Домби и сын

Диккенс Чарльз

Затмъ капитанъ съ вжливостью странствующаго рьщаря поцловалъ протянутую ему маленькую ручку и вышелъ изь комнаты на цыпочкахъ.

Сойдя въ маленькую гостиную, капитанъ, посл кратковременнаго совщанія съ самимъ собою, ршился отворить на нсколько минутъ двери магазина и убдиться нагляднымъ образомъ, что теперь, во всякомъ случа, никто не шляется около маленькаго мичмана. Исполнивъ этотъ планъ, онъ остановился на крыльц и, поднявъ голову, обозрлъ своими очками самыя отдаленныя точки горизонта.

— Какъ ваше здоровье капитанъ Гильсъ? — сказалъ голосъ подл него.

Капитанъ опустилъ глаза и чуть не наткнулся

на м-ра Тутса, который между тмъ продолжалъ раскланиваться и ухмыляться.

— Какъ ваше здоровье, любезный другъ? — воз. разилъ капитанъ.

— Покорно благодарю, капитанъ Гильсъ, я, вы знаете, оно ничего, то есть, я теперь никогда не бываю въ своей тарелк, a впрочемъ, ничего особеннаго, покорно благодарю.

Ближе этого м-ръ Тутсъ въ разговор съ капитаномъ никогда не подходилъ къ великой задач своей жизни. Читатель помнитъ условія дружбы, предложенныя ему капитаномъ Куттлемъ; Тутсъ не нарушалъ ихъ.

— Капитанъ Гильсъ, — сказалъ м-ръТутсъ, — если вы позволите имть удовольствіе переговорить съ вами… то есть, это дло, собственно, касается васъ.

— Что такое, любезный другъ? — возразилъ капитанъ, сдлавъ нсколько шаговъ къ гостиной. — Сказать правду, я не совсмъ свободенъ этимъ утромъ, и, стало быть, если вы можете отбарабанить свой пароль, то я, пожалуй, очень радъ.

— Разумется, капитанъ Гильсъ, — отвчалъ м-ръ Тутсъ, рдко понимавшій истинный смыслъ капитанскихъ изреченій. Отбарабанить — это собственно я и самъ желаль. Само собою разумется.

— Если такъ, любезиый другь, такъ нечего стоять на мели. Отваливай!

Они вошли въ гостиную. Страшный секретъ въ рукахъ капитана произвелъ на него такое сильное впечатлніе, что съ его чела градомъ полились капли пота, между тмъ какъ м-ръ Тутсъ усаживался на указанный ему стулъ, и онъ считалъ невозможнымъ оторвать свои глаза отъ лица м-ра Тутса. Гость и хозяинъ сидли нсколько времени въ глубокомъ молчаніи. М-ръ Тутсъ, казалось, самъ имлъ нкоторыя тайныя причины находиться въ нервозномъ состояніи, которое, натурально, увеличилось еще больше отъ инквизиторскихъ взглядовъ капитана. Повертвшись нсколько времени на своемъ стул, м-ръ Тутсъ повелъ рчь такимъ образомъ:

— Прошу извинить, капитанъ Гильсъ, но я надюсь, вы, конечно, ничего особеннаго во мн не замчаете?

— Ничего, дружище, ничего.

— Потому что, вотъ видите ли, я, какъ говорится, совсмъ сбился съ панталыку. Да ужъ тутъ нечего и отвиливать: похудлъ, такъ похудлъ. Кому какое дло? Оно и лучше, Борджесъ и компанія перемнили мрку, такъ какъ прежнее платье слишкомъ широко. Это, сказать по правд, мн очень пріятно, и я радъ отъ души. Видите ли, капитанъ Гильсъ, я вдь просто скотина, и чортъ знаетъ для чего пресмыкаюсь на этомъ свт.

Чмъ больше м-ръ Тутсъ продолжалъ свои объясненія въ этомъ род, тмъ больше капитанъ тяготился своимъ секретомъ и тмъ больше выпучивалъ глаза на своего гостя. Тревожимый внутреннимъ волненіемъ и желаніемъ спровадить поскоре м-ра Тутса, капитанъ находился въ такомъ запуіанномъ и странномъ состояніи, что его физіономія не могла бы выразить большаго разстройства, если бы даже ему пришлось разговаривать съ выходцемъ съ того свта.

— Но я все собираюсь сказать вамъ, капитанъ Гильсъ… Видите ли, я какъ-то поутру очутился ненарокомъ подл вашего магазина… то есть, сказать правду, я шелъ къ вамъ завтракать. Ну еще завтракать я могу, a что касается до

того, чтобы спать, такъ ужъ наше почтеніе, — я ршительно никогда не сплю. Быть бы мн сторожемъ, м-ръ Гильсъ, право караулилъ бы сряду дюжину ночей, — и безъ жалованья.

— Отваливай, любезный другь, отваливай!

— И отвалю, капитанъ, ей Богу, вотъ увидите! Ну такъ, когда я проходилъ здсь этимъ утромъ, — было довольно рано, часъ или, около того, a можетъ быть, побольше, — и когда увидлъ, что дверь заперта…

— Какъ! Это ты заходилъ сюда, любезный другь?

— Совсмъ нть, капитанъ Гильсъ. Я только взглянулъ, да и пошелъ мимо, потому что капитана, думаю себ, должно быть, дома нтъ. Но тотъ господинъ сказалъ, немного погодя… вы вдь не держите собаки, капитанъ Гильсъ?

Капитанъ кивнулъ головой.

— Ну, да я такъ и сказалъ. Я знаю, вы не держали. Есть, капитанъ Гильсъ, собака, соединенная съ вос… впрочемъ извините, тутъ надо придержать языкъ.

Въ глазахъ капитана, неподвижно устремленныхъ на досаднаго гостя, отразились теперь два м-ра Тутса, и почтенное чело его опять оросилось крупными каплями, когда онъ вообразилъ, что Діогену можетъ придти фантазія спуститься въ маленькую гостиную для увеличенія компаніи.

— Вотъ онъ и сказалъ, — продолжалъ Тутсъ, — что слышалъ, дескать, собаку, чуть ли не передъ самыми дверьми: a я отвчалъ, что быть не можетъ, капитанъ не держитъ собакъ. Онъ между тмъ такъ и остался при своемъ, что слышалъ, дескать, собачій лай собственными ушами.

— Кто же это былъ? — спросилъ капитанъ.

— Вотъ вдь мн и въ голову ие пришло освдомиться на счетъ этой матеріи, — отвчалъ смущенный м-ръ Тутсъ, нервозноеть котораго возросла теперь до высшей степени. — Не мн, разумется, сказать вамъ, что могло бы изъ этого выйти, или чего не могло бы выйти. Я, право, заваленъ такими вещами, которыхъ вовсе не понимаю, и, врно, есть кое что въ моемъ мозгу… право, капитанъ Гильсъ, я, должно быть, очень глупъ.

Капитанъ Куттль кивнулъ головой въ знакъ полнйшаго согласія.

— Но когда мы отошли отъ магазина, тотъ господинъ сказалъ, будто вамъ извстно, что такое м_о_ж_е_т_ъ с_л_у_ч_и_т_ь_с_я при существующихъ обстоятельствахъ; слова "можетъ случиться" онъ произнесъ съ особенной силой; и поэтому вамъ бы на всякій случай слдовало приготовиться… то есть, вы и приготовитесь, въ этомъ нтъ сомннія…

— Да кто же этотъ господинъ, любезный мой другь? — повторилъ капитанъ съ нкоторымъ нетерпніемъ.

— Ну, да я право же не знаю, капитанъ Гильсъ — отвчалъ въ отчаяніи Тутсъ, — увряю васъ. Немного погодя я опять завернулъ сюда, и опять нашелъ его y дверей, Вотъ онъ и говоритъ: вы тоже, сэръ, пришли сюда? Да, я говорю. — A вы разв знакомы, говоритъ, съ хозяиномъ этого магазина? — Да, говорю, я имлъ удовольствіе пріобрсти его знакомство — вдь вы доставили мн удовольствіе познакомиться съ вами, не такъ ли? — Ну, говоритъ онъ, если такъ, потрудитесь, пожалуйста, передать ему, что я вамъ сказалъ насчетъ этихъ существующихъ обстоятельствъ и насчетъ того, говоритъ, чтобъ онъ приготовился къ нимъ на всякій случай. Вы, говоритъ, попросите его завернуть на минуту въ лавку м-ра Брогли, маклера и оцнщика. Очень, говоритъ, нужно. Вотъ вамъ и все, что я знаю, капитанъ Гильсъ. Дла, должно быть, важныя, и если вы потрудитесь къ нему завернуть, я покамстъ посижу здсь, вдь вы, разумется, мигомъ воротитесь?