Доспехи Крестоносца
Шрифт:
Мужчины продолжали двигаться, напоминая корабль, попавший в сердце бури и раздираемый на части свирепыми волнами. Они не знали куда движутся, несомые ветром, искренне полагаясь на интуицию вымотавшихся лошадей. Брат Бризнер молился Девяти, прося помощи и приюта.
Спустя два часа ничего не изменилось. Непогода продолжала свирепствовать. Сквозь порывы ветра слышались стоны деревьев, вокруг почти ослепших мужчин носились неясные тени. А дорога уже давно превратилась в маленькую речушку. Ее поток шуршал поблизости.
Защитный щит Оливера помог хоть немного
Кто именно помог выбраться им из этого ада, было не важно. Возможно, в самом деле, над путниками смилостивились боги, устав наблюдать за страданиями, или инстинкт привел вымотанных лошадей к жилищу.
Спустя еще полчаса очередная вспышка света озарила округу. Перед путниками вынырнул из мрака силуэт покосившегося дома. Обрадовавшиеся безмерно мужчины ринулись к нему, но дом испарился как призрак, слившись с мраком. Новой вспышки все дожидались с замиранием сердца. А когда она вспыхнула, странники осознали, что их вынесло к деревне. Судя по всему опустевшей, но главное деревни, где находились дома, а значит и убежище.
Продрогшие, еле держащиеся на ногах, они загнали лошадей в конюшню, вытерли их насухо соломой и уже после стали заботиться о себе.
В доме оказалось очень темно. Пахло сыростью, затхлостью и прелым луком. Однако ничего лучшего нельзя было и просить. Крыша почти не протекала, не считая нескольких малых дыр, не стоящих и внимания.
Оливер создал маленького светлячка, озарившего помещение неярким светом. Теперь мужчины могли оглядеться. Дом состоял из единственной комнаты. В центре находилась печь. Стол, перевернутая лежанка оказались единственной мебелью. В углах, как и положено, в запустении свели себе гнездышко пауки, затянув стены паутиной. Обнаружилось в доме немного дров и соломы.
Мужчины сбросили без стеснений мокрую, отяжелевшую одежду.
– Кто-нибудь знает, как растопить печь?
– спросил маг у спутников.
– Или разожжем костер?
– Я знаю, - откликнулся Бризнер.
Монах подошел к печи, внимательно ее осмотрел, покачав головой. Заглянул внутрь, выпустив наружу облако пепла и золы. Откашлялся.
– Печь крайне запущена. Но думаю, разжечь ее все же получится.
Бризнер колдовал возле печи добрую четверть часа. В конце концов, с помощью Оливера они подожгли бревна. Вначале по дому стал расползаться едкий дым, выедающий глаза и заставляющий кашлять и чихать. Но затем пламя стало ровным. В маленьком помещении заметно стало теплей, и переживания насчет разыгравшейся непогоды сразу перешли на второй план. Снаружи неизменно грохотало, сверкало. По крыше стегал дождь, безумно стуча в окна. Ревел ветер. Однако теперь все это было уже не так важно. Уставшие, мужчины постелили возле печи солому и забылись долгим, крепким сном.
Следующее утро
Непогода продолжалась, и не оставалось ни единого шанса продолжить путь.
Дрова закончились быстро. В сенях, где дремали лошади, ничего сносного не нашлось, поэтому недолго думая Таниэль изрубил лежанку. Стол оставили напоследок.
– Отличная погода!
– фыркнул Вэнт, вбежав на крыльцо. За те несколько минут проведенных на улице воин вновь промок до нитки.
– Ну что?
– поинтересовался Оливер, протягивая Таниэлю кружку с горячим чаем.
Воин сделал хороший глоток, не боясь обжечь горло. На лице появилась улыбка.
– Ничего хорошего, - отозвался Чемпион, отпив еще.
– В ближайших домах дров нет. Нет вообще ничего. Пусто. Крестьяне вывезли все, включая дверей и окон. Так что нам с жилищем еще повезло. И дверь есть, и ставни целы. Хотя, если что можно разобрать полы. Они же из дерева. В печь пойдут. А вот с едой похуже. Провианта нет совсем. Даже жалкого зернышка в амбаре не нашел.
– Плохо, - вынужден был признать Вэнинг.
– Запасов у нас осталось не так много.
– Значит, будем урезать рацион, - пришел к выводу брат Бризнер.
– Ничего страшного, главное крыша над головой имеется. А пустой живот может и подождать.
– Главное, чтобы ожидание не затянулось, - понуро пробормотал Таниэль.
Вечер необычайно затянулся. Погода не думала меняться, дождь лил из ведра, стуча настойчиво по крыше, будто желая проделать в ней брешь. Хорошо хоть благодаря печи в доме царила теплота, иначе бы мужчины совсем загнулись бы от холода и сырости.
Сидящий в углу Оливер продолжал делать пометки в своей книге. Каждый маг заводил себе такую, где выписывал заклятья, записывал интересные мысли. До возвращения назад выпускники должны были продемонстрировать Совету магов собственное заклятье, тем самым доказав, что подмастерья наконец-то стал мастером. Однако создать по-настоящему нужное заклинание это не ерунда, приходящая на ум в первые годы обучения. Поэтому Вэнинг задумчиво кусал кончик карандаша, вырисовывая забавные рожицы. Ничего путного не шло. В конце концов, Оливер захлопнул книгу. Еще успеет. Время много, а дорога длинная.
Что касается времени, так маг не знал, что с ним делать. Пленники непогоды, мужчины вынуждены были дожидаться, когда грозовой фронт уйдет. Но чем заняться в четырех стенах? К тому же если попались такие попутчики. Бризнер постоянно читал книгу, а если и прекращал чтение, так для того, чтобы вознести молитвы. Вэнт часто пропадал в конюшне - тренировался. Пыхтение, шум и лязг мечей слегка раздражали Оливера, однако это было лучше, чем когда Таниэль доставал точило принимался водить им по клинку, издавая совсем ужасные звуки. Точно ножом по сердцу водят.