Дорога мёртвых

Фир Мария

— Вы боитесь? Чего именно?

— Я… не знаю, — еле слышно прошептала она.

Она знала. Вся информация, которую она по крупинкам собирала, пересматривая дедушкину коллекцию книг, учебники и пособия для искателей, труды малоизвестных волшебников, что хранились на полках у Сморчка под слоями многолетней пыли, всё перемешалось у неё в голове со сведениями из официальной школьной программы. Для неё давно существовало только два вида заметок о тёмной магии — полезные и бесполезные, и хоть бы раз она задумалась над тем, какие из них общедоступные,

а какие следует спрятать поглубже в сознание и ни при каких условиях не выдавать.

— От того, что вы перечислите названия запретных учений, в класс не явятся злые колдуны и не захватят вас в рабство, — сообщил мужчина.

Сморчок улыбнулся:

— Это ведь вопрос исключительно по вашей части, Лиза!

— Простите, но что вот это такое значит "по вашей части", будьте добры уточнить, господин Ильсен, — встрял проснувшийся секретарь. Профессор нервно хихикнул и заёрзал на стуле:

— Имелось в виду лишь то, что Лизабет Сандберг прекрасно владеет этими знаниями и даже готовила по теме отдельный доклад этой весной.

— Вот как? — заинтересовался магистр. — Тогда, действительно, билет не должен вызвать каких-либо затруднений.

— К основным запрещённым направлениям магического искусства относятся магия разума, магия перемещения и магия призыва теней, частным случаем которой считается некромантия, — выдохнула Лиза и вдруг внезапно успокоилась.

Мир словно замедлился вокруг неё: крохотные пылинки кружились в солнечных лучах и медленно оседали на вычищенный и навощённый пол. Со стен улыбались потрескавшиеся лица учёных и магистров в потемневших, чуть припудренных остатками фальшивой позолоты рамах. Колыхались тронутые июньским сквозняком серые льняные шторы.

— К самой трудно распознаваемой магии относятся различные виды воздействия на разум. Такие заклинания не имеют остаточных специфических излучений и часто могут восприниматься жертвой как «что-то пришло в голову», «что-то вспомнилось», «давно хотел сделать». Очарованные магией разума люди могут считать, что совершают некие действия под влиянием чувств — дружеских или любовных, — девушка подняла глаза.

Все без исключения волшебники, восседающие за учительским столом, смотрели на неё. Председатель подняла тонкую коричневую бровь, густо нарисованную косметической краской:

— Как же отличить магию от настоящих чувств?

— Это не всегда возможно, — сообщила Лиза. — Известны случаи, когда люди проживали под влиянием чар до конца своих дней.

— Вы хотите сказать, что распознавание данного вида воздействия не всегда доступно? — уточнила женщина.

— Я хочу сказать, что подвергшийся заклинаниям по изменению сознания человек не может здраво рассудить о том, что имело место воздействие. Если он влюблён, то будет защищать объект своего желания. Если совершил преступление, то будет пытаться замести следы точно так же, как делал бы это без какого-либо магического влияния…

— Похвально, — разлепил губы пушистый секретарь. Его голова напоминала наполовину

облетевший белый одуванчик. — Каковы истоки этих знаний?

— Человечество позаимствовало магию разума у эльфийской цивилизации. В благородных семьях высших эльфов применение игр с сознанием является чем-то вроде обязательных правил игры. Также эльфы использовали массовые поражающие сознание эффекты для того, чтобы захватить в рабство менее разумные расы.

— Очевидно, вы считаете менее разумной расой нашу собственную? — кисло улыбнулся сотрудник Ордена.

— Это научно доказанный факт — время жизни высших эльфов может достигать тысячи и более лет, что в сравнении с человеческой даёт их расе преимущество.

— В вас говорит только ваш юношеский, точнее, девичий максимализм и очарование эльфами из детских сказок, — заключил секретарь, усмехаясь.

— По какой причине под запрет попали перемещения? — довольно-таки бодро вклинилась председатель, крутя в руках потрёпанное перо.

— Первоначально это было сделано из-за опасности. Во времена второй Магической войны телепортацией начали пользоваться практически все волшебники, включая даже мистиков начальной ступени обучения. Было много несчастных случаев из-за неправильных расчётов координат. После заключения перемирия данную школу магии отнесли к высшей и запретили для всех, кто не имеет сертификата магистра.

Чёрный магистр блеснул глазами:

— Вам известны принципы перемещения?

— Да, господин магистр, — девушка кивнула. — Перемещение возможно в места с чётко зафиксированными координатами. Для успешной телепортации мы должны знать положение точки в пространстве и времени. Чтобы зафиксировать точку, используют различные предметы, так называемые якори или артефакты перемещения, либо живые объекты, с которыми маг связан эмоционально.

— Что за учебник вы цитируете? — улыбнулся мужчина, потирая руки.

— Олаф Руланд, господин магистр, — Лиза тихо кивнула и замолчала.

— Полагаю, достаточно? — у секретаря уже ощутимо урчало в животе. — Знания, хотя и разбавлены некоторой детской восторженностью, а всё же таки имеются в достаточном объёме.

— Последний вопрос, — магистр доверительно наклонился вперёд. — Лизабет, что вы можете сказать нам о некромантии как разновидности магии призыва?

— Только в этом аспекте? — она вопросительно посмотрела на трирского гостя.

Тот блеснул зубами:

— Что вы имеете в виду?

— Некромантия не всегда связана с призывом, — девушка пожала плечами. — Многие заклинания, которые были отнесены к этой школе магии, не используют знания или тела умерших сущностей.

— Как же, по-вашему, они работают? — магистр едва заметно улыбнулся и довольно откинулся на стуле, скрипнув спинкой.

— За счёт энергии живых организмов, — почти прошептала Лиза.

— И без согласия этих самых живых организмов! — секретарь Ордена покивал. — А вы знаете, почему некромантов так сложно выследить и поймать?