Достанем врага везде!
Шрифт:
— Нужно выезжать на старую окружную дорогу, — посоветовал начальник охраны.
— Это еще что за дорога?
— Построенная вокруг Гори еще при царе, но когда проложили новую, эту забросили, и лет тридцать уже никто ею не пользуется. Рытвина на рытвине, но мы на вездеходах пройдем, — Георгий любовно постучал ладонью по пластиковой приборной панели.
— Хорошо, давай в объезд, — недовольно нахмурился генерал.
Загруженный под завязку «Ту-22М3» проворно развернулся в торце взлетно-посадочной полосы и замер на месте, как спортсмен-бегун перед стартом. Прошло несколько томительных минут ожидания, прежде
Поднявшись на высоту в шесть тысяч метров, «двадцать второй» занял свой эшелон, взяв курс на Кавказский хребет.
— Не понимаю, кому нужен этот маскарад, — спустя двадцать минут полета неожиданно прорвало старшего штурмана.
— Какой маскарад? — замечание отвлекло командира воздушного лайнера от своих мыслей.
— А такой. На дворе двадцать первый век. Даже самые отсталые страны начинают брать на вооружение высокоточное оружие, а нас бомбами нагрузили, как какого-то «Илью Муромца» [27] , — продолжал на повышенных тонах возмущаться штурман. — Почти сотню болванок тащим…
27
«Илья Муромец» — первый в мире стратегический бомбардировщик, созданный конструктором Игорем Сикорским во время Первой мировой войны.
— Мне мужики с транспортника говорили, что бомбы привезли со складов НЗ из-под Воркуты. Там, говорят, клейма на бомботаре стояли 1946–1950 годов, — вставил второй пилот.
— С таким же успехом нас могли загрузить булыжниками, — поддержал его второй штурман, оператор наведения.
— Вы прямо по-взрослому собрались воевать? — не удержался от саркастического замечания командир.
— Как это понимать? — повысил голос старший штурман, с командиром они летали в одном экипаже больше пяти лет и были практически закадычными друзьями.
— Вооружи наш «Бигфайер» полным комплектом современных ракет — и он в одиночку уничтожит все ключевые узлы этого воинственного государства, тем самым обрекая мирное население на страдания и голод. А они, пусть и бывшие, но все-таки свои.
— Ты, командир, говоришь как натуральный замполит, — хмыкнул второй пилот. — Аж зааплодировать захотелось.
— Я всего лишь констатирую факты. Бомбы действительно изготовлены в конце первой половины двадцатого века и уже предназначались для утилизации. Тут случай подвернулся, вот и решили использовать с пользой для дела.
— Смысл? — уперся на своем штурман.
— Психологические воздействие. Как в быту бывает: ругаются два соседа, один кричит, угрожает, плюется, а другой достает дубину да как двинет по стене! А потом заявляет: не угомонишься, голову придется доставать из трусов. И все, конфликт исчерпан. Так вот и нам предстоит высыпать на заброшенную дорогу двадцать четыре тонны взрывчатки, или девяносто шесть двухсотпятидесятикилограммовых фугасных бомб. Картина ландшафта после ковровых бомбардировок впечатлительнее любых слов.
— Ну точно замполит, — ухмыльнулся второй пилот.
— Убедительно, — после минутного раздумья согласился с командиром старший штурман. Но нотки недовольства он все же скрыть не смог. — «Ковровая бомбежка» тоже имеет свои нюансы. Средний потолок, скорость дозвуковая и идти
— В спортивной стрельбе мишень называется «бегущий кабан», — добавил оператор наведения, именно он был главным во время сброса бомб.
— Опасность ракетного обстрела минимальна. Работаем по пустырю, кто там его прикрывать будет? Тем более время бомбардировки меньше минуты. Отдуплимся, потом противоракетный маневр — и на форсаже домой, — заверения командира имели бы смысл, если бы к этому моменту судьба не сделала очередную раздачу…
За воздушной обстановкой в зоне конфликта пристально наблюдал курсирующий над Ставропольским краем «А-50», самолет дальнего радиолокационного наблюдения «Шмель». Среди членов радарной группы находился и офицер радиоперехвата. В тот момент, когда бомбардировщик подходил к объекту атаки, чуткая аппаратура засекла новый источник переговоров.
— Увага, увага. Циль велыкорозмирна. Азымут двисти дэсять, дальнисть висимдэсят. Боэва готовнисть.
Оператор радиоперехвата быстрыми, отработанными движениями стал набирать компьютерную программу. Только что он засек переговоры между станцией наведения и зенитно-ракетной батареей, которые брали на прицел приближающийся бомбардировщик. Необходимо было вычислить координаты до того, как произойдет пуск ракеты…
— Такая дорога может вести только в ад, — громко клацая зубами, прорычал Димурия Пааташвили. Несмотря на то, что внедорожники проворно продвигались вперед по старой дороге, больше напоминающей пересеченную местность, у пассажиров такая езда отбила все внутренности…
— Мы над целью, — объявил оператор наведения.
«Ту-22» распрямил крылья, снижая скорость, из раскрытых бомболюков вниз полетели черные капли авиационных бомб.
Стена огня, дыма и горной породы, подобно волне цунами, встала вдоль горизонта, мгновенно поглотив ставшие на ее фоне крошечными букашками американские внедорожники, которые в одно мгновение без следа исчезли в раскаленной плазме взрывов…
Компьютер не успел просчитать позицию вражеских зенитчиков, когда из динамика станции радиоперехвата донеслось:
— Перша, вогонь!
— Засек наземный пуск ракеты! — громко, во весь голос, объявил офицер локационного контроля. Сейчас весь экипаж работал на эту засечку. Но было поздно.
Бомбардировщик избавился от своего смертоносного груза и готовился к проведению противоракетного маневра, оставалось только закрыть крышки бомболюков.
Массивная стрела ракеты «Бук-М1» со стабилизаторами на полдлины корпуса взорвалась в метре от брюха бомбардировщика. Семьдесят килограмм сверхмощной взрывчатки, начиненные полутора тысячами стальных стрел шрапнели, разорвали самолет на две части. У экипажа на спасение не было ни единого шанса, гигантские иглы, разлетающиеся в разные стороны с космической скоростью, легко прошивали самолетную обшивку и находившихся за ней летчиков…
— Засекли координаты зенитной батареи, — доложил оператор РЛС.
— Передавайте «Орлу», — звенящим от напряжения голосом приказал начальник тактической группы. — Не успели остановить, так хотя бы отомстим…
В современной войне стационарные зенитные комплексы обречены, они успевают лишь ошеломить первую штурмовую волну, затем последующие волны эти позиции перепахивали в пыль. Это наглядно показали боевые действия в бывшей Югославии, в Ираке, на Ближнем Востоке. Только мобильность давала шанс уцелеть и продолжить борьбу с вражеской авиацией.