Досье на Шерлока Холмса

Томсон Джун

В то время как они там стояли, прибежал мальчик-швейцарец с письмом якобы от герра Штайлера. В нем содержалась просьба вернуться в гостиницу и оказать медицинскую помощь английской леди, которая только что прибыла. Она умирала от чахотки. Это был ловкий ход, так как злоумышленники взывали к чувствам Уотсона как врача и соотечественника. Он с тяжелой душой оставил Холмса, но они договорились встретиться вечером в Розенлау. Немного успокаивало Уотсона то, что швейцарец вызвался сопровождать Холмса в качестве проводника.

Отправляясь в путь, Уотсон оглянулся. Холмс стоял, прислонившись спиной к скале и скрестив на груди руки, и смотрел вниз, на несущуюся воду.

«Я не знал тогда, что больше мне не суждено было видеть моего друга», – добавляет Уотсон.

По пути в гостиницу Уотсон столкнулся с человеком, одетым в черное, который шел очень быстро. Однако не узнав в нем того высокого мужчину, которого видел на вокзале Виктория, Уотсон не обратил на него внимания. Полковника Морана не было видно – он, вероятно, где-то затаился. Вот так они встретились: Уотсон спешил по делу милосердия, Мориарти – мщения.

Если бы у Мориарти была возможность выбрать место финальной схватки с Шерлоком Холмсом, он не мог бы найти более драматичную обстановку. Сверкающие черные скалы, ревущий поток, огромная пропасть создавали впечатление первобытного пейзажа или самого ада. Это впечатление еще усиливается тем, что Уотсон употребляет такие слова, как «бездонная пропасть», «кипящий колодец» и «неизмеримая глубина», а «доносившееся из бездны бормотание, похожее на человеческие голоса» напоминает ему о воплях истязаемых душ. Это сама стихия. В этих угольно-черных скалах воздух и вода слились с землей, а также с огнем: брызги поднимаются, «словно дым из горящего здания».

В таких декорациях Холмс и Мориарти обретают сверхчеловеческие свойства: Холмс, ангел света, вовлечен в схватку с силами тьмы, которые воплотились в Мориарти – фигуре, сходной с Сатаной. Природа наделила его, подобно Сатане, феноменальными талантами, но он предпочел использовать их, творя зло. Джон Мильтон описал подобный пейзаж в «Потерянном рае», в котором он пишет о «дикой Бездне», состоящей

Не из Моря, Суши, Воздуха или Огня,А из их причудливой смеси,Исполненной смысла.

Холмс ожидал Мориарти. Он уже догадался, что письмо – уловка, вымышленная с целью заманить Уотсона в гостиницу. Холмс был готов к финальной схватке, зная, что она будет смертельной. Для обоих мужчин это было дело чести. Каждый стремился выполнить свои личные клятвы: Холмс – освободить общество от зловещего присутствия Мориарти, Мориарти – уничтожить Холмса.

Это была не какая-нибудь безобразная драка, а дуэль с соблюдением джентльменских правил – по крайней мере, со стороны Холмса. Холмс отложил в сторону свой альпеншток, чтобы уравнять силы с безоружным Мориарти. Однако хотя Мориарти «любезно» разрешил Холмсу написать прощальное письмо Уотсону, он не упомянул о том, что где-то наверху, над Рейхенбахским водопадом, спрятался полковник Моран, который должен уничтожить Холмса, если тот уцелеет.

Насколько честным был поединок – это спорный вопрос. Оба соперника были высокими и сходного сложения. Но Холмс, несомненно, был моложе и в лучшей форме. Мориарти же мог противопоставить этому свое отчаянье. Ему нечего было терять, и он готов был рискнуть всем в этой последней схватке.

Узкая тропинка, на которой им предстояло сражаться, скользкая от брызг и пены, не давала шансов на превосходство ни одному из них. Было делом случая, кто первым поскользнется и упадет за край пропасти. Но даже на таком ограниченном и опасном пространстве у Холмса было явное преимущество перед Мориарти. Он владел баритсу [57] ,

японским видом борьбы, при которой используются приемы сохранения равновесия.

57

Баритсу – вид японской борьбы, который был введен в Англии Е. У. Бартон-Райтом.

Когда Мориарти ринулся вперед и схватил Холмса за руки, тому удалось вырваться, в результате чего его противник потерял равновесие. Через несколько секунд Мориарти, как мильтоновский Сатана, с воплем рухнул в пропасть.

Глава двенадцатая

Великая пауза

4 мая 1891 – 5 апреля 1894

Человек – это неразрешимая загадка.

Холмс, «Знак четырех»

Можно лишь догадываться о том, что испытывал Холмс, когда наблюдал, как Мориарти летит вниз, в пропасть у подножия Рейхенбахского водопада. Должно быть, огромное облегчение оттого, что не он, а его смертельный враг проиграл финальную битву. Смерть Мориарти была его полным триумфом, кульминацией дела всей жизни, посвященной борьбе с преступлениями. Но, судя по его дальнейшим действиям, чувство выполненного долга и ликование умерялись другими, менее радостными чувствами.

Теперь, когда Мориарти был мертв, ничто не мешало Холмсу направиться по тропинке, которая привела сюда, и вернуться в Мейринген. Там он встретился бы с Уотсоном, который, естественно, поспешит обратно, обнаружив, что письмо, которое передал швейцарский юнец, – фальшивка. Вместо этого Холмс решил инсценировать свою смерть и исчезнуть.

Впоследствии он скажет Уотсону, что эта идея осенила его в считанные доли секунды, когда тело Мориарти еще не успело долететь до дна ущелья. Однако его объяснение мотивов, которые привели к такому решению (как и извинения, когда он притворился смертельно больным в рассказе «Шерлок Холмс при смерти»), не особенно вразумительно. По словам Холмса, он знал, что три члена организации Мориарти все еще на свободе и поклялись его убить. Несомненно, они не колеблясь отомстят ему, как только узнают о смерти Мориарти. Но если бандиты поверят, что Холмс также погиб в Рейхенбахском водопаде, они начнут действовать более открыто и ему будет легче выследить их и отдать в руки правосудия.

Но ведь в то время, когда Холмс принял это решение, он еще не мог знать, что три члена банды Мориарти избежали ареста. В телеграмме, присланной ему в Страсбург Скотленд-Ярдом, было сказано, что все люди Мориарти были схвачены. Холмс даже не был в курсе того, что полковник Моран не только на свободе, но в эту самую минуту занял позицию над Рейхенбахским водопадом, с тем чтобы убить его, если он уцелеет в схватке с Мориарти. Присутствие там полковника Морана, как впоследствии признает Холмс, было для него полной неожиданностью.

Таким образом, Холмс узнал, что три члена шайки сбежали, несколько позже. Тогда-то ему и пришло в голову использовать эту информацию, чтобы объяснить мгновенное решение, которое он якобы принял, когда тело Мориарти летело в пропасть. Кроме того, он вскоре столкнулся с Мораном и понял: полковник знает, что он жив, и известит об этом своих сообщников. Уже по одной этой причине слова Холмса звучат неправдоподобно. На самом деле реальные мотивы, по которым Холмс решил инсценировать свою смерть и исчезнуть, более сложны, нежели туманное объяснение, которое он впоследствии дал Уотсону.