Дорога в Омаху
Шрифт:
– А может, лучше все же остановить машину? – крикнула Ред Редуинг и затем, заметив, что Сэм проскочил мимо прикрытой сверху тентом подъездной площадки у входа в «Нэнси», добавила: – Теперь же подайте назад ярдов на тридцать!
– Вы, ребята, хороните своих пленников, зарывая их по шею в муравейники, – пробормотал Сэм.
– А это идея! Я обдумаю ее, – отозвалась Редуинг, открывая дверцу и мягко подталкивая Элинор Дивероу к выходу. – Эй, Сэм, да сдвинетесь ли вы наконец с места, чтобы помочь мне, или вас уже ничто не занимает, кроме бруклинского убийцы?
– Хорошо, хорошо, – откликнулся Сэм и, поддерживая мать под правую руку, помог ей
– Прекрасная мысль, адвокат, – промолвила Редуинг не без сарказма. – Мы обернемся за пару минут, не более того… Я сама справлюсь с Элинор, вы же подождите здесь Пэдди или как там еще его зовут?
– С Элинор?
– Женщины легче распознают родственные души, чем вы, мужчины, и вообще мы куда одареннее вас… Идемте, Элли, сейчас вам станет лучше.
– Элли? – повторил в изумлении Дивероу, в то время как умопомрачительная индианка вталкивала его мать в дверной проем. – Никто не зовет ее так!
– Эй ты, веселый господин! – рявкнул на Сэма огромного роста, кряжистый детина средних лет, по внешности своей скорее обезьяна, чем человек. По-видимому, он исполнял тут одновременно две функции – стража порядка и вышибалы. – Это тебе не парковочная площадка, убирайся-ка отсюда вместе со своей треклятой тачкой!
– Слушаюсь, офицер! – затрусил Сэм к своей машине под неодобрительным взглядом ветерана приданных «Нэнси» «сил особого назначения».
– Я не легавый, – смягчился амбал, когда Дивероу сел за руль. – И не сочтите это за некое полицейское самоуправство, мистер.
– Ясно, сэр! – Сэм включил двигатель и, разворачиваясь, добавил: – Судя по всему, вы из дипломатического корпуса.
Машину он поставил с таким расчетом, чтобы сразу же, как только в дверях появятся Редуинг с его матерью, рвануть ко входу. При этом Сэм надеялся на то, что пожилой Кинг-Конг из «Нэнси» при виде красоты Ред умерит свое служебное рвение и тогда они втроем смогут спокойно подождать в «Ягуаре» Пэдди Лафферти с указаниями относительно дальнейших действий.
О господи, ну и дела! Взять того же громилу. Или черный, как из похоронной процессии, лимузин, подруливающий к дому Сэма!.. Что же, черт возьми, происходит? Конечно, нетрудно понять растерянность Вашингтона, если хоть кто-то признал обоснованность иска уопотами, но убийца и черная «Мария» с ее пассажиром, отнюдь не похожим на миротворца, как-то не вяжутся с привычными представлениями об используемых правительством методах. Казалось бы, коль скоро в дело вмешивается государство, то речь должна идти о парламентерах, а не об убийцах, о ведущихся в спокойной обстановке переговорах для поиска цивилизованного выхода из создавшегося положения, а не о репрессивных мерах воздействия, применяемых взводом карателей…
Впрочем, тут же вынужден был признать Дивероу, если Вашингтону стало известно, что за всей этой игрой стоит отставной генерал Маккензи Хаукинз – безумный Мак Хаук, представляющий собой потенциальную угрозу для всей системы национальной безопасности, поскольку в любой момент может нанести по ней сокрушительный удар, – то обращение к услугам убийц или расстрельного взвода явилось бы единственно правильным решением проблемы. Хаук никогда не шел ни на какие компромиссы в своем противостоянии обряженному в кружевные оборочки Городу Чудес, чьи хозяева – дерьмовники, по его образному
Сэм внезапно охнул от ужаса: если Вашингтон ответит на вызов Мака соответствующей же силы ударом, то из тех, кто окажется рядом с Хауком, не спастись никому! Недаром же громила выспрашивал администратора отеля о Пинкусе и Дивероу. Как же, черт возьми, могло случиться такое? Ведь со времени прибытия Хаукинза в Бостон едва ли прошло и восемнадцать часов, в Вашингтоне же, как уверяет он, никто еще не слышал даже ни о Сэме Дивероу, ни тем более об Ароне Пинкусе! Что же из этого следует? А вот что. Сколь бы молниеносно ни действовала всепланетная система связи, прежде чем передать кому-то тот или иной факт или имя, необходимо их знать самому. Между тем, по словам Хаука, имя невинного, оклеветанного Дивероу и, конечно же, Пинкуса никому не было известно. Из чего – о боже милостивый! – напрашивается лишь один вывод: Хаука выследили! Сразу же, как только он появился тут!
Где же он, этот Пэдди? Сэм должен был как можно быстрее поделиться своими мыслями с Маком. Кто-то, оставаясь в тени, следил буквально за каждым шагом старого солдата, и не обязательно было быть детективом, чтобы догадаться, что незримый наблюдатель связан с громилой, расположившимся двумя этажами ниже Мака… Пэдди, где же вы?
Сэм смотрел под навес у входа в злачное место, но Редуинг с его матерью все не появлялись. Исчез и стареющий Кинг-Конг из «Нэнси». Возможно, если поспешить, ему удастся связаться с Хаукинзом по автомату, которым он воспользовался вчера вечером. Но включить зажигание он не успел: к его удивлению, вывалившийся из дверей вышибала ринулся к кромке тротуара и стал оглядываться вокруг, а когда наконец узрел желтый «Ягуар» с сидевшим в нем Дивероу, то подал Сэму знак поскорее подъехать ко входу. О боже, не случилось ли уж чего-нибудь с мамой?
Дивероу включил мотор на полную мощность и через две целых и четыре десятых секунды остановился со скрежетом под навесом.
– В чем дело? – крикнул он седовласому примату, чье лицо сияло теперь улыбкой.
– Парень, почему ты сразу не сказал мне, что ты – с мисс Редуинг? Она – потрясная чувиха, и я, конечно, не был бы столь невежлив, если бы ведал только, что ты ее знакомый. Прими мои извинения!
– Так вы ее знаете?
– Сказать по правде, я служу в этом вонючем притоне столько лет, что и не сосчитать, – в общем, с тех пор, как уволился из армии розовым сосунком. Видишь ли, этот чертов вертеп принадлежит моей вдовой невестке. Мой же сын-дурачок, имевший глупость купить это заведение, был убит во время перестрелки. Тогда-то мисс Редуинг со своими приятелями из этого… как его там?.. «Хааварда» и отсудили у города для меня хорошую пенсию. Что ты об этом думаешь?
– Да ничего: я и понятия не имел об этих событиях, которые каким-то образом касаются и меня…
– Да, вот еще что… Эта прекрасная мисс индианка сказала, что ты, вероятно, малость смущаешься и что я не должен обращать внимания на твои брюки.
– Я их сменил! И она знает об этом!
– Мне нет дела до подробностей, паренек: я говорю лишь то, что слышал. И предупреждаю: если ты сделаешь какую гадость этой девушке, будешь иметь дело со мной. А теперь, приятель, выходи из своей дурацкой колымаги и отправляйся к дамам. Твою тачку я постерегу.