Дорогами Фьелланда

Волгина Алена

Бьорн не успел ответить, так как дверь снова распахнулась. Внутрь протиснулся карлик с двумя мисками в руках. В одной лежало несколько вяленых рыбешек, в другой — светлые початки, вполне приятные на вид и запах. Следом другой стаббит тащил объемистый глиняный кувшин. Еще трое заявились, видимо, просто за компанию или из любопытства. Они рассматривали пленников, бормоча что-то на своем птичьем языке. Полноватый рыжеволосый карлик с блестящей серьгой в ухе вдруг ухватил Эринну за прядь волос, бормоча «галлан, галлан», — и тут же отлетел в угол, отброшенный ударом Аларика.

— «Галлан» означает «золото», — запоздало

перевел Бьорн.

Стайка карликов мгновенно сбилась в кучу, ощетинившись копьями и обретя сходство с разозленным ежом. На их верещание в комнату прибежали еще несколько стаббитов. Аларик гневно выпрямился.

— Стойте! — воскликнула Эринна, прежде чем конфликт перешел в более острую фазу. — Я подарю ему прядь волос, пусть только даст мне нож, чтобы ее отрезать.

Она втайне надеялась, что карлик, получив желаемое, забудет про нож, оставив его ей. Не тут-то было: стаббит ухватил и то, и другое, жадно вцепился в золотистую прядь, да еще алчно поглядывал на голову альтийки, показывая, что не прочь бы получить остальное. Его приятели сами вытурили наглеца из каморки.

— Неосмотрительно, — нахмурился Кайтон, когда дверь за стаббитами захлопнулась. — Они здесь все колдуны. Могут навлечь беду.

— Предрассудки, — блеснул глазами Аларик. — Хороший колдун может напакостить тебе, не взяв ни реснички, и к тому же находясь от тебя за десять лиг.

— О, перестаньте! — вмешалась Эринна. Ей не нравилось, когда Аларик вспоминал о волшебстве. На его лице сразу появлялось виноватое выражение, словно он хотел извиниться за все предыдущие сто лет жизни. Аларик с Кайтоном сидели друг напротив друга, стоявшая на столе «гнилушка» в плошке причудливо подсвечивала снизу их лица, резко обозначив скулы. Оба грязные и взъерошенные после пробежки по болоту, перемазанные пеплом и черной жижей, они сами походили на зловещих горных демонов.

— Подвиньте мне лучше ту миску, — попросила она. — Хм, что это? — Небольшой початок желтоватого цвета по вкусу был похож на незрелую дыню. — Бьорн, это точно съедобно?

— Какая разница, чем набить свое брюхо, если сам вскоре отправишься на корм троллям? — тоскливо прошептал молчавший до сих пор сьерг. Он смотрел в стену, и в глазах его была пустота.

— Ну, это мы еще посмотрим, кто кем пообедает, — возразил Кайтон. Бьорн понуро качал головой.

— Это же стаббиты. Видели их штольни? Им самим такое никогда не сотворить. Но они кормят горы свежей кровью, и те на время дают им свою силу. Камнелюдов. Троллей. — Бьорн дико огляделся. — Здесь любой валун может обернуться и пожрать тебя. Я слышал об этом. Правда, надеялся, что сам погибну более достойной смертью.

Все невольно оглянулись по сторонам. В крошечной каморке ничего не было, кроме засаленного стола и пары скамей. «Гнилушка» на столе давала ровно столько света, чтобы наполнить угрозой каждую тень. Эринне показалось, что стены медленно сдвигаются, наступают. «Чертов Бьорн! — подумала она с досадой. — Только паники нам сейчас не хватало!»

* * *

Они не знали, сколько им пришлось просидеть в этом каменном мешке. Здесь, под горой, терялось всякое представление о времени. Никто их больше не беспокоил, только один раз зашли еще двое стаббитов, направляясь прямо к Дикону. На их пути воздвигся Большой Дик, и Эринна тоже протестующе вскочила:

— Что

вы хотите сделать?!

Бьорн, рассмотрев, что у них в руках, удержал ее за руку:

— Оставьте, миледи. Это хорошее лекарство.

Стаббиты размотали повязку, приложили к ране нечто, похожее на смесь паутины с плесенью, «Даже не промыли!» — ахнула про себя Эринна, снова замотали опухшее плечо Дикона грязным бинтом и удалились. Все это они проделали молча, напрочь игнорируя остальных пленников. Вопрос Эринны «Что вы собираетесь с нами сделать?» тоже канул в пустоту.

Подавив яростный вздох, девушка снова упала на лавку.

— Не беспокойтесь, — сказал Бьорн. — Я видел, как похожее средство применяли знахарки у нас в деревне, и вполне успешно. Тем более, что завтра нас все равно…

— Пожалуйста, только не начинай опять! — взмолилась она. Кайтон незаметно улыбнулся.

Эринна все на свете отдала бы сейчас за ведро воды. Ужасно хотелось умыться, и рану Дикона давно следовало бы промыть, даже если завтра раненое плечо станет для него наименьшей проблемой. Должна же быть здесь вода? В кувшине, принесенном тюремщиками, плескалось слабое пиво. На стук в дверь им никто не ответил.

«Гнилушка» светила все тусклее, иногда начиная моргать, и наконец погасла окончательно. Комнату, как колпаком, накрыло глухой чернотой. С трудом отогнав страшные видения о пещерных троллях, Эринна прислонилась к надежному плечу Аларика и ухитрилась даже задремать. Лучше бы она этого не делала! Ей приснилось, что она убегает от толпы карликов по бесконечным тесным коридорам, похожим друг на друга, как отражения в зеркале. Наконец, ей удалось забиться в какой-то угол, закрывшись тяжеленной железной дверью, но карлики сразу же начали долбить ее и ломать с ужасным скрежетом. Эринна, вздрогнув, проснулась.

Скрежет действительно исходил от двери. На сей раз их навестил колдун в красной повязке, тот, который умел двигать камни, со своей свитой. Освещенная парой «гнилушек», их компания показалась Эринне живым воплощением ее кошмара. Пленников грубо стали подталкивать к выходу.

— Куда вы нас ведете? — резко спросил Кайтон.

Красная Повязка выдал ответную тираду, в которой можно было разобрать слова «тролли», «встреча» и «честь», а потом неприятно улыбнулся. Его черные зубы блестели, как осколки обсидиана.

Им снова пришлось преодолеть длинную вереницу коридоров, прежде чем они оказались снаружи. На этот раз они вышли с другой стороны: их взгляду предстала горная гряда, плывущая вершинами в облаках, и узкий хребет, соединяющий склон их горы с соседней. Уже вечерело, небо приобрело лилово-синий оттенок, долина внизу погрузилась в темноту. Вдоль горизонта чернела зубчатая кромка леса.

Хотя солнце уже село, их глазам понадобилось время, чтобы заново привыкнуть к яркому свету. Эринна чуть не захлебнулась ветром — после затхлого воздуха пещеры он показался ей сладким, как мед. Следующий за ней карлик нетерпеливым тычком подтолкнул девушку к тропинке, бегущей вдоль хребта. Пленники и их конвоиры растянулись цепочкой, возглавлял которую стаббит в красной повязке. Кайтон все пытался выяснить у Бьорна, какую участь им уготовили горные колдуны: «Нам окажут честь увидеть троллей? Или наоборот? Они будут иметь честь поужинать нами?» Тот мрачно ответил: «Сейчас сам все увидишь».