Донской дозор

Микишева Алина

Дела...

– Эй, - Лёнька толкнул, задумавшегося Николая, - ты где завис?

– Да так, - отмахнулся тот, - На кошку засмотрелся.

– На кого?!

– Говорю дел по горло...

Теперь, когда оба Димыча были, как говорится не при делах, Васька точно с него не слезет. А ещё и Наташке может достаться от этого урода. Нет, этого допускать нельзя. Нужно вернуть ему деньги, а там посмотрим...

Но главное, где их взять?

– У тебя баксы есть?
– спросил Николай у курящего уже вторую сигарету Лёньки.

–

ЧЕГО?!
– Тот аж подскочил от возмущения.
– Ты чего собираешься этому козлу бабки отдавать?! Совсем сдурел?

– А ты что прикажешь делать?
– Николай упёрся кулаками в стол и посмотрел в глаза сидящему перед ним другу.
– Мало тебе Димыча? Он глаз на Наталью положил.

– Ну, - Лёнька усмехнулся, - этот орешек ему не по зубам.

– Я не хочу её втягивать, - Николай достал из пачки сигарету и присев на подоконник, стал мять её в руках, - Давай так, я сейчас бабки этому уроду выплачу, а потом когда он остынет и потеряет бдительность, мы с ним разберёмся. И Русика тогда подключим к этому делу.

– Ну, как знаешь, - согласился Лёнька и, затушив сигарету, встал.
– Я тебя выручу, конечно. Но у меня есть только четыреста баксов. Где остальные возьмёшь?

– Постараюсь отыскать, - неопределённо мотнул Николай головой и положил так и не прикуренную сигарету обратно в пачку.

– Ну-ну.

Лёнька сходил домой, благо он жил, напротив, в этом же дворе и принёс деньги:

– Вот, ещё сотню у братана взял из заначки. Он пока в армии, ему они не понадобятся, а к его возвращению я думаю, всё вернётся на свои места.

– Надеюсь, - грустно усмехнулся Николай, и пожал руку другу, - А теперь извини, я пойду, пройдусь. Нужно подумать.

– Как знаешь, - пожал плечами Лёнька, - Удачи! Вечером как всегда у Ларисы?

– Подойду, - кивнул Николай, - Только Русику ни о чём не говори. А то тут точно замес начнётся. Не хочу лишних проблем навешивать на других.

И Николай пошёл к Лендворцу, перебирая в уме, тех, кто мог ему одолжить денег.

Крыков и его дружки остановились в центре пешеходного моста, проходящего над железнодорожными путями. Уже смеркалось. Мост был пуст. Все в основном переходили железную дорогу внизу. Так проще, чем тащится через мост. Хотя везде и висели таблички, что по путям проход запрещён, на них как-то мало обращали внимание - ведь так короче.

Отдышавшись и распив пузырь водяры, они закурили по косяку, что бы успокоить нервишки. И было от чего.

С Русиком связываться, себе дороже выйдет. Если бы началась драка, то она могла перерасти в крупный погром. А за это его менты по головке не погладили бы, даже и те, которым он платит. Но раз Русик и его дружки не кинулись сразу за ними, значит, Николай не стал трепаться о случившемся.

Соображает - Крыков усмехнулся, делая очередную затяжку.

– Слышь, - один из дружков Крыкова толкнул его в бок, - гляди, кто прёт.

Со стороны вокзала, в их сторону

по мосту вышагивал Димыч.

Это был тот из Димычей, который попытался сбежать от проблем из Ростова. Сейчас он шел, согнувшись под тяжестью двух огромных сумарей, а следом за ним шла стройная пышногрудая женщина лет пятидесяти, в чёрном с декольте, шёлковом облегающем платье чуть ниже колен, и надетым поверх платья кожаным болеро. Её светло русые волосы были заплетены в длинную, ниже талии, толстую косу, перекинутую через плечо. Лёгкая походка и стук высоких каблуков её чёрных лакированных сапожек доходящих чётко до кромки платья, привёл всю компанию Крыкова в ступор.

– Ни фига себе!
– просипел один из Васькиных дружков, глядя на шедшую в их сторону парочку, так и не донеся косяк до рта.
– Ну Димыч себе и тёлку отхватил. Старая, а даже меня заводит.

– Заткнись, - зло огрызнулся на него Васька, и направился на встречу Димычу, - Слышь ты, урод, - Васька остановил парня и схватил того за грудки, - ты бабло когда возвращать будешь?

Озлобленный неудачей в Ленгородке, Крыков, готов был сейчас скинуть Димыча с моста на рельсы, но тот в ответ даже и глазом не моргнул. Он даже не выпустил из рук тяжёлые сумки. Его взгляд был пустым и безразличным.

– Молодой человек, - женщина подошла к Крыкову и, положив ему на плечо свою руку, решительно проговорила, - оставьте в покое Дмитрия. Разве вы не видите, он мне вызвался помочь. Будьте любезны, уйти с нашей дороги, - и тихо, так, что бы слышал её только Васька, добавила, по слогам, - по-хо-ро-ше-му.

– Чего?
– Васька отпустил продолжавшего стоять как истукан Димыча и, прищурившись, презрительно посмотрел на, успевшую к этому моменту убрать с его плеча руку, женщину, - Чего ты сказала, старая вешалка?! А ну-ка повтори?! Ты кому угрожаешь?!

Дурь и выпитое спиртное ударили ему в голову. Ему сейчас было всё до той самой лампочки. Вначале его заставили ретироваться позорно с места разборок, теперь ему угрожает какая-то старая клюшка. Для одного дня это было явным перебором.

– Ну, всё!

В его руке появилась финка. Щелчок. Сверкнувшее лезвие готово было метнуться в живот женщины...

То, что произошло дальше, было невероятно и фантастично. Но оно было!

Властный взмах женской руки и вырванный у Крыкова нож воткнулся в ногу одному из его дружков, попытавшихся кинуться ему на помощь.

Васька обалдел, глядя на опустевшую руку - как?!

Затем женщина, резко крутанувшись на каблуках вокруг себя, обернулась лицом к изумлённой компашке Крыкова, уже с распущенными развевающимися волосами, на сильном, неизвестно откуда подувшем ветру. Она злобно улыбнулась и посмотрела в их сторону не обещающим ничего хорошего взглядом огромных чёрных глаз. Дружки Крыкова испуганно попятились. Васька попытался тоже отступить, но не успел сделать и шагу, как был, притянут к вскинутой женщиной руке, и схвачен за горло железной хваткой.