Дороги судьбы
Шрифт:
— Видел бы ты, как она стреляет. Просто талант. Еще чуть-чуть потренироваться — и я могу умыть руки. В охране нуждаться не будет.
— И это успел? — удивился Роджер. — Готовишь по полной программе?
Кэл виновато опустил глаза.
— Все равно в жизни пригодится.
— Брось, передо мной-то не юли. Я же не против, просто как-то неожиданно все это. Она мне нравится, но, знаешь, такая жизнь будет не по ней. Ей надо выйти замуж, нарожать детей, жить себе где-нибудь подальше от крупных городов. Ты же и сам это понимаешь.
— Это ей решать, не мне. И не тебе.
— Я и не пытаюсь
— Все равно ей пока негде жить. А если она не захочет остаться — ее дело.
— Может… — Родж не договорил, но Кэл понял его и без слов.
— Я не останусь.
— Я и не надеялся.
— Не ври. Родж, честное слово, мне и самому жаль, но ты же понимаешь — другого выхода нет.
— Понимаю. А ей ты как объяснишь?
— Может, и не придется. Ты же сам рассказал, что за чертовщина у Грея, — не исключено, что нас просто-напросто прибьют на Рапиде или Сагоне.
— Не накаркай, дурак.
— Иди ты…
Эта концовка разговора была для них чуть ли не стандартной.
Сообщение о том, что Грей останется на Рапиде на целый день, Кэл принял, что называется, «в штыки». Грей немало возмущался таким отношением йоки, считая его чересчур навязчивым и благодаря небеса, что не сказал йоки о предстоящей задержке на Сагоне — тогда бы тот точно разнес корабль к чертовой матери. Но даже здесь Кэл проявил незаурядное упрямство.
— Или ты остаешься на корабле, или живешь там, где я буду иметь возможность охранять тебя, — твердо заявил он. — Одного тебя я не оставлю.
— Ты мне что — нянька?
— Я твой йоки! Я отвечаю за твою жизнь.
— Ты отвечаешь за груз, а он остается на корабле.
— Интересно, что я буду делать с грузом, когда тебя убьют?
— Да не могут меня там убить! Это правительственная военная база, там я в безопасности.
— От кого в безопасности? — Тут Кэл оборвал спор и начал ругаться на каком-то языке, не обращая внимания на присутствие Арианы, которой такое слушать не полагалось. Впрочем, большинство этих ругательств она от него уже слышала, и не только слышала, но еще и успела выучить. Отведя душу, йоки успокоился и махнул рукой на строптивого подопечного. Грей, с откровенным интересом наблюдающий за вспышкой железно спокойного йоки, заикнулся в том смысле, что ему же так будет лучше — Кэл сможет отдохнуть денек от обязанностей йоки. заняться своими делами, может, слетать куда-нибудь. Но Кэл одарил его таким уничижительным взглядом, что юноша смирился. Наконец было решено — Грей может катиться на все четыре стороны, но только взяв с собой рацию, чтобы при малейшем признаке опасности связаться с Роджером. Да и без признаков опасности — просто периодически давать о себе знать. Против рации Грей не возражал.
— А я? — подала голос Ариана.
— Ты — ни на шаг с корабля, — отрезал йоки.
— Хорошо-хорошо.
— И помни — за тобой охотятся не простые бандиты, — вставил Роджер. — Не слишком полагайся на правительственную охрану — кто знает, чьим приказам она будет подчиняться.
— Знаю. Хотя от всех бегать… Так и параноиком недолго стать.
— Ну уж лучше, чем трупом. Родж, ты не можешь приземляться аккуратнее? Мы же отремонтировали амортизаторы.
— Ладно, я соберу вещи. — Грею чертовски не хотелось продолжать спор. Он ушел в
— Идиот, — прокомментировал Кэл. — Было бы гораздо разумнее остаться на корабле.
— Ему начальник приказал.
— Может, это глупо, — смущенно призналась Ариана, — но мне его начальник почему-то не нравится.
— Знала бы ты, девочка, как он не нравится мне, — со вздохом ответил Роджер. — Но что мы можем поделать?
Грей абсолютно не понимал, что стоит за встревоженностью йоки. База правительственная, охраняется войсками, на ней он будет в полной безопасности. Как Кэл этого не поймет? Жаль, конечно, расставаться с Арианой, но ведь это ненадолго. Она предложила проводить его, но Кэл запретил. Сволочь этот йоки, откровенно говоря, хотя работу знает неплохо и честно старается выполнять. Он искоса взглянул на шагающую рядом «сволочь» — Кэл старательно обшаривал глазами улицу, по которой они шли. На лице его было обычное каменное выражение, чуть согнутая рука касалась бластера.
У ворот базы охрана потребовала у Грея пропуск, которого, естественно, не было. Пока юноша доказывал, что надо всего лишь взять рацию и связаться с начальством, Кэл еще раз проверил исправность рации и скороговоркой повторил наставления Роджера — никому не верь, никуда не влезай, будь осторожен и еще раз никому не верь. Подождав, пока Грей скроется за массивными железными воротами, он повернулся и пошел обратно в космопорт, прикидывая, сколько времени пройдет до того, как его подопечному потребуется помощь. В том, что это произойдет, он не сомневался.
Постепенно напряжение, мучившее его и Роджера, стало проходить. Вскоре электронный мозг осторожно предположил, что опасность, вполне возможно, ждет Грея не на Рапиде, а на Сагоне.
— Может быть, — задумчиво согласился с ним Кэл. — Даже вероятнее. Но и Рапид со счетов скидывать не будем.
— С чего вы взяли, что ему грозит опасность на Сагоне? — спросила Ариана.
— Скажем так — у нас есть основания предполагать.
— Ясно, — пожала плечами девушка, хотя ясного тут ничего не было. — Можно мне выйти?
— Нет, конечно. А зачем?
— Так.
— Это не ответ.
— Я хочу посмотреть на закат, — буркнула Ариана. — Только не надо смотреть на меня, как на идиотку.
— Ну почему же идиотку, совсем не…
Пронзительный писк не дал Роджеру договорить. Кэл напрягся в кресле. У всех троих вихрем пронеслась одна и та же мысль: «Началось!» Родж быстро переключил связь на динамик.
— Я слушаю.
— Родж? Родж, это я.
Кэл с Арианой тревожно переглянулись.
— Что-то случилось?
— Нет, ничего. Просто хочу сообщить, что в ближайшие часов семь на связь не выйду. Так что не беспокойтесь.
— Это еще почему?
— Меня пригласили на конференцию по вопросам применения последних разработок химического оружия, ну ты знаешь их вечные колебания — быть или не быть.
— Вот придурки! — не удержался Роджер. — Им Рауси мало?
— Что такое Рауси? — шепотом спросила Ариана у Кэла.
— Планета, где подобное оружие применили, — ответил он таким же шепотом. — В итоге погибло практически все живое. Вот с тех пор все оружие массового поражения и запрещено.