Дорогая Дебора

Кристенбери Джуди

И осекся, не зная, как выразить просьбу сестры, которая попросила его позаботиться о своей подруге, стать ее защитником, быть с ней поласковее.

— О чем?

— Постараться познакомиться с вами поближе, — выкрутился он. — Рэйчел уверяет меня, что вы первоклассный корреспондент.

— Я вовсе не нуждаюсь в том, чтобы со мной носились как с писаной торбой, мистер Бри… Джейсон. Есть корреспонденты намного лучше меня. Мне нравится моя работа, но мне отлично известно, что если газета не раскупается, она

прекращает свое существование.

— А вы считаете, что нашу газету раскупают из-за вашей колонки?

Дебора выпрямилась и гордо вскинула подбородок. «А девочка-то, оказывается, с характером! — подумал Бриджес. — Что ж, это неплохо, хотя и странно. Мне казалось, она должна быть мягкой и покладистой».

— Хотелось бы так считать. Я получаю около тридцати писем в неделю, в которых люди спрашивают совета.

Потирая подбородок, Джейсон ждал. Иногда молчание — лучший ответ на вопрос.

— Я понимаю, это немного, но для людей, которые нам пишут, это очень важно, — откровенно призналась Дебора.

— А кто-нибудь из них написал, помог ли ему ваш совет?

— Да, несколько человек.

Официантка принесла закуску, и разговор прервался.

Делая вид, что всецело поглощен куском мяса, Джейсон украдкой наблюдал за Деборой. Единственным признаком тщеславия, по его мнению, были ухоженные ногти, покрытые бледно-розовым лаком. Странно. Накрашенные ногти и абсолютно не тронутые помадой губы. Интересно, почему она так старается казаться незаметной?

Подняв голову, Дебора поймала на себе его взгляд и поспешно опустила глаза.

— Вы собираетесь сохранить мою колонку? Бриджес поразился ее прямоте.

— Конечно. В том или ином виде. Я подумываю о кое-каких нововведениях. Скажите, вы умеете приспосабливаться?

Дебора замерла и, подняв голову, встретила его взгляд.

— Может быть. А какие изменения вы собираетесь ввести? Джейсон усмехнулся. Если он касался ее личной жизни, Дебора тотчас замыкалась в себе, но стоило затронуть какой-нибудь аспект ее профессиональной деятельности, и она охотно поддерживала разговор. Интересно.

— Ну, во-первых, мне кажется, вы должны сделать свою колонку более живой.

— Какой, простите? — удивленно переспросила она.

— Где же ваше чувство юмора? Вы даете неплохие советы, хотя и несколько старомодные. И уж слишком они тяжеловесны.

— Люди, которые мне пишут, страдают. Они серьезно относятся к своим проблемам. Вы предлагаете смеяться над ними?

По ее тону Джейсон понял, что она разозлилась не на шутку. Положив вилку на тарелку, Дебора сердито взглянула на Джейсона.

— Смеяться не над ними, а вместе с ними, понимаете… Но Дебора не дала ему и слова сказать.

— Разбитые сердца не предмет для шуток! Похоже, вам об этом неизвестно!

— А вам? — спросил Джейсон, радуясь тому, что она

забыла о своей сдержанности.

На мгновение лицо Деборы исказилось от боли, и она опустила голову.

— К сожалению, известно.

Вот черт! Как же он мог забыть? Ведь Рэйчел говорила о том, что у Деборы умер муж. Но она так похожа на девчонку, что он совсем позабыл об этом.

Чувствуя, что сморозил глупость, Джейсон поспешил извиниться:

— Простите. Рэйчел говорила мне… Резко подняв голову, Дебора с ненавистью взглянула на него и прошипела:

— Я вовсе не нуждаюсь в каком-то специальном обращении. Если вы хотите меня уволить, увольняйте!

— Может быть, хватит говорить о том, что я собираюсь вас уволить? Я уж начинаю думать, что вы сами этого хотите.

— Не говорите ерунды! — выпалила она. — Я люблю свою работу!

— Я считаю, что ваша колонка имеет важное значение для будущего газеты, — решительно начал Джейсон, а когда Дебора наконец-то взглянула на него, добавил:

— Просто я подумал, что ее можно сделать еще лучше.

Словно готовясь к удару, она откинулась на спинку кресла.

— Как именно?

Джейсон вздохнул и попробовал зайти с другой стороны.

— Расскажите мне о своей личной жизни.

— Моя личная жизнь не имеет никакого отношения к работе.

— А я думаю, имеет.

Изящные черты лица Деборы исказились от ярости, которую она изо всех сил пыталась подавить. «А она и в самом деле ничего, — подумал Джейсон. — Жаль, что блондинки не в моем вкусе». На его взгляд, они слишком мягкие и нежные, ему же нравятся сильные женщины.

— Вы ведь сами сказали, что я даю хорошие советы. А это в моей колонке самое главное.

— Когда вы в последний раз ходили на свидание? Дебора уставилась в окно. Джейсон был уверен, что не получит ответа. Однако она повернулась к нему и, с вызовом глядя ему в лицо, бросила:

— Восемь лет назад, — Восемь лет? Так, значит, еще в детстве? — недоверчиво спросил Джейсон.

На вид Деборе можно было дать лет восемнадцать, не больше.

— Мне столько же лет, сколько Рэйчел, то есть двадцать восемь, и вам об этом известно! — выпалила она. — Какую игру вы затеяли? Моя личная жизнь не имеет никакого отношения к моей работе.

— Ошибаетесь. Как вы можете, например, давать советы тем, кто идет на свидание, когда уже забыли, что на них происходит?

— Сердечные дела не меняются столетиями. Знаете, почему Шекспир до сих пор популярен? Он понимал чувства людей. Или вы считаете, что он устарел? — съехидничала Дебора.

— Нет, не устарел, но я бы вряд ли взял его на ваше место, — ответил Джейсон. — Вот скажите мне, в те времена, когда вы ходили на свидание, появлялись ли в печати статьи о том, что надо непременно пользоваться презервативами?