Доспехи Крестоносца
Шрифт:
– Вот и первая пружина, - предупредил Винс.
– А сколько еще?
– Не знаю, - ответил парень, - с подобными замками мне раньше не доводилось работать. Так что сам увидишь.
Когда Винс справился с последней пружиной и замок тихо щелкнул, прошло не менее десяти минут. Ровно столько же понадобилось и на второй. Когда же и второй замок известил мужчин об удаче, Винс изрядно выбился из сил. Лицо и ладони взмокли, а ноги от долгого неподвижного сидения на жестком полу затекли.
– Все?
– уточнил на всякий случай Гусак.
–
Теперь, когда самое трудное осталось позади к Винсу вернулось хорошее расположение духа. А когда Леон ввел код, и дверь со скрипом распахнулась, вор вообще оказался на седьмом облаке от счастья.
– Неужели получилось?
– не веря, пролепетал Гусак.
– Получилось, - подтвердил Винс.
Не сговариваясь, мужчины, одновременно ринулись в подвал.
В квадратном помещении вполне хватало света - на стенах обнаружились факелы. И перед ликующими ворами предстали стоящие друг подле друга четыре массивных кованых сундука. После предыдущей работы с новыми замками Винс расправился на одном дыхании. Поочередно открыв каждый замок, парень в нерешительности остановился у крайнего.
– Кто откроет?
– от возбуждения руки у Винса слегка дрожали.
– Давай ты, - сказал Леон, - хотя нет. Я.
– Тогда давай.
Затаив дыхание Гусак приоткрыл крышку сундука. К сожалению приятелей, ожидало разочарование. В первом сундуке обнаружились какие-то документы, грамоты и прочие ничего не значащие для воров бумаги. Следующий сундук тоже золото не таил. В нем обнаружились вазы, посуда и статуэтки. И хотя все это оказалось из серебра, мужчины лишь нерешительно переглянулись. С вазами, а в особенности статуэтками возникли бы при сбыте трудности. В первоначальном виде изделия из серебра никому не понадобились, а переплавить их в нечто другое требовало кузни. В общем, проблем не оберешься.
Уже без особого восторга Гусак подошел к третьему сундуку. Открыл его. Самый малый среди прочих, сундук оказался заполнен серыми мешочками, насчитывающихся около десяти. Острое лезвие ножа, возникшее в руке Леона, в один миг вспороло один из таких мешков. Из него тут же посыпался дождь из серебра.
Воры возликовали.
– Дьявол, да здесь золота хватит до конца беспечной жизни!
– Гусак расхохотался. Ощущая приятную тяжесть мешков, парень уже прикидывал, куда можно потратить такое богатство.
– Гусак, не будь ты собой, я бы тебя расцеловал!
– Винс весело рассмеялся вслед за товарищем.
– За это я прощаю тебе прежние прегрешения.
– Целовать меня не нужно, - Леон отмахнулся, - просто купишь мне кружку пива. Хотя какая кружка? Я могу купить множество бочонков лучшего! Или нет. Куплю трактир! И еще публичный дом. Точно!
Когда первая радость прошла, до Винса, наконец, дошла маленькая неувязка.
– Слушай, а как все это вынесем? Здесь же хрен знает, сколько фунтов веса. Больше трех мешков даже пытаться нечего унести. А здесь их на ходки две.
– И что?
– не
– Ты хочешь рискнуть и вернуться сюда вновь?
– Конечно! Только полный кретин оставит здесь такое сокровище.
– А если сюда наведается хозяин или стража?
– Винс, сейчас ночь! На кой черт хозяину заглядывать в хранилище? Он давно баяньки у себя в теплой постельке. Небось, только и видит, как новые богатства заполучить. А охрана. Ты же сам видел, какие здесь стражи. Одно слово.
– Думаешь?
– Мой друг, я уверен.
– И все равно странно, - дурное предчувствие не желало покидать вора, - полагаться исключительно на стражу.
– Ну вот!
– Гусак закончил связывать мешки попарно и посмотрел на компаньона как на сумасшедшего.
– Успокойся. И начни радоваться жизни! Только посмотри - все это скоро станет нашим! А что касается безопасности, так хозяин полагался не на стражу, а на дверь. Это же чудовище. Но мы ее открыли и теперь сорвем куш! А если боишься, то можешь сюда больше не возвращаться. Я один пойду. Мне только больше достанется.
– Не забыл наш уговор?
– остудил разошедшегося Гусака Винс, - сорок пять процентов из всего мое.
– Ага. Ты позволишь забыть, - буркнул Леон.
– Ну, че пошли?
Тут мошенник вспомнил про последний, так и неоткрытый сундук.
– Ты чего замер?
– удивился реакции товарища Винс.
– Мы еще не посмотрели, что таит последний сундук, - напомнил Гусак.
– И плевать на него, - отмахнулся Винс, - идем. Нам и этого серебра хватит.
– Уйти и так не узнать чего мы лишились? Это не для меня.
– Не бросая попусту слов, Гусак приблизился к сундуку.
– А вдруг там точно такие же мешки, только с золотом?
– Жадность до добра не доводит, - предупредил приятеля Винс. Хотя азарт и чувство наживы уже сумели захватить и разумом самого Винса.
В последнем сундуке оказалось не золото. Сложенные друг к дружку в нем лежали полотна картин.
– Вот это да. Ты только погляди!
– расхохотался Гусак, достав первую картину. На ней была изображена обнаженная женщина с веером в руках. А подле нее застыли две борзые.
– Ее я повешу у себя в комнате. Над камином. Ах-ха-ха!
– Надеюсь, раму ты за собой не потащишь?
– Винс взвесил раму.
– Тяжелая.
– А мы их вырежем, - беззаботно отмахнулся Гусак, поочередно извлекая картины и расставляя их у сундуков.
– Ножичком. Глядишь, еще немного деньжат удастся нажить. Но эту крошку я оставлю себе.
Гусак нежно провел рукой по холсту с женщиной и собаками.
Достав последнюю картину, Гусак принялся осматривать спрятанные шедевры. Винс тоже не упустил шанс полюбоваться картинами. Однако ничего примечательного лично для себя вор не обнаружил. В основном на холстах изображались либо пейзажи, либо незнакомые люди. Внимание обоих мужчин привлек лишь последний холст. На нем изображалось целая группа людей.