Дом в Лондоне

Булычев Кир

– О Галине, – ответил Слава.

– Ну хватит о ней! – капризно сказала Алла. – Найдите тему более жизнерадостную.

– Вы поедете на похороны? – спросила Лидочка.

– Еще чего не хватало?! – возмутилась Алла. – А что, если ее и в самом деле мафия убрала? А что, если она была связана с какими-то темными типами? Мне совершенно ни к чему с ними засвечиваться. Да и тебе, Слава. Чем меньше людей знают о нашем состоянии, тем спокойнее. Ведь вагоны не разбирают, кто хороший, а кто плохой, правда, Лида?

– Наверное,

вы правы, – согласилась Лидочка, отметив для себя странную оговорку Аллы о «нашем» состоянии.

Слава резко поднялся и сказал:

– Мне надо позвонить.

– Куда? – сразу же спросила Алла. Уже не как бывшая, а как самая настоящая, действующая жена.

– Маме, – ответил Слава.

– Уверен, что маме?

– Уверен.

– Учти, я буду подслушивать. – И Алла неестественно засмеялась.

Слава вышел из столовой.

Алла повернулась к Лидочке.

– Ничего не могу с собой поделать. Вроде бы мы расстались, и у каждого своя жизнь, но продолжаю его ревновать. Никаких оснований, но ревную.

Слава не стал звонить с аппарата, стоявшего в коридоре, а пошел к себе в кабинет, чтобы позвонить с параллельного.

Алла навострила уши, может, и в самом деле ревновала. Может быть, их отношения со Славой куда сложнее, чем кажется на первый взгляд? И ее приезд не только дань вежливости оставленной в прошлом жены?

Послышался звонок. Лидочка и Алла замерли с чашками в руках, слушали, кто пришел.

Открыла Валентина – их комната была ближе всего к входной двери.

Слышно было, как она говорит, а ей отвечает довольно высокий мужской голос. Но о чем говорили, слышно не было.

Дверь снова хлопнула, и в столовую вошла Валентина.

– А Иришка не здесь? – спросила она бессмысленно.

– Наверное, спит, – ответила Алла. – А что?

– Ихний Роберт приходил, – сказала Валентина.

– Кто? – не поняла Алла.

– Приятель-воздыхатель, – засмеялась Валентина.

Алла испытала облегчение. Лидочка видела, как разошлись мышцы лица и лицо стало шире и мягче.

Валентина положила на стол пакет, небольшой бумажный пакет, какие дают в сувенирных магазинах, если вы покупаете значок или открытку.

В пакете лежал микрофон. Тот самый несчастный микрофон, который отыскала в саду Лидочка, а Иришка отдала мистеру Ричардсону, чтобы тот разобрался.

– Что там? – спросила Алла.

– А я знаю?

Валентина ушла, а Алла сразу же полезла в пакетик.

Лидочка хотела было остановить ее и даже испугалась, что Алла увидит этот микрофон. Но потом подумала, что интереснее поглядеть, как будет вести себя Алла, и понять, знает ли она что-нибудь о таких микрофонах.

Алла вытащила микрофон.

– Это что? – спросила она.

– Микрофон, – ответила Лидочка.

– Вижу, что микрофон. – Алла явно думала о

другом.

Лидочка почему-то подумала, что волосы ей пора бы подкрасить. Корни были куда темнее кудрей.

В столовую заглянула Иришка.

– Кто ко мне приходил? – требовательно спросила она.

– Роберт, – сказала Лидочка.

– Возьми, он тебе микрофон принес, – сказала Алла и подвинула пакетик по столу к Иришке.

– Какой микрофон? – Иришка не сразу сообразила, но, сообразив, не знала, как ей себя вести.

– Ты что? – Алла сразу насторожилась. Интуиция у бывшей Славиной жены была развита на славу. Конечно же, она кошка, кошка-оборотень. В Китае, например, лисицы-оборотни самые известные и подлые сказочные существа и встречаются чаще, чем лешие в наших лесах.

– Я совсем забыла, что давала ему, – неубедительно сказала Иришка и слишком быстро взяла микрофон со стола. Она еще не умела толком притворяться, особенно перед своей мамой.

Зато Лидочка наверняка узнала, что Слава и его дочь не рассказывали Алле о находке микрофона и тех русских, что бродили на задах дома.

– А где папа? – спросила Иришка у Лидочки, непроизвольно пряча руку с микрофоном за спину.

– В кабинете, по телефону говорит.

– Иришка, – сказала Валентина, появляясь в дверях, – твой Роберт сказал, что они с отцом его отключили, а то, грит, он может заработать, и все ваши тайны улетят к врагам. Он сказал, что ты поймешь.

– Что за чепуха! – рассердилась Иришка. Даже покраснела от смущения и гнева. – Придумаешь ты, Валентина!

Она выскочила из столовой, оттеснив в коридор толстую Валентину.

– Что с ней случилось? – удивилась Валентина. – С ума вы здесь, что ли, посходили?

– У них сложные отношения с Робертом, – пояснила Лидочка больше для Аллы, чем для Валентины. – Девочка смущается.

– Кто этот Роберт? – спросила Алла.

– Это соседский мальчик, – объяснила Лидочка. – На этой улице живет. Англо-болгарин. Есть такая нация.

– Он говорит по-русски?

– Как мы с тобой, – сказала Валентина. – Хороший мальчик.

Лидочка пошла на кухню разогревать воду для кофе. Тонкая фанерная перегородка в окошке не была преградой для звуков. Слышно было, как в кабинете разговаривают Слава и Иришка.

– Эта дура Валентина прямо ей под нос положила! – жаловалась Иришка. – Ты понимаешь?

– А может, ничего страшного? Она что-нибудь заподозрила?

– Не знаю. У Лидочки надо спросить. А ты в Москву звонил?

– В Москву.

– И что?

– Мама разговаривала с Ульяной. Ульяна знает их семью.

– Значит, все в порядке?

– Думаю, что в порядке… Только кому сейчас можно верить?

– Фазер, если никому не верить, мы с тобой в пропасти. Нам надо кому-то верить. А то я уеду домой.