Дом волка

Бронливи Мэтт

— Надо заняться этим сейчас, прежде чем Штульгерр появится, — сказал он «Бульдогу». — Кроме того, может, дамочка лжет. Может, карта до сих пор при ней.

Тут тощий почему-то глянул в его направлении, и Август тотчас убрал голову.

— Тогда ее надо обыскать, — сказал «Бульдог».

Август слышал, как Эйприл возмущенно закричала. Очевидно, «Бульдог» не привык церемониться с жертвами даже во время обыска.

— Уберите руки! — крикнула Эйприл.

— Эй… а у нее тут что-то вроде бы есть, — пробормотал здоровяк.

Август

услышал шелест разворачиваемого пергамента. Сделке Эйприл не суждено состояться. Теперь, когда карта у них, нет причин оставлять ее в живых. Август планировал свой следующий ход, но тут за него это сделали другие.

— А чего это там, а? — спросил тощий.

— Вроде как книжка какая-то, — ответил напарник.

И вот послышались тяжелые шаги, мужчина направлялся прямо к Августу. Тот сжал кулаки, весь напрягся в ожидании нападения. И тут вдруг его осенило.

«Бульдог» наклонился.

— Послушай-ка, а не та ли это книга, о которой говорил Штульгерр?

— Быть того не может, — пробурчал в ответ тощий.

Август прижался к стене затылком и начал толкать статую, вкладывая в эти движения всю свою силу. На миг показалось, что вот-вот лопнут все мышцы и сухожилия, виски снова пронзила невыносимая боль. И вот он заметил, что золотая голова статуи, отливающая в свете факелов оранжевым мерцанием, слегка качнулась.

— Я серьезно, — сказал «Бульдог». Он подходил все ближе. — Ты посмотри, тут нарисованы два маленьких ангелочка и крест посередине. Ну в точности как он говорил.

Тут уже и основание статуи затрещало и пошло трещинами; а потом все сооружение сорвалось с пьедестала, резко накренилось вперед и рухнуло, точно опрокинутый вандалами надгробный камень. Толстяк взвизгнул и вскинул перед собой руки, но было уже поздно. Золотая Дева Мария наклонилась и «поцеловала» его прямо в лоб, сломав при этом позвоночник. Он распростерся на полу, статуя — рядом. Вся пещера так и содрогнулась от мощного удара.

Лишившись укрытия, Август был теперь беззащитен. И беспомощно наблюдал за тем, как тощий мужчина выхватил пистолет и спустил курок. Пуля срикошетила от стены всего в нескольких дюймах от его головы. Он понимал: в следующий раз так не повезет. Но второго выстрела не последовало. Эйприл бросилась на его защиту, ударила тощего в челюсть, затем впилась в руку, стараясь вырвать пистолет.

Август перепрыгнул через дыру, образовавшуюся в том месте, где стояла статуя, и подбежал к дерущимся. Как раз в этот момент Эйприл получила сильнейший удар по голове. Мужчина поднялся на ноги, отирая кровь с разбитых губ. Пистолет был при нем, и он навел ствол на Августа.

— Не двигаться! — скомандовал он.

Эйприл лежала на полу. Она была без сознания.

Август вскинул руки.

— Чего вы хотите? Мы все отдадим. Только не делайте глупостей!

— Глупость совершила девчонка и вот валяется теперь на полу, —

сказал тощий, облизывая верхнюю губу. — Ей это с рук не сойдет, будьте уверены.

Август крепко зажмурился и взмолился, чтобы дорога от земной жизни к загробной оказалась как можно короче.

Глава двадцать шестая

Чарли взглянул на ангела высоко у себя над головой. Тот протягивал к нему руки, и в этом жесте светилась доброта, а может, и предупреждение — он никак не мог решить, что именно. Крылья развернуты для полета, но Чарли знал: ангел никуда не денется. Здесь был его дом, место, которое так любил посещать Чарли, особенно во время прогулок с отцом.

— Пошли, дедушка, — сказал Чарли. — Мы уже совсем близко.

— Надеюсь, — проворчал Кливленд, сидевший на краю фонтана. — Потому как я того гляди рухну от усталости.

— Ну, ладно, посидим еще минутку. — И Чарли тоже присел рядом на край фонтана. — Когда-нибудь бывал здесь прежде?

— На Бетезда Террас? Просто не представляю себе поездки в Нью-Йорк без того, чтобы посетить Центральный парк и посмотреть на Фонтан Ангела.

Чарли улыбнулся:

— Когда я был маленьким, думал, что ангел настоящий.

— Знаешь, я и сам до сих пор так думаю, — ответил Кливленд. И начал нервно озираться по сторонам.

— В чем дело?

— Хочу убедиться, что за нами нет хвоста.

Чарли поднялся и оглядел толпу. Кругом гуляло полно народу, но ни один человек не казался подозрительным. По крайней мере он не заметил никого, похожего на парней в черном, которые неожиданно ворвались в кофейню.

— Вроде бы все нормально.

— Хорошо.

Они мирно сидели у фонтана еще минуту-другую. «Странное ощущение, — подумал Чарли, — особенно с учетом событий сегодняшнего дня».

— Скажи, есть место, где тебя может искать отец?

— А ты готов его видеть?

— Думаю, да, — ответил Кливленд. И перед тем как подняться, опустил руку, плеснул водой.

Чарли шустро двинулся вперед и вскоре вошел в одну из арок под мостом Террас. Там Кливленд и догнал его, и они зашагали рядом по туннелю, затем подошли к лестнице. Чарли поднимался, перепрыгивая сразу через две ступеньки, остановился наверху, победно вскинул руки.

— Я выиграл! — крикнул он.

Кливленд, запыхавшись, подошел к внуку.

— А я проиграл, — сказал он и поднял руки в знак поражения.

— Не бойся. Мы уже близко. — Чарли прошел вдоль парапета и остановился возле квадратной колонны. — Вот оно!

Кливленд подошел, усмехнулся:

— Теперь я понимаю.

На одной из сторон колонны было вырезано изображение, мимо которого вряд ли мог пройти истинный библиофил, — раскрытая книга. За ней стояла лампа, и хотя пламя было ненастоящим, серые страницы книги мягко освещались лучами заходящего солнца.