Дороги выбора
Шрифт:
— Откуда он их взял? Это же даже у отступников большая редкость?
— Несколько лет назад на поселение напали отступники, обошлось без резни мирных жителей, стражи рядом были. Но нескольким отступникам удалось скрыться в лесу. Среди них и демоны были. Убегая, они свои вещи закопали, чтобы потом вернуться. Янис это увидел и рассказал деду Михею. Тот вещи откопал, стражам отдал, а на бутыли сам позарился. Он же, как он сам говорит, волшебную настойку делал.
— А зачем в бочку-то их положил? — Удивился Кит.
— Так проверять годность настойки тэри Марта не разрешала. Вот он и уходил со двора, детишкам водички
— Как же он сам от них не отравился? — Ар нахмурился.
— Потому что он пил содержимое бутылки, а отравлена была именно вода в которой они находились. Бывает такое понятие, все сошлось в одном месте. В этом году он настойку решил сделать не на ягодах, как обычно, а на грибах, а они при настое прохладу любят. Бутыли дед Михей всегда в погребе прятал, там темно и темное стекло видно не было, а тут тэри Марта магический светильник в погреб приобрела, и деду пришлось срочно придумывать, куда прятать настойку. А тут дети начали играть за огородом, вот он и решил, что это отличная возможность и бутылки спрятать и ходить настойку проверять. Поставил им там бочонок из мореного дерева, и на дне бутылки совсем не видны стали. Он каждый день детям воду подливал, проверял настойку и вроде все были довольны, но сработала магия бутылок.
— И что это за магия? — поинтересовался Алекс.
— Вытягивание ядов. Причем бутыль довольно умный артефакт, она моментально убирает те яды, которые вредны именно пьющему. Дед Михей не зря говорил, что его настойки волшебные, бутылки убирали все ядовитые вещества из его настоек, и после них и голова не болела, и настроение поднималось. Вот только дед Михей не знал, что бутыли надо было раз в год очищать, помещать в проточную воду на сутки, чтобы весь скопленный яд вышел. Вот и получалось, что яд пошел в воду, а дети эту воду пили. Сработал эффект магической сети. Маленькие дозы незаметно накопились и ударили по организму. А так как бутылки было три, то еще добавилось перемешивание ядов и магии самих бутылок. Что стало походить на отравление аномалией.
— Вроде сами по себе бутыли то полезные, — покачал головой Старейшина, глядя, как тэри Марта и дед Михей сидят на грядке, обнявшись, и рыдают. — Но как подумаю, что детишки из-за них отравились… Если бы вы не пришли на наш вызов, еще неизвестно, чем бы все закончилось…
— Дети уже в не опасности, сегодня вечером их в сознание приведем. И Яниса для профилактики очищающим сбором напоим.
— Благодарю, целительница, поселение оплатит вашу работу, а с дедом Михеем мы сами разберемся.
— Уверены? — Вал нахмурился и поднял бутыли.
— Дед Михей — старожил нашего поселения, вину с него никто снимать не будет, по-своему накажем.
— Дело ваше, но, когда дети поправятся, у меня будет задание вашему деду, — кивнула я. Поселения жили по своим законам, и вмешиваться мы могли только в исключительных случаях. Злого умысла у деда не было, а то, как он сейчас умывался слезами и просил прощения, говорило о его большом раскаянии. Вдобавок, среди отравленных детей был его внук. Сам старик дежурил у дома старейшины и не наигранно переживал за всех детей разом. Потому настаивать на его заключении и передаче стражам смысла не было.
Когда мы вернулись в дом старейшины, и, проверив состояния детей, я села за стол, Алекс, нахмурившись,
— А если бы дети умерли? Тоже бы оставили этого деда здесь.
— Если бы выяснили, из-за чего дети отравились, и не смогли бы их спасти, то скорей всего да, оставили бы его здесь.
— Почему? — теперь нахмурился Кит.
— Вы деда видели? Он же души в детях не чает. Да, есть у него любовь к настойкам, но он знает в них меру, ни пьяным, ни буйным его никто не видел. Все игрушки, что есть в деревне, его рук дело. О том, что он может навредить ребятам, даже подумать не мог, просто не понимая, что у него в руках магический артефакт.
— И поэтому мы бы оставили его здесь? Потому что он хороший?
— Это одна из причин.
— А вторая? — Алекс пытался понять мои мысли.
— Вторая — это само поселение. Это не академия и не город. Здесь все живут рядом, у всех на виду. Понимают, что если ты поможешь, тебе помогут в ответ. У них общие поля, которые они вместе обрабатывают, у них одно святилище предков на все поселение. Горести и радости все вместе, здесь нет деления на своих и чужих.
— Неужели бы простили? — недоверчиво спросил Кит.
— Родители детей? Не знаю. Это решение каждого из них. Вопрос в другом. Пережил бы дед Михей смерть детей, узнав, что это из-за его бутылок они погибли.
— В смысле? Что значит пережил? Он же не травился? — растерялся Кит.
— Чувство вины, знаешь такое понятие? — Вал свернул лист отчета о проделанной работе и, наложив на нее печать башни стражей, отправил. — Понимание, что ты стал виновником смерти восьми детей, довольно страшно, и в таких поселениях жители не выдерживают такой ноши. Слишком тут все связанны. Проще говоря, мы бы не забрали деда Михея, потому что стражи не занимаются мертвыми. Старик попросту наложил бы на себя руки.
— А сейчас? Его простят? — немного смущенно спросил Алекс.
— У каждого поселения свои законы, — заметил Аргайл. — Если, выходя за пределы поселения, они не нарушают общих законов, то стражи не вмешиваются в их внутренний уклад. Раньше были попытки это все контролировать, но потом осознали, что это невозможно. В городах есть охрана, которая занимается вопросами правопорядка, а вот в удаленных уголках, вроде таких поселений, жители сами понимают, что нужно жить по моральным законам. Не простят деда Михея, соберут его вещи и выставят за ворота, решат, что он достоин смерти, побьют, свяжут и приведут стражам. Самое страшное его уже на огороде настигло, — все тихо засмеялись, вспоминая как тэри Марта, гоняла его огромным шестом и пару раз даже удачно огрела. — В любом случае, его участь будет решать не один старейшина, а совет деревни. Им виднее, чего он заслуживает. Кстати, Киани, что за задание ты ему хочешь дать?
— Да, нам тоже интересно? — подорвались драконята и братья, даже Тай подошел.
— Ну, дед Михей отличный ремесленник. Вот и хочу, чтобы он детям площадку для игр построил. А то в лес им нельзя, по кустам тоже у них споры вечные идут, вот и решила его надоумить, как детям место соорудить, чтобы все довольны были.
— А можно нам дом на дереве? — раздался восторженный голос Яниса, на него все обернулись, и ребенок смутился, — Я это, целительница говорила, можно будет навестить…
— Можно, Янис, — улыбнулась я. — Старейшина вас ведь письму учит и чтению?