Домашний арест
Шрифт:
— Господи, ты сам себя слышишь? Что за чушь? — Кэсси нервно всплеснула руками.
— Стив весьма недвусмысленно на тебя пялился.
— Картер, ты ревнуешь что ли? — хихикнула она.
Черт — да! Я стойко вынес ее насмешливый взгляд. Не найдя достойных аргументов для ответа, я потянулся к ее рту своим. Поцелуй был жестким, почти грубым, несмотря на то, что Кэсси посмеивалась прямо мне в губы. Через минуту ее веселье сменилось томными вздохами и тяжелым дыханьем. Я почти успокоил свои собственнические рефлексы. Ключевое слово «почти».
— Поправка
— Какую к черту поправку? — проговорила Кэсси, запрокидывая голову, позволяя моим губам гулять по ее лицу.
— Ты не спишь ни с кем, кроме меня.
— Черт, Алан, я и с тобой не сплю, — прохрипела она еле слышно.
— Ни с кем не встречаешься. Никаких свиданий. Никаких поощрений. Никакого флирта, — перечислял я по пунктам, наглея.
— И это работает в обе стороны. Никаких развлечений на стороне, малыш.
Боже, она так быстро сдалась. Она и не боролась. Неужели и правда хочет только меня? Мое эго метнулось к небесам.
— Без проблем. Я же первая целка на деревне, — я аж хрюкнул ей в шею от смеха.
Кэсси приподняла мое лицо и ласково чмокнула в нос.
— Ты иногда такой дурачок, Алан, — улыбнулась она.
— Это ты на меня влияешь, — оскалился я в ответ. — Спокойной ночи, детка.
— Сладких снов, красавец.
Я уснул относительно быстро. Кэсси успокоила меня словами и поцелуями.
Правда, зря не передернул на ночь. В своих снах я видел, трогал, целовал ее, раздевая, разглядывая, лаская, а потом заставляя выкрикивать мое имя.
Проснувшись раньше будильника, я поплелся в душ решать свою торчащую проблему.
Глава 9. Поход
Кэсси
— Все. Больше не могу, — я повалилась на упавший ствол дерева и захныкала.
Будь проклят Алан Картер. Как только я согласилась на этот дурацкий поход, к его дурацкой распрекрасной полянке у озера, которая, опять же по его дурацкому и до ужаса авторитетному мнению, должна привести меня в щенячий восторг? Надо было просто убить его за наглые подколки о кислородном голодании, которое привело к озеленению моего лица. Нет же. Я позволила увезти себя черти куда и последние двадцать минут тащилась в хвосте, спотыкаясь о кочки и коряги.
— Прекрати ныть, Форман. — проговорил Алан немного раздраженно.
Мне стало стыдно. Я действительно достала его своим скулежом, но, черт, он сам нарвался. Решил выгулять — расплачивайся, шеф.
— Дай сигарету.
Я протянула руку, но гад только шлепнул меня по пальцам.
— В баре дымом надышишься, — отрезал Картер. — Здесь такой воздух. Даже мне курить не хочется.
Алан несколько раз глубоко вдохнул, демонстрируя на лице выражение абсолютного блаженства. Я только глаза закатила. Идиот.
— Давай, мисс
— Нет, — я продолжала капризничать. — Мне и тут хорошо.
— Брось, Форман. Я еще и рюкзак несу — и не жалуюсь. Пошли.
— Давай я понесу рюкзак, а ты понесешь меня.
Картер рассмеялся, стянул с плеч багаж и развернулся спиной, присев на корточки.
— Ну залезай.
— Ох, Алан, я же пошутила.
— А я нет, запрыгивай, дохлик.
Я немного потопталась. Да и черт с ним со всем. Нахлобучив рюкзак с едой и пледом на спину, я взобралась Алану на закорки. Он немного попрыгал, пристраивая меня поудобней, и твердой походкой пошагал вперед.
— Держись крепче, мартышка, — хохотнул он.
Уже через минуту мне стало стыдно. Я начала канючить, чтобы он меня отпустил.
Но Картер игнорировал все просьбы, продолжая тащить меня на место пикника.
— Ох, ты ж мать моя, — выдохнула я еле слышно, когда, наконец, деревья расступились и мы оказались на самой красивой поляне на свете. Какие только цветы здесь не росли: синие, желтые, белые. Где-то неподалеку плескалось озеро Рослин. Солнце стояло высоко, озаряя поляну ярким светом.
— Я же говорил, — самодовольно оскалился Алан, опустив меня на землю.
Словно завороженная, я вбирала неброскую красоту трав, диких цветов, теплых солнечных лучей. А потом, как полная дура, начала скакать по поляне, подставляя лицо теплым солнечным лучам. Боже, он прав, это волшебное место.
Картер посмеивался, расстилая плед, вынимая еду и колу. Запыхавшись окончательно, я упала на плед рядом с ним.
— Здесь действительно здорово. И туристов нет. Как ты нашел это место? — прочавкала я с набитым ртом.
Прогулка нагнала зверский аппетит. Я похвалила себя за мысль запастись бутербродами вместо чипсов-орешков, на которых настаивал Картер.
— Это не я. Райан с Мэтью — любители пешего туризма. Они нашли поляну. Мы раньше часто сюда мотались, — проговорил Алан.
— Раньше? А сейчас?
— Ну, здесь хорошо только летом. В прошлом году Мэт женился, засел дома.
Райан тоже обленился. А одному не очень весело бороздить леса штата Орегон, — Картер отхлебнул колы и вальяжно развалился.
— И тут очень удачно подвернулась я.
Алан кивнул, улыбаясь, но уже через секунду нахмурился.
— Что не так? — спросила я, разгладив пальцем морщинки у него на переносице.
— Мне все еще не нравится твоя работа.
— А мне все еще непонятно, почему она должна тебе нравиться, — вспылила я и, одернув руку, повернулась к нему спиной. — Думаешь, я сама в восторге от фартука, подносов и тарелок?
— Не знаю. Похоже, что да, — голос, словно сталь, звенит.
За четыре месяца общения с Картером я уяснила, что это явный признак раздражения. Иногда он бывал жутко упрямым, почти невыносимым.