Дороги. Часть вторая.

Йэнна Кристиана

— Верю...

— Ну все, — Анри отпустил Бертиса, — гуляй, дитя... беги домой, мамка заждалась уже.

— Понимаешь, — говорила Ильгет, глядя в прозрачный сине-розовый закат за окном, — я была просто поражена. И я не верю, что обладая такими способностями, как Айли, можно не знать о существовании на Ярне сагона... и никогда не контактировать с ним.

Арнис забрался на тахту, сел, подтянув ноги и обхватив колени руками.

— Во всяком случае, —

сказал он, подумав, — это очень хорошо, что ты с ней пообщалась. Очень хорошо... перспективный это контакт. Надо дальше разрабатывать.

Ильгет внимательно посмотрела на него. Придвинулась ближе.

— Ты думаешь, что она...

— А ты думаешь, что нет? Что она не может общаться с сагоном?

— Она не эммендар, это видно. И потом... — Ильгет умолкла, не зная, как выразить свою мысль, — потом, она...

Как бы это сказать? Она уж очень не похожа на врага. Ильгет вспомнила взгляд, полный ужаса и сочувствия. Так может посмотреть человек, хорошо знающий, что такое сагон, и что значит общение с ним. И человек, ненавидящий сагонов.

— Понимаешь, — продолжила Ильгет, — она как будто наша. Ну если не считать этих ее эзотерических заморочек. Она вся такая... видишь, я чувствую людей интуитивно. Я знаю, она могла бы быть среди нас, работать... она бы и в наш отряд вписалась. Я бы ее прямо сейчас пригласила в ДС. Она отличается от всех эзотериков в ШКС. Те — нет, не бойцы. Ты знаешь, — Ильгет улыбнулась, — похоже, мы с ней просто подружились. И... если не считать Иволги, у меня ни с кем не возникало такой... трепетной, что ли... дружбы. Ты чего хмуришься — ревность? — она улыбнулась. Арнис сидел, чуть собрав брови и глядя в одну точку. Он перевел взгляд на Ильгет и улыбнулся так ласково, как всегда улыбался, глядя на нее.

— Нет, все нормально, Иль. Это все хорошо даже. Но все равно будь осторожна, нельзя своим чувствам доверять до конца. Никогда!

Он хотел сказать еще «вспомни Гэсса», но не сказал, однако Ильгет сама мысленно закончила за него предостережение. До сих пор это отзывалось в сердце, как рана, как болевая точка: как она кидается к Гэссу, и вдруг ее отбрасывает к стене выстрелом. И несколько долгих, страшно долгих секунд она не могла поверить в это... Да кому вообще можно верить, если не Гэссу? Так можно дойти до того, что и Арнису не верить. Ильгет приказала себе заткнуться. Хватит.

Арнис прав — она очень мало еще знает Айли, факт, что та знает о существовании сагона, бесспорен, и... Да, надо быть осторожной. И относиться к Айли не как к обретенной подруге, а как к перспективному контакту, который надо осторожно разрабатывать.

— Значит, так, — сказал Арнис, — мы с тобой здесь уже пять месяцев, так? Итоги пока слабоватые. Палн все еще под вопросом. Хотя бы исключить его! Трех подозреваемых, правда, я уже исключил. Но Палн — самый вероятный... Кстати, подумай об учителе Айледы!

— Тоже мысль, — согласилась Ильгет, — может, она сама не понимает, у кого учится. Но я не представляю, как к нему пробиться. У меня, видишь ли, духовный уровень недостаточный, чтобы с ним познакомиться.

И потом, тактически это непохоже на сагона. Ведь он должен пробиваться к власти, а чем занимается учитель Айледы — как я поняла, он вроде отшельника где-то, и весь погружен в индивидуальное самосовершенствование.

— Ну как знать... у него могут быть сложные планы.

— Ну конечно, я сделаю все возможное, чтобы выйти на этого учителя, — сказала Ильгет.

— Тут вся беда, — пробормотал Арнис, — что сагон может и не пробиваться к власти сам, а проталкивать свою марионетку. Причем, скорее синга, зачем ему у власти кукла с дикими глазами. Хотя и это не исключено...

— Но в любом случае мы должны изучать людей, перспективных в плане продвижения к власти...

— Да, конечно. Они сами или их окружение... Кстати, что у тебя с карьерой в ШКС?

— Пока никак, — Ильгет пожала плечами, — с Палном контачит только узкий круг посвященных, ты же знаешь... Я пока еще на первом уровне. Пожертвования толком ничего не дают, моя помощь — тоже. Там многие бескорыстно помогают. Другое что-то надо, надо, чтобы они поняли, что я — очень полезный человек...

Она подползла к Арнису, придвинулась, искательно заглянула в глаза. Арнис рассеянно обнял ее за плечи. Ильгет приласкалась, как кошка.

— Слушай, — он посмотрел ей в лицо, — ты можешь быть полезным человеком с моей помощью... вот что, договаривайся там. Я возьму у Пална интервью. Он ищет популярности? Я ему помогу.

— Радость моя, ты просто гений.

— Но и другого нельзя упускать, — добавил Арнис, лаская Ильгет, — будем дальше разрабатывать линию бизнеса. Все-таки у бизнесмена больше шансов пробиться к власти... Хотя не стоит излишне отвлекаться. Олигархами занимаются другими, а мы должны проверить духовную линию, точно?

— Именно так. Хорошо, что эзотерика позволяет интересоваться буквально всеми течениями... Я вчера договорилась, что схожу на собрание «Энергии жизни».

— А... это хорошо тоже.

— У нас одна женщина интересуется этим.

— "Энергия жизни" тоже в списке...

— Я знаю, — шепнула Ильгет. Их губы уже сблизились. На некоторое время они начисто забыли о сагонах, перспективных направлениях эзотерики, вообще обо всем. Потом Ильгет чуть отстранилась. Не время сейчас. Дети еще не спят, и скоро наступит время для вечерних посиделок.

Ильгет отползла чуть-чуть, чтобы не касаться Арниса, только нашла его руку и крепко сжала.

— Солнце мое, — тихо сказал Арнис, глядя в сгустившиеся сумерки.

— Радость моя, — Ильгет поднесла его руку к губам, поцеловала, — свет мой.

— Девочка... как я хочу понять, почему все так происходит. Как я хочу, чтобы тебе больше не надо было... идти на войну.

— Но это невозможно, Арнис... Аналитики тоже думают над этим.

— Не думаю, Иль. Они разрабатывают стратегию и тактику. Они отвечают лишь на вопрос — «как», но не на вопрос «зачем». Глупо спрашивать «зачем». Они лезут к нам, мы защищаемся. Вот и все. А я хочу понять, зачем им это нужно...