Дороги

Колчанов Артем

Когда стены котлована достаточно остыли и замёрзли, Рэй продолжил работать тепловым лучом, углубляя котлован. Мы же снова принялись рассматривать то, что выбрасывалось из котлована вместе с водой. Но находку сделали не мы, а сам Рэй. Он внезапно остановил плавку, вытряхнул из котлована воду и сообщил нам по радио:

– Похоже, там лежит замёрзший человек. Берите лопаты.

Мы, вооружившись лопатами, опустились в котлован. Там, под не тонким ещё слоем льда просматривалось искорёженное человеческое тело. Но лёд всё же был не настолько прозрачен, чтобы рассмотреть его в подробностях. Работая лопатами, мы откололи глыбу льда с заключённым

в ней телом. А Рэй, работая силовым полем, вытащил её наверх.

– Поработай немного лучом, льда еще слишком много.

– Нет, луч может разрушить находку. Обколите глыбу лопатами, а что получится, следует погрузить в биобокс катера. Только там можно будет освободить это ото льда и исследовать.

Но Рэй не удовлетворился только словами. Он, посадив катер рядом, сам принялся работать лопатой, а когда льда осталось совсем немного, помог мне и Риву загрузить тело в биобокс. Ог нам тоже помогал. Рель же и Серёжка находились почти что в ступоре, им в своей жизни ещё не приходилось настолько близко общаться с мёртвыми.

Когда тело было погружено, мы снова спустились в котлован и осмотрели прилегающий к находке лёд, впрочем, безрезультатно. Рэй же, взяв себе помощником Ога, возился в биобоксе. Впрочем, через час он уже доложил результаты:

– Вне всяких сомнений, это человек, латянин светлой северной расы. Одетый в нечто, напоминающее космический скафандр. Погиб от переохлаждения, замёрз возле этого корабля. Перед этим находился в крайне истощённом состоянии. Личных вещей, могущих сказать нам хоть что-то о том, как он тут оказался и почему погиб, при себе не имел. Вот собственно и всё.

– Очевидно, это был человек, живший во время нашего предыдущего выхода в космос, - добавил Ог.
– Мы точно знали, что такое время было - находили остатки постоянной базы на Зуле, но вот о том, что латяне тогда добирались и до Онни, только догадывались. Теперь знаем точно.

– Наверно у них была авария, и они не смогли вернуться. А этот человек пытался проникнуть на чужой корабль, впрочем, безрезультатно.

– Если их корабль сел где-то неподалёку, мы смогли бы обнаружить его сканером. Как ты считаешь, Рэй?

– Вполне можем, вряд ли льды смогли бы унести его слишком далеко. Произведём съёмку?

– Обязательно и немедленно. Пилотируй и выводи данные сканера на экраны, наблюдать и анализировать будем все. Обследуем зону радиусом… скажем, двадцать пять километров вокруг этой точки.

Сканирование отняло у нас время до самой ночи, но снова не принесло никаких результатов. Если здесь и был латянский корабль, то только за пределами двадцати пяти километров. Но на обследование всей этой ледяной пустыни потребовалось бы слишком много времени, гораздо больше, чем мы смогли бы себе позволить. Конечно, результаты сканирования ледника были достаточно интересными, но этот интерес никак не был связан ни с чужим кораблём, ни с латянским, ни с людьми на Онни.

Сейчас в северном полушарии Онни стояло лето, но до равноденствия было не так уж и далеко. Так что ночь наступила, как ей и положено, да и сумерки были не такими уж и продолжительными, как были бы летом. Мы посадили катер возле чужого корабля. Оставив бодрствовать одного дежурного (им вызвался быть Рив), мы отправились отдыхать, чтобы за завтрашний день постараться раскопать весь корабль.

Но сон не очень то шёл нам. Какой может быть сон, когда рядом с тобой находится неразгаданная загадка. Ребят пришлось заставлять отдыхать приказом,

впрочем, и самого себя тоже. На несколько часов мне удалось уснуть, но когда я поднялся, то оказалось, что поднялся последним. Над Онни начинался рассвет, а точнее ещё не рассвет, а предваряющие его утренние сумерки.

– Не терпится и не спится?
– первым делом спросил я.

– Командир, тут ты прав, - улыбнулся Рэй. Разреши продолжить работу.

– Разрешаю. Но вношу такое предложение: котлован расширить в два раза.

– Считаешь, что мы сможем в результате этого что-то найти?

– Сомневаюсь, что что-то найдём, однако попытаться стоит. Лучше потерять день-два, чем пропустить что-то по-настоящему важное.

– В принципе, с тобой согласен, есть ли у кого существенные возражения?

Возражений не было. И мы принялись за работу. Первый день не дал нам никаких находок. Во второй мы обнаружили пустую порванную палатку, а так же явно кустарного производства деревянные лыжи. Как раз на том уровне, где был найден погибший латянин. И нам стало ясно, как этот человек добрался сюда, и что искать латянский корабль поблизости бессмысленно. Удивило только отсутствие всех тех мелочей, которые бы обязательно взял с собой человек, отправляясь в неблизкий путь. Но могло оказаться, что все эти вещи он выбросил, чтобы облегчить себе остаток пути. Особенно если учесть то физическое состояние, в котором он был перед смертью.

Третий день снова не дал нам никаких находок. Разве что на корпусе чужого корабля обнажились большие люки, такие, что мог бы пройти не то что дисколёт, а катер, немногим меньше нашего. Впрочем, эти люки тоже были плотно закрыты, и открыть их, не повреждая, снова не представлялось возможным. Оставалось надеяться, что нижние люки, если таковые найдутся, окажутся более доступными. Да и ждать оставалось не более одного рабочего дня.

А четвёртый день принёс нам страшную находку. Поначалу всё шло как обычно, никаких находок не было. К середине дня мы дошли до основания чужого корабля. Потом Рэй продолжил расправляться со льдом и наконец-то обнажил каменистую почву, на которой стояли тарелки опор чужого корабля. Но вот только под самим кораблём оставался лёд, которого не касался падающий сверху луч.

Немного посовещавшись, мы решили выплавить и этот лёд, но уже не сверху, а сбоку, с посаженного на дно котлована катера. И это тоже получилось вполне удачно. Оставался уже самый последний кусок льда под самым кораблём, и в этом куске…

Наверно только сейчас я до конца понял тех людей из Лонкла, которым довелось видеть нечто подобное. Подо льдом была целая горка человеческих останков. Людей порубили на части, и не просто бросили, а сложили из этого ужаса правильную пирамидку.

От открывшегося нам вида Реля помутило настолько, что он опустился на землю, Серёжку долго рвало. Остальные же, будучи старше и опытнее, смогли удержать себя от такого. Я, если говорить честно, с большим трудом.

Рив увёл мальчишек на катер, а вернулся с Рэем.

– Неужели Вак достал нас и здесь, - сказал Рив и выругался настолько замысловато, что я ничего не понял, потом добавил.
– Это их почерк, не может быть никакой ошибки или случайного совпадения. Это сделали вакские нелюди.

– Нужно взять образцы для анализа, - негромко сказал Рэй.

– Думаешь, я могу это сделать, - огрызнулся я.
– Меня не учили видеть такое и оставаться настолько спокойным, чтобы ещё и думать об анализах.