Дома костей
Шрифт:
Рин помнила, как материнские пальцы размеренно и спокойно перебирали ей волосы, сплетали непослушные завитки, укладывали косу короной на голове. «Да это просто сказка, – говорил ее дядя. – В назидание детям, чтобы припугнуть их». Дядя приходился маме братом и поселился с ними после того, как пропал отец. С каждым годом дядино недовольство росло. Он редко покидал кресло-качалку, разве что когда ему обещали выпивку или свежеиспеченную лепешку. И всякий раз презрительно фыркал, слушая предания.
Осенью,
На следующей неделе Рин нашла у них во дворе молоденькую козочку. Тощее и сердитое существо жевало старый дядин сапог. Рин поспешно увела козочку подальше от окон, привязала к столбику изгороди и отправилась по деревне – поспрашивать, не потерял ли кто-нибудь козу.
Но хозяев не нашлось. Кери привязалась к козочке, как к любимой новой игрушке, вешала ей на шею венки из травы и часто засыпала между ее копыт.
– Мы не станем давать ей имя, – заявил дядя, заметив, как ласково Кери обращается с животным. – Это скотина, а не питомец. И если случится суровая зима, мы съедим ее первой.
– Тс-с! – шикнула на него мать и разрешила Кери оставить козу.
Яблоки в лес Рин носила каждую осень.
Дядя жаловался, что из дома пропадает еда, брат смотрел на нее с безмолвным укором, но Рин не обращала внимания на обоих.
Даже если они забыли о древней магии, то она – нет.
Может быть, если она принесет достаточно даров, лес отдаст ей отца.
Из комнаты Рин выскользнула, едва начало светать.
Бесшумно ступая босыми ногами по полу, она уверенно находила дорогу даже в полутьме. С мешком в одной руке и сапогами в другой она осторожно юркнула за дверь и плотно притворила ее за собой.
В зябком утреннем воздухе стелился туман. Рин вдохнула знакомый запах. Холод приятно бодрил, она улыбалась, натягивая сапоги. Закутавшись в тяжелый шерстяной плащ, она зашагала прочь от дома. Козы нигде поблизости не оказалось, и у Рин мелькнула мысль, не лакомится ли она репой в соседском огороде.
Ей нравилось раннее утро, когда все вокруг казалось щедрым, пышным и спокойным. Влажная трава нежно касалась кончиков ее пальцев, она повернула влево и двинулась через поле.
В лесу она искала прибежища так же, как некоторые ищут его в церкви. Лес успокаивал ее, но чтобы объяснить, как именно, ей всегда не хватало слов: умиротворенностью и сочными оттенками зелени, ощущением, что вокруг кипит жизнь – скрытая и все же процветающая, – птичьим щебетом высоко в кронах деревьев, свежей землей, взрытой кротами и сусликами, мягким мхом.
Такова была истина леса: жизнь и смерть в равной мере сочетались в нем. Он изобиловал желудями и ягодами, а опавшая листва скрывала останки существ, не сумевших выжить.
– Долго же ты сюда добиралась.
Рин чертыхнулась, вздрогнула и возмущенно уставилась
– Извини. – Кери стояла неподалеку, прислонившись к стволу дуба. Ее волосы были заплетены в косу, свежеумытое личико блестело. – Я не хотела тебя напугать.
– Зачем ты пошла за мной? – Рин скрестила руки на груди.
Кери показала на корзину.
– Ты ведь за ягодами, да? Потому что не хочешь продавать дом.
Рин не стоило удивляться: при всем умении Керидвен изображать наивную младшую сестренку, это было только притворство. Наблюдательная и смышленая, она ловко скрывала проницательность под милыми улыбками.
– Подслушивать под окном некрасиво, – упрекнула Рин.
– Вы с Гаретом ничего мне не объясняете. – Кери ничуть не смутилась. – Ну, идем. Я тоже корзинку прихватила и хотела бы вернуться домой до полудня.
– Ладно, – отозвалась Рин, – идем. Но если Гарет спросит – ты увязалась за мной без разрешения.
– Так ведь это же правда. – Кери отошла от дуба и засвистела. Из-за деревьев показалось несущееся неуклюжим галопом белое пятно.
Коза.
– Если она съест все наши ягоды… – простонала Рин.
Коза подставила Кери голову, чтобы ее почесали между рогами.
– Она же хорошая, – возразила Кери, – просто немного беспокойная. И недоверчивая. Кого-то она мне напоминает…
Рин не удостоила ее ответом.
– Что будем искать? – спросила Кери. Коза тем временем обрывала с низко растущей ветки дуба листья и жевала их с вдумчивой сосредоточенностью животного, которое голодным не останется.
– К западу от ручья есть ежевика. – Рин отвела в сторону ветку и зашагала вперед.
Кери легонько потянула козу за рог, и та затопотала вслед за ними, не забывая объедать по пути всю зелень, до какой только могла дотянуться.
– Что-то не верится мне, что мы сумеем заготовить столько варенья, чтобы выплатить дядины долги, – заметила Кери. – Или ты надеешься отыскать белладонну? [7]
7
Ядовитое растение. – Прим. ред.
У Рин вырвался смешок.
– Керидвен!
– По наместнику Эйнону никто не заплачет, – заверила ее сестра. – Всего несколько ядовитых ягодок в банку с ежевичным вареньем…
– Не понимаю, как у человека с таким милым и невинным лицом рождаются настолько ужасные мысли.
– Только потому, что меня-то уж никто не заподозрит. – Кери усмехнулась, но ее улыбка сразу угасла. – Ну ладно, ладно. Значит, до убийства дело нам лучше не доводить.
– Желательно.
Длинная лоза разрослась, преграждая путь к ягодам и протягивая листья, как пальцы. Вынув из кармана нож, Рин отсекла ее, сумев не пораниться острыми шипами. От кустов исходил дивный запах – сладость ягод и лесной зелени, согретой утренним солнцем. Коза принялась обрывать листву с ежевичного куста, не обращая внимания на колючки.