Дороги вглубь
Шрифт:
Увидев непреклонную решимость Толмазова, Крымов перестал возражать. Прихватив с собой яркие электрические фонари, веревки, топорики, они вылезли из люка и отправились на поиски.
Было решено еще раз тщательно обследовать часть грота, противоположную той, где был произведен взрыв: ведь тело Кости могла унести вода.
Несмотря на то, что профессор шел, превозмогая боль, они быстро достигли стены и углубились в одну из расщелин. Свет прожектора машины не проникал сюда. Приходилось идти, освещая дорогу электрическими фонарями.
Глухо
Свет упал на продолговатый белый предмет. Оказалось, что это небольшая рыба барахтается в мелкой лужице.
– Видите, совсем белая! Все живые существа в подземных озерах белые. Света тут нет, и окраска для организма становится ненужной. Они потеряли ее с течением времени, - проговорил Толмазов, наклонившись.
Как бы в подтверждение слов профессора, в этой же лужице показался плавающий червь длиною около пятидесяти сантиметров, тоже белый.
– Идемте!
– заторопил Крымов.
– Не думайте, что я забыл о Косте, - проговорил Георгий Степанович, поравнявшись с Крымовым.
– Присутствие этих существ говорит о том, что тут раньше протекала река. Следовательно, она могла унести тело Кости именно сюда...
Вскоре путники увидели впереди себя отвесную стену. Перед ней находился широкий колодец. Крымов ползком приблизился к краю. Свет его фонаря, скользнув по совершенно отвесной стене, потерялся в бесконечной глубине.
Впрочем, глубина колодца не была бесконечной. Где-то совсем далеко виднелся слабо фосфоресцирующий голубоватый свет. Олег Николаевич убедился в этом, погасив фонарь.
– Внизу свет...
– прошептал он.
– Не может быть!
– Посмотрите...
Профессор с трудом опустился на землю и также подполз к краю.
– Что такое?
– проговорил он.
– Откуда это свечение?
– Наверное, фосфор?
– Фосфор не может быть: он бы давно окислился в воде и перестал светиться...
– Коо-о-стя-я-яяя!
– громко закричал Крымов.
Когда умолкло раскатистое эхо, со дна колодца послышался тихий собачий лай.
– Вы слышите?
– спросил Крымов, приподнимаясь. Он снова закричал, но ему никто не ответил.
Долго ходили инженер и профессор, исследуя расщелины и малейшие углубления. Наконец, усталые и разбитые длительными поисками, вернулись к машине. Пережитые волнения сказались немедленно, и оба заснули мертвым сном.
Вскоре Толмазову приснился сон: огромная собака навалилась ему на грудь и обдает его лицо горячим дыханием. Он отбивается изо всех сил. Наконец, сделав над собой невероятное усилие, как это часто делают люди, желающие избавиться от неприятного сновидения, проснулся и увидел... настоящую собаку, положившую лапы на его постель.
Профессор громко сказал: "Вон!" - и на всякий случай протер глаза.
Перед ним стоял Джульбарс.
– Олег Николаевич, проснитесь! Собака!
– закричал
– А?.. Что?.. Опять?..
– забормотал Крымов, вскакивая с постели.
– Вот так штука... Неужели плыла за нами? Это невероятно! Джульбарс, где Костя?
Собака присела на задние лапы и, виляя хвостом, принялась лаять, потом вскочила и побежала к открытому люку. Крымов бросился за ней. Она вела его к тому ущелью с колодцем, на дне которого было видно голубое свечение. Не добежав до колодца, собака юркнула в маленькую расщелину и начала отчаянно лаять, приглашая Крымова следовать за ней. Но расщелина была очень узкой.
Внезапно Крымова осенила мысль, отчетливая и ясная.
– Костя на дне колодца... Собака выбралась оттуда по каким-то узким наклонным ходам, по которым нельзя пройти человеку... Как же быть? Попробовать спуститься в колодец при помощи веревки! Но хватит ли ее?
И Крымов принял решение использовать для поисков Кости подземно-движущуюся машину.
С большим трудом Олегу Николаевичу удалось выманить Джульбарса. Схватив его за ошейник и привязав к нему кусок веревки, Крымов направился к лодке, волоча за собой жалобно скулящего пса.
Машину к пуску приготовили быстро.
Вздрогнул корпус лодки. Зашевелились широкие лопасти. В быстром вихре завертелись резцы, расположенные на носу. Стальное чудовище подползло к каменной стене, словно намереваясь померяться с ней силой.
Грот наполнился грозным гулом. Резцы из крепчайшего сплава, изготовленные в виде зуба грызуна, крошили и превращали каменную стену в пыль. Заработали транспортеры, отбрасывающие эту пыль назад, к хвосту лодки.
Подземная машина, окутанная тучей пыли, стала вгрызаться, казалось бы, в совершенно неприступную стену.
Сидя за рулевым управлением, Крымов сосредоточил все свое внимание на измерительных приборах и экране радиолокатора. Профессор Толмазов стоял за его спиной, впившись глазами в экран. По вздрагивающей и трясущейся, как в нервном ознобе, кабине беспокойно бегала собака.
Все ниже и ниже опускается подземная лодка. Несмотря на теплоизоляционные стены, жар от разогретого в результате трения о камень стального корпуса лодки проникает в кабину.
Крымов объясняет профессору, как пустить в ход холодильную установку. Дышать становится трудно. Приходится увеличить поступление кислорода из баллонов.
Несколько часов продолжалась борьба крепчайшего сплава с камнем. Победил механизм.
Вот он приближается к намеченному месту. На экране радиолокатора уже обрисовываются очертания каменного колодца.
Но нужно спуститься ниже. Еще не видно дна. Работают стальные лопасти рулей. Они все глубже и глубже наклоняют вгрызающийся в камень нос лодки.
Наконец уменьшилась тряска. Прекратился скрежещущий вой резцов. Лодка вошла в свободное пространство.
Из открытого люка с громким лаем выскочила собака. За ней стремительно спустился по лестнице Крымов...