Дом в небе
Шрифт:
Они говорили еще некоторое время, пока я всхлипывала на песке, как раненое животное, не владеющее речью. Я отчетливо помню это ощущение. Не знаю, сколько времени прошло и что заставило меня снова обернуться, но на этот раз я увидела, как Скидс вынимает телефон и набирает номер. Как позже выяснилось, он звонил Адаму. Дональд наклонился ко мне и взглянул мне в лицо – впервые за весь вечер. Мне показалось, что он испуган, что он боится за меня.
– Сколько денег есть у твоей семьи? – спросил он.
– Не знаю, не знаю, не знаю, – судорожно всхлипывала я, – они заплатят вам, сколько
– Они хотят миллион, – сказал Дональд. – Тебе повезло, что я здесь. Я попросил их дать тебе последний шанс. Если через семь дней денег не будет, они убьют тебя.
И сунул мне телефон Скидса, где звучал мамин голос.
Глава 28. Звонок домой
Королевская канадская конная полиция
Санкционированный перехват телефонных переговоров
Идентификатор дела: Линдаут
Номер линии: 403-887-++
Номер сессии: 1122
Дата: суббота, 13 декабря 2008
Начало: 12:04:24 MST
Направление: входящие
От: Адам Абдуле Осман
Номер телефона: 2521537++
Местонахождение: не определено
Кому: Лоринда Стюарт
Номер телефона: 403-887-++
Местонахождение: 3939 50 Авеню Силван-Лейк, Альберта
(Неразборчивый разговор на заднем фоне.)
Абдуле Осман (кашляет).
Стюарт. Алло?
Абдуле Осман. Алло?
Стюарт. Здравствуйте, Адам.
Абдуле Осман. О'кей, мы хотим поговорить, и Аманда… (Связь временно прерывается.)
(На заднем фоне разговор на иностранном языке, звонок телефона.)
Абдуле Осман. …и у нас мало времени. У вас мало времени, это понятно?
Стюарт. Да, понятно.
Линдаут (плачет). Мама?
Стюарт. Аманда (плачет), Аманда, я люблю тебя (плачет), как ты?
Линдаут. Мама, послушай… послушай меня.
Стюарт. Хорошо.
Линдаут. …внимательно.
Стюарт. О'кей, я слушаю, детка.
Линдаут (плачет). Если вы не заплатите (всхлипывает) миллион долларов через неделю, они убьют меня, ясно?
(На заднем фоне разговор на иностранном языке.)
Линдаут. Этой ночью они вывезли меня, чтобы убить (всхлипывает), но дали мне последний шанс поговорить с вами (плачет).
Стюарт. Аманда, держись, держись детка. Мы…
Линдаут (плачет).
Стюарт. …мы делаем все…
Линдаут.
Стюарт. …все возможное…
Линдаут. Мам, послушай: у нас одна неделя… и я… я ненавижу себя за то, что приходится так с вами поступать (плачет).
Стюарт. Аманда, Аманда, о нас не беспокойся. Мы любим тебя.
Линдаут (плачет).
Стюарт. Постарайся…
Линдаут (плачет). Я знаю, что я…
Стюарт. …держаться и…
Линдаут. …(неразборчиво).
Стюарт. …постарайся следить за здоровьем.
Линдаут (плачет). А вы… вы сможете заплатить им в течение недели?
Стюарт. Аманда, мы делаем все возможное, собираем деньги, потому что…
Линдаут (плачет).
Стюарт. …государство отказалось нам помогать. Мы возьмем кредит в банке…
(Обрыв связи.)
Глава 29. Рождество
Поздно-поздно ночью они привезли меня обратно. Я упала на матрас и натянула сверху свою простыню в голубой цветочек, будучи не в состоянии возиться с москитной сеткой. Дом погрузился в тишину. Не было никаких сил думать о том, что случилось, – была ли эта сцена при лунном свете нарочно подстроена, чтобы я поторопила свою мать с выкупом, посылая свой ужас за тысячи миль, или они и вправду собирались меня убить.
Наутро пришел Хассам и открыл ставни. Я встала с книгой к окну, дождалась Найджела и рассказала ему все, умолчав лишь о зазубренном ноже, который бандиты держали у моего горла. Мне не хотелось пугать его, точнее, сообщать о существовании ножа, и я не была уверена, что мне хватит мужества описать этот образ. Я сказала, что они угрожали мне автоматом. Наш разговор не принес мне облегчения. Говоря с Найджелом, я не могла сдержать рыданий. Он сказал, что слышал, как они увозят меня, и потом долго плакал. Мы оба понимали, что вступили в новую, более опасную фазу отношений с нашими похитителями. Все шло к завершению. Они уже репетировали убийство, мое убийство. И как бы я ни гнала эту мысль, от нее было никуда не скрыться. Я безнадежно проплакала все утро.
В полдень явился Хассам, неся флягу с чаем. Когда он пришел, я по-прежнему сидела на матрасе и плакала – но если утром я громко всхлипывала, то теперь слезы бесконечными ручьями тихо сочились из глаз. Что-то в выражении лица Хассама подсказывало мне, что, хотя он и оставался дома, ему известно, что произошло.
– Ты хочешь выйти во двор? – вдруг спросил он.
В первую секунду его предложение показалось мне злой шуткой, но потом я поняла, что это он всерьез.
– Во двор? Сегодня? Сейчас? Да, конечно. – Я полистала Коран, будто хотела взять его с собой, и сказала, потянув носом: – Я могу учиться там, на улице.