Дорогой плотин
Шрифт:
— Оль, слушай! Хватит, уже без конца вопросами сыпать, а? Я ж нить теряю — ты перебиваешь постоянно!
— Так мне интересно! Радоваться должен, что сказка твоя заинтересовала, — Орехова поджала губы, нахохлилась. И терроризировать Ивана перестала. Андрей забеспокоился, поглядывая, не слишком ли обиделась? Нет, успокоился он, надулась для общественности. В образе. Улыбнулся. Она краем глаза заметила, что он её изучает. Довольно улыбнулась.
— В общем, пошли вдвоём, — Иван продолжил. Татьяна подробностей тех так и не знала; и сейчас она, сдерживая рвущиеся вопросы,
— Ух, ничего себе! — Иван прервался, глянул на часы. — Ребят, мы, вообще, никуда не поспеем, если не поторопимся!
— Погодь, куда?! На самом интересном месте! — запротестовал Юрик.
— А знаете, что? — Татьяна нахмурила свой замечательный лоб. — А давайте, вы завтра к нам в деревню, — многозначительный взгляд для Ольги, — приедете, мы по грибы сходим, посидим возле пруда. Ваня и расскажет до конца, а?
— Да мне завтра надо по делам с утра, — зачесал репу Юрик.
— А я приеду, — с вызовом объявила Ольга.
— Юр, может, дела на вечер?
— А типовик когда?
— Тань, действительно, может, как-нибудь через недельку, а? Дел у всех много.
— Давайте так, в воскресенье мы вас на Каширке встретим в двенадцать. Идёт? А дела все свои завтра раскидаем.
— Идёт! — Юрик закивал. — Очень уж охота дослушать. Заодно и места боевой славы поглядеть.
Все засобирались, заторопились.
— Ребят, Ленку проводите тогда?
— А ты, Лен, чего не остаёшься?
— Да родители дома — кипеж будет, если не приду.
— Ага, ну пойдёмте тогда, что ли.
Вывались гурьбой. На улице дохнуло свежестью. Густой аромат прелой листвы заглушал напрочь всякую городскую шелуху: выхлопы с кухонь, помоек и машинной вони.
— Будто прямо в лесу, — сказала Ольга.
— Оль, а ты как поедешь? — заинтересовался Андрей.
— Как-как, на метро я поеду. Как ещё?
— А чего ты в Бауманку не пошла — тебе ж там рядом совсем? — проявляя осведомлённость о месте жительстве Ольги, спросил Андрей.
— Да ну! МЭИ покруче будет. И мальчики получше, — закокетничала Ольга.
Девчонки шли, весело щебеча о своём, будто и не заметили её тона. Рядом шёл тихо Андрей, по-доброму улыбаясь девчачьей легкомысленности. Сзади плёлся Иван. После разговора начистоту, пусть и незавершённого, он чувствовал новое опустошение. Будто изнутри вынули корсет, остались вата и пластилин.
Проводив Лену, вчетвером они пошли к метро. Улицы не были пустынны — тёплый для конца сентября вечер выгнал людей на прогулки. В сквериках звенел девичий смех, откуда-то доносилась музыка.
Спускаясь в метро, услышали шум подъезжающего поезда — рванули. Парни, вскочив в вагон, богатырями удерживали двери, ожидая, пока протиснутся с хихиканьем девчонки.
Упали на пустые сиденья.
— Оль, давай провожу тебя? — вдруг брякнул Андрей. Сразу смутившись. Она заметила, но сарказмы свои пригасила.
— Да ты чего? Опоздаешь на все транспорты ведь!
Татьяна с интересом наблюдала, и даже Иван очнулся от своих дум, заинтересованный. Он ещё в Саянах
— Не, я как раз на последнюю электричку поспею с Курского. От тебя ж недалеко.
— Смотри-ка, всё рассчитал ведь! — усмехнулась Ольга. — Тогда чего уж мне отказываться. Буду рада, — улыбнулась она мило. Андрей смутился ещё больше. Кивнул в ответ.
— Тогда чего, мы пошли? — сказал Иван, вставая. Поезд подъезжал к Павелецкой.
— Счастливо! — Татьяна помахала рукой. Андрей деревянно улыбнулся. Ольга помахала в ответ.
Когда ехали от Каширки, Иван снова занырнул в пучину размышлений, Таня грустно смотрела в темень за окном.
— Знаю, чего мне надо! — вдруг встрепенулся Иван. Автобус громыхнул в яме.
— О, проснулся. Доброе утро!
— Не, я серьёзно же! Вот сейчас я всё это ребятам рассказывал, а легче не стало. Хотя это всё у меня внутри бродит, бродит, выхода не знает. А тут излил (хотя и не до конца), а будто только хуже стало.
— К чему ты?
— Да к тому, что вышли мы от Юрика, я совсем загрустил. Думаю, чего ж тоска только сильнее стала. И сейчас понял, что меня может встряхнуть.
— И что же? — Таня уже устала от Ваниной меланхолии.
— Нужно снова туда, в будущее!
— Вань, опять ты за своё?
— Ты же не знаешь, чего там было, когда мы Володю назад отправили?
— Откуда ж мне знать? Вот сегодня думала услышать. Тогда ж вы оба потерянные вернулись, слова не вытянешь. Я психанула опять. Вот поэтому ребят и позвала в воскресенье — ты словоохотничать начал.
— Если в двух словах, то вернулись мы совсем не туда, откуда его забирали.
— Так чего ж в этом нового? Вон, мы в одно и то же время, по-моему, ни разу не попадали.
— В том-то и дело, что в этот раз попали. Думаю, что это из-за того, что у нас привязка была в виде Володи.
— Тогда я не поняла. Если туда же и вернулись, то почему… не туда?
— Вот! Видно, не так механизм этот переходной сработал. Володя, кстати, нам об этом рассказал. У нас тут литература фантастическая несколько о другом. О планетах других, про путешествия во времени мы не очень, а он в этом деле подкованный. В общем, суть в том, что для нас будущее не нарисовано, мы как туда попадаем, для нас, в любом случае, всё необычно и непонятно. А Володя из своего мира вроде как в прошлое попал. И вот это его попадание, как он и опасался, поменяло весь последующий сюжет. Причём с самой ерунды ведь может начаться.
— Не поняла вот сейчас опять.
— Попробую конкретно объяснить. Вот, скажем так. Ольга, например, из-за появления Володиного на Андрея взглянула по-другому. У них какой-нибудь там академик родится, откроет какой-нибудь…
— Стоп-стоп! Хочешь сказать, что так бы она Андрея бы и не подпустила к себе?
— Тань, ну чего ты придираешься? Понятно, что рано или поздно. Но вот представь, что здесь Володя такую роль сыграл. Появился человек, который без него бы не появился. ЭЭЭ…вот. Понятно? — Ваня понял, что объясняет путано. Поэтому с надеждой поглядел на Таню.