда. Я поворачиваю металлический кран и он пищит. Я направляю горячую воду на мои волосы и она бежит вниз по моей спине. Мози Круз, Мози Круз, Мо-зи Кру-уз, мой оживший мозг начинает петь на мотив London Bridges.
Я больше не могу употреблять наркотики. Я просто не создана для этого. Я цепляюсь за свою вменяемость, как за мокрую мочалку в моих руках. Мой разум превратился в глупую жижу и совсем не поддается мне. Это больше похоже на безумство. На самое настоящее бе-зумст-во.
– Твой телефон, - кричит мне Томми из-за двери. Я выбегаю голая, чтобы ответить на звонок и получаю по спине твердой декоративной подушкой.
– Ай!
– говорю я, раскидывая все на комоде, в попытке найти телефон.
– Накинь на себя что-нибудь из одежды. Ради Христа, Лана. Я же гей.
– Да, ну тогда прекращай таращиться на мою задницу, - говорю я и наконец-то нахожу мобильник. Я хватаю его и вижу, что у меня четырнадцать пропущенных звонков.
– Твою мать!
– Эй, это что моя зубная щетка? В твоем рту? Ты, маленькая, грязная вагина!
Я бросаю в него обратно подушкой. Отчаянно набираю последний номер и гудки все идут и идут, пока общая голосовая почта Western Union отвечает на мой звонок.
– Bueno?
– Э-э?
– Bueno?
– Что?
Я просто дышу в трубку, как делают это те, кто любят шутить по телефону. Я потею, меня трясет, а мои колени подгибаются. Они либо удержат меня, либо полностью сместятся.
– Лана?
– Рэми?
– Он забрал их. Сегодня, в 8:30 утра. В отделении на Avenida Revoluci'on и углу Chula Vista
– Рэми, пожалуйста, не могла бы ты отправить мне это сообщением? Я не говорю по-испански.
Мое сердце дико стучит и словно паровой двигатель гудит в моей груди. Я неожиданно ощущаю энергию, которую излучают все мои конечности, словно одновременно тысяча микродиодов вспыхивают под моей кожей.
– Он забрал деньги!
– кричу я Томми, сдирая с него простыню.
– Вставай! Мы направляемся в отделение называющееся что-то Revolucion!
– Успокойся, сумасшедшая! Только потому, что он забрал их, - Томми бросает взгляд на свои часы, - Более двух часов назад, не означает, что он там ждет тебя, - говорит он, натягивая боксеры.
Я нахожу свои шорты со вчерашнего вечера и натягиваю их на свой голый зад. Я просто надену сверху футболку Томми. Мне не обязательно хорошо выглядеть. Так что я не надеваю лифчик. Простите, сиськи, не надо ненавидеть меня.
– Может он где-то рядом, обедает или пьет кофе, - во мне говорит мой оптимизм. Он рисует маловероятную картину. Мой оптимизм просто бредит.
Томми просовывает свою тощую фигуру в обтягивающую пару джинс и надевает футболку.
– Нам нужно оставить записку для Рокко. Он либо плавает, либо бегает трусцой.
Я бегаю на месте, пока Томми строчит записку. Протягиваю ему ключи, потому что считаю, что он лучше меня привык к вождению под воздействием такого огромного количества наркотиков.
Мы мчимся по адресу, где находится офис Western Union и это чудо, что нас не арестовали учитывая то, как Томми ведет машину. Мы приезжаем на улицу, которая выглядит, как заброшенная набережная во время мертвой зимы. Пустынная улица, заброшенные рестораны с деревянными балками на окнах. Огромный, красочный рекламный щит обещает то, что больше не существует. Из меня вырывается громкий стон, когда мы выбираемся из машины и захлопываем двери машины.
– Не похоже на популярное местечко. Но ты вероятно уже заметила это, - язвительно говорит Томми.
Здесь несколько стриптиз-клубов и клубов, где можно понаблюдать за тем как пары занимаются сексом, которые выглядят так, словно только что закрыли свои двери перед толпой в десять часов утра. Несколько шатающихся пьяниц двигаются под лучами солнца, как дезориентированные зомби ночных клубов. В воздухе пахнет мочой, рвотой и тошнотворным запахом разлитого пива, которое теперь нагревается под палящим солнцем.