Доминико
Шрифт:
– А теперь скажи мне: кого он боялся?
Мей сжалась в комок.
– Я же сказала… Я ничего не знаю.
Лепски встал. Он не сомневался, что женщина знала, кого боялся Лысый, но могла сказать об этом только на допросе. Дальнейшие разговоры в этой комнатке не имели никакого смысла.
– О'кей, Мей, одевайся. Мы едем в управление.
– Я же сказала, что ничего не знаю! – взвизгнула Мей. – Вы не имеете права увозить меня отсюда!
– Не шуми и одевайся! – рявкнул Лепски. – Ты должна поехать со мной.
В этот момент распахнулась
Лепски обернулся.
Низенького роста, широкоплечий, почти квадратный мужчина, лицо которого скрывала маска из носового платка, уже стрелял. Мей подпрыгнула и затихла навсегда. Лепски метнулся в сторону, упал на пол, но прежде чем он успел достать пистолет, дверь захлопнулась. Детектив вскочил и выбежал в коридор. С лестницы доносились чьи-то торопливые шаги. Послышался негодующий вопль До-До, тут же перекрытый оглушительным выстрелом. Сбегая по ступенькам, Лепски услышал, как взревел мощный мотор автомобиля.
Когда он выскочил на набережную, собравшаяся возбужденная толпа сделала преследование невозможным.
Глава 6
Ночное небо начало розоветь, когда Гарри осторожно вышел из кабинки, держа в руке чемоданчик Лысого Риккарда. Из содержимого чемодана он оставил лишь «люгер» и патроны к нему, которые спрятал под доской пола около кровати.
Удостоверившись, что за ним никто не наблюдает, Гарри пересек пляж, вошел в воду и поплыл на спине, прижимая чемодан к груди. Отплыв метров на триста, он отпустил чемодан, и тот исчез в глубине. Гарри не торопясь вернулся на берег и пошел к кабинке, когда увидел, что в комнате Соло зажегся свет. Часы показывали четверть шестого. Гарри переоделся, лег на кровать и закурил, думая о событиях прошлой ночи.
Когда он вошел на кухню, Соло уже сидел за столом с чашечкой дымящегося кофе.
– Привет, Гарри. – Он улыбнулся. – Вчера я хотел предупредить, что утром ты мне не понадобишься. Тебе придется заняться вышкой для прыжков. Хаммерсон обещал прислать доски часиков в девять. Я заходил к тебе вечером, но тебя не было. – Маленькие глазки Соло, казалось, впились в лицо Гарри. – Нашел себе какую-нибудь девочку?
– Это мое личное дело, – ответил Гарри с непроницаемым лицом.
Соло одним глотком допил кофе.
– Делай, что хочешь, Гарри, но только без лишнего шума. У моего ресторана безупречная репутация, и я не потерплю никаких перемен. Так ты займешься вышкой, а? – И он вышел на улицу.
Гарри допивал кофе, когда в кухню вошла Нина, в ярком бикини, с полотенцем на плече.
– Пойдем поплаваем, – улыбнулась она.
Гарри заскочил в кабинку, надел еще мокрые плавки и вбежал в воду. Нина уже отплыла метров на сорок.
– Когда мы встретимся снова? – спросила она, когда Гарри догнал ее.
– Не знаю. Это опасно. Вечером Соло заходил ко мне, а я был с тобой.
– Разве ты его боишься?
– Нет, но я боюсь того,
Нина фыркнула.
– Ты все воспринимаешь слишком серьезно. Так когда мы встретимся?
Они поплыли назад.
– Ты можешь в воскресенье поехать со мной на остров Шелдон? – неожиданно спросил Гарри.
Нина подозрительно взглянула на него.
– Кто тебе сказал об этом острове?
– Рэнди… Он говорил, что тебе нравится купаться там в одиночестве.
Она улыбнулась.
– Отличная мысль… Там нам не помешают. Отец по воскресеньям встает поздно. Ресторан не работает. Он даст мне лодку. Да… В воскресенье…
– О'кей, тогда до послезавтра. И держись от меня подальше, Нина. Встретимся на причале в шесть утра.
– Хорошо… Еду я возьму.
Она поплыла к берегу, а Гарри – к остаткам кораллового рифа, на котором он собирался установить вышку для прыжков.
Лейтенанта Алана Лейси из отдела убийств полицейского управления Майами, невысокого тощего мужчину с тонкогубым ртом и маленькими бесцветными глазками, не любили ни сослуживцы, ни преступники, ни даже жена. В пятьдесят семь лет он понимал, что дальнейший путь наверх для него закрыт, и это обстоятельство не способствовало улучшению его отношений с коллегами. Но больше других лейтенант не жаловал молодых честолюбивых детективов.
Он прибыл к «Крабам и омарам» в новеньком «ягуаре», купленном на деньги жены, в сопровождении сержанта Пита Вейдмана, ленивого и глупого толстяка. Сержантом тот оставался лишь потому, что никогда не противоречил своему боссу.
Одновременно с «ягуаром» у ресторана остановилась машина «скорой помощи», и двое санитаров с носилками торопливо вбежали в подъезд. У дверей стояли четверо полицейских и вспотевший Лепски. Он много слышал о злом языке лейтенанта Лейси и теперь мог лишь сожалеть о том, что оказался на его территории. Он не без оснований опасался, что Лейси подаст рапорт, который сведет на нет его шансы стать детективом 1-го класса, во всяком случае, в ближайшем будущем.
Ожидая прибытия лейтенанта, Лепски решил, что будет говорить как можно меньше и постарается прикинуться дурачком, в конце концов, сошлется на капитана Террелла, который находился в гораздо более выгодной позиции по сравнению с детективом 2-го класса Лепски.
Выйдя из «ягуара», Лейси оглядел толпу зевак и велел полицейским отогнать их подальше. Он прошел мимо Лепски, будто не видя его, бросил презрительный взгляд на тело До-До и проследовал в комнату Мей Ленгли. При виде полуобнаженной женщины в его глазах сверкнула искорка интереса, которая, впрочем, быстро погасла. Он повернулся к Вейдману.
– Насколько я понимаю, тот болван, что стоял внизу, детектив из Парадиз-сити?
Вейдман мигнул.
– Кто, сэр?
Не отвечая, Лейси уселся в кресло, достал кожаный портсигар, подаренный женой, и не торопясь выбрал ароматную сигару.