Досье Кеннеди
Шрифт:
Но тут Малко вздрогнул: Голдман прилетел не один. С ним оказалась светловолосая девица в белой шубке и туфлях на высоких каблуках.
— Их двое, — пробормотал Малко. — Это осложняет задачу.
— Может, подождем, пока они приедут в отель? — предложил Кризантем:
— Рискованно.
— Малко не успел ничего добавить: австрийские таможенники, спешившие покинуть холодный зал, почти не взглянули на багаж, и через несколько секунд Серж Голдман оказался рядом. И тут Малко увидел то, что было незаметно на расстоянии: прибывший умирал
Зато девица, напротив, смотрела туповато и безмятежно. Малко бросились в глаза ее невообразимо длинные ногти.
«Однако...» — подумал он.
Шагнув вперед, Малко взял Голдмана за локоть.
— Мистер Голдман!
Малко показалось, что приезжий вот-вот потечет, как расплавленный сыр. Покосившись на Малко глазами побитой собаки, он пролепетал по-английски:
— Вы, вероятно, ошиблись...
Голдман, попытался высвободить руку. Малко сжал пальцы сильнее. Тем временем Кризантем подхватил под руку девицу, радуясь, что ему хоть в этом плане повезло.
Продюсер имел поистине жалкий вид. Он часто моргал; бесформенный рот и большие уши делали его похожим на горемычного кролика. Малко почувствовал, что дело может кончиться истерикой, и попытался успокоить Голдмана.
— Наши вашингтонские друзья будут вам очень признательны, если вы согласитесь ненадолго задержаться в Вене, прежде чем продолжить путешествие, — заговорил он, увлекая продюсера к выходу. — Со своей стороны я готов гостеприимно распахнуть двери моего замка перед вами и вашей спутницей.
Кризантем, переложив свою пушку в карман пальто, дружески прижался к девушке бедром и попытался изобразить на лице добрую улыбку, но явно переоценил свое обаяние.
И тут произошло нечто совершенно неожиданное для Малко. Серж Голдман остановился как вкопанный и едва слышно пробормотал: «Это не тот. Тот выше...» Затем он несмело спросил:
— Вы сказали «вашингтонские друзья»? Это правда?
Лицо его так засияло, словно ему предложили экранизировать всю Библию для показа на широком экране.
— Конечно, — подтвердил Малко.
Голдман изо всех сил сжал его руку:
— Тогда увезите меня поскорее... Но скажите, вы ведь не работаете на тех, других? Правда?
— Пока нет...
— Тогда едемте побыстрей, — взмолился Голдман. — Они не должны меня видеть!
Все это выглядело очень странно: Голдману полагалось бы бояться Малко, а не вешаться ему на шею.
Разумеется, Малко не мог знать, что по пути из Копенгагена в Вену, опасаясь дьявольской уловки КГБ, Серж Голдман прочел бумаги, лежавшие в черном чемоданчике. И понял одно: на этот раз лучше уж предать русских...
Мариза, стоявшая поодаль в компании Кризантема, уже томилась ожиданием, когда Голдман подошел к ней, радостно улыбаясь и ведя за руку Малко:
— Дорогая,
— Принц Малко, — представился новоиспеченный друг.
Он наклонился и поцеловал протянутую руку Маризы. Она вытаращила глаза: такого с ней еще никогда не вытворяли... Малко потянул их к выходу: расшаркиваться времени не было.
— Моя машина на стоянке. Сейчас я подгоню ее.
Выходя, Мариза шепнула Голдману:
— Скажи, котик, он и вправду принц?
— А как же! — с достоинством ответил Серж.
В следующую секунду у Голдмана перехватило дыхание от порыва ледяного ветра. Мела метель, и на «ягуаре» уже лежал толстый слой снега. Малко устроился за рулем, радуясь, что все складывается удачно. Правда, поведение Голдмана его по-прежнему удивляло: зачем так нервничать? Переход двойного агента на службу к новому «хозяину» был вполне обычным делом как в ЦРУ, так и в КГБ...
Когда Малко подогнал машину к выходу, Кризантем и гости уже стучали зубами от холода. Они поспешно влезли в салон:
Мариза устроилась впереди, Голдман, под бдительным оком турка — сзади.
— Ехать нам часа полтора, — объявил Малко. — Мой замок находится у поселка Лицен, почти на самой австро-венгерской границе.
Голдман вздрогнул.
— Значит, мы едем в Венгрию, — тихо сказал он. — Так я и знал: вы работаете на Игоря.
— Послушайте, — сказал Малко. — Мы едем не в Венгрию, а ко мне домой. И вы прекрасно знаете, на кого я работаю.
Вся эта история привела его в бешенство. Как объяснить Александре присутствие этих людей? Вечер был безнадежно испорчен. Малко сосредоточил свое внимание на дороге: снег валил огромными хлопьями, и ехать становилось все опаснее.
Голдман молчал; Кризантем держал руку на парабеллуме, надеясь, что гость не будет валять дурака: турку претила мысль о том, что тогда неизбежно пострадают кожаные сиденья автомобиля.
Но прибегать к насилию ему не понадобилось: Голдман ни разу не пошевелился и не произнес ни слова до тех пор, пока они не въехали во двор замка, чудом преодолев ведущий туда скользкий подъем. Малко сразу же заметил во дворе «фольксваген» Александры. В нескольких окнах первого этажа горел свет.
Малко вышел первым и открыл дверцу Маризе. Она не осталась в долгу и грациозным движением продемонстрировала кружевные панталончики в цветочек. Судя по ее улыбке, особы благородных кровей пришлись ей по вкусу.
— Ну что? — обратился Малко к Голдману. — Теперь вы успокоились? Видите, Венгрией тут и не пахнет.
Американец ответил робкой улыбкой.
Сзади раздался глухой шум. Они обернулись и увидели, что во двор медленно вползает мощный «Мерседес-600». Машина остановилась позади «ягуара». С тихим щелчком открылась левая передняя дверца, и Малко увидел гиганта из ресторана. За синеватым лобовым стеклом угадывались очертания его обширной спутницы.