Домашний арест

Адлер Оле

— О-о-о, мисс Форман, вы всегда так неаккуратно кушаете? — попенял он.

Я отбросила контейнер в сторону и запрыгнула верхом на чересчур веселого шефа. Сжав его волосы в кулаке, я начала покрывать липкими поцелуями его красивое лицо. Алан хохотал и ойкал, прося пощады. Я сжалилась и позволила его рту убрать с моих губ оставшийся крем. Конечно, меня опять накрыло. Алана

— тоже. Я чувствовала его эрекцию даже через две джинсовые тряпки. Его руки сжали мой зад, притягивая вплотную, он нырнул носом в вырез моего топа, бормоча что-то о

не в тему надетом бюстгалтере.

— Алан, перестань. Вдруг кто-нибудь войдет… — прохрипела я, почувствовав, как его язык обвел по коже контур чашки лифчика.

— Мне придется убить любого, кто нас застукает, — как-то это серьезно сказано.

— Не шути так.

— Какие тут шутки.

Он все-таки оторвался от меня, отпустил. Я сползла на пол, поражаясь, как ноги меня все еще держат. Алан запрокинул голову назад, прикрыв глаза.

Медитирует что ли, чтобы упал? Скорее всего.

— Пойду, — пискнула я.

— Да, пожалуй, так будет лучше, — прохрипел он, помотав головой, но тут же поднялся. — Эй, малыш, ты не злишься?

— Нет, — улыбка растянула мои губы от уха до уха. — Это же я соблазняла тебя бисквитными пенисами.

Алан засмеялся, вынул сигарету, прошел к двери.

— Я провожу тебя до машины.

В приемной опять околачивался Райан, не преминувший проводить нас насмешливым взглядом.

— Ты завтра к Эмбер, да? — уточнил Алан уже возле моей машины, прикуривая.

— Ага. Нервничаю немного, — призналась я честно.

— Я верю в тебя, малыш. Все будет хорошо, — он улыбнулся мне самой лучшей своей улыбкой.

— Ты завтра?..

— Да!

— Когда?

— Как только смогу. В районе пяти, если сегодня меня больше никто не будет отвлекать.

Вот засранец!

— Я не буду.

— Можно, я позвоню вечером?

Вот засранец!

— Нет.

— Почему?

— Не наглей. Картер, — я легонько шлепнула его по плечу и открыла дверь машины. — До завтра.

— Хей, подожди, — он придержал дверцу. — Ты в субботу идешь?

— Куда?

— На ярмарку.

— На — что? — пристрелите меня.

— Боже, Форман, ежегодная ярмарка. Сладкая вата, аттракционы, представление

— ярмарка.

— Ну… даже не знаю… А клоуны будут?

— Если что, я за него, — Алан провел пальцем по моей щеке. — Пойдем со мной.

Я первый год не дежурю. Хочу развлечься.

— Хорошо. Все для вас, шеф Картер.

Алан расплылся в улыбке. Конечно, я тоже.

Боже, ярмарка…

Убейте меня. Сельская ярмарка. Только Картер мог уломать меня на это.

* * *

Я влетела домой, как ураган. Три часа! Алан будет в четыре. А у меня ни черта не готово. Я застряла с Эмбер. Осмотрев магазин, мы немного поговорили о поставках, посмотрели в Интернете последние коллекции. На Валентино нас обеих

переклинило. Я стонала от каждого платья, всякий раз испытывая мини-оргазм. Эти романтичные мотивы, и все белое. Я честно призналась, что с радостью пошла бы под венец только в таком наряде. Эмбер смеялась, признаваясь, что более консервативна, но соглашалась, что наряды — блеск.

Короче, я зависла и теперь оказалась в жестком цейтноте. Пасту и салат приготовить успею. И душ. Макияж по минимуму. Одежда… Что надеть?

Вспомнила слова Алана: «Надень ее в следующую пятницу. Для меня».

О да! Спасибо, милый, я так и сделаю. Иногда приятно быть послушной девочкой. Еда была готова. Я тоже. Трясущимися руками открыла дверь. Синие глаза изучающе обсмотрели меня от макушки до пяток.

Алан вошел, прикрыв за собой дверь, поставил бумажный пакет на пол и сгреб меня в крепкие объятья. Я застонала, разом ослабев от сокрушительного поцелуя. Картер развернулся, прижал меня к двери.

Черт! Прямо тут, да? С порога? Круто!

— Проклятая юбка… ты… надела… для меня… — хрипел он, отрываясь от моих губ, чтобы хлебнуть воздуха.

Я снова застонала, не имея возможности даже кивнуть или что-то ответить.

Пальцы Алана поддели лямки топа, и я, дергая, высвободила из них руки. Майка собралась у меня на талии, открыв грудь.

— Никакого лифчика… — пробормотал Алан, накрывая ладонями оголившуюся плоть.

Его губы опять терзали мой рот. не давая вставить ни слова. Хотя что я могла сказать, кроме: «Давай. Трахни меня уже! Хочу тебя!».

Картер продолжал сжимать мою грудь, дразня напряженные соски большими пальцами, его бедра посылали мне навстречу легкие толчки, так что я чувствовала его возбуждение своим пахом.

— Пожалуйста… — проскулила я, потянувшись к его джинсам.

— Не болит? — спросил он, тяжело дыша, и нырнул одной рукой мне под юбку.

Интересно, если я скажу, что болит, он остановится?

— Черт, Форман, ты вообще без белья!

Сюрприз, малыш.

— Ох, все в стирке, — я закатила глаза, ощущая на своем клиторе нетерпеливые поглаживания.

— Дерьмо… — ругнулся Алан, дергая молнию на джинсах. — Держись.

Я послушно вцепилась в его плечи, принимая первый толчок. Алан уперся рукой в дверь у меня за головой, закинул мою ногу себе на пояс, придерживая, фиксируя.

Он двигался уверенными глубокими выпадами, внимательно за мной наблюдая.

Только тяжелое дыхание выдавало его нетерпение. Я крепче обхватила его ногой, побуждая двигаться быстрее. Он покачал головой, безмолвно отказывая мне в жестком сексе. Я захныкала, опустив глаза вниз. Чтоб меня! Вот это зрелище! Его обалденный член, весь блестящий и мокрый от моей смазки, скользит внутрь и обратно, внутрь и обратно. Я никогда не думала, что это может меня завести еще сильнее.