Дом у озера
Шрифт:
А может, просто невезуха. С этим у нее всегда был полный порядок.
Собравшись с силами, Кэлли заставила себя идти переставлять кое-как ноги. Озеро уже близко. Да, надо обязательно искупаться. И прополоскать рот — дыхание отдавало чем-то странным, фруктовым. Внутри жгло так, что она, наверное, выпила бы целое озеро. Если головокружение не пройдет, можно просто лечь на воду, закрыть глаза и лежать так до бесконечности. И тогда, кто знает, течение подхватит ее и унесет через канал в дальнем конце озера сначала к реке, а потом
Вот и дорожка. Наконец-то дома, усмехнулась про себя Кэлли. Как здесь тихо сегодня. Наверное, Кейт с Аароном пошли с собакой на прогулку, потому что обычно Бандит встречал ее радостным лаем уже на дорожке. Сказал бы кто-нибудь, что она подружится с псом, повертела бы пальцем у виска — вы что, тронулись? — а ведь так и вышло. Бандит стал живым доказательством того, что не все собаки опасны.
А может, они пошли к сержанту Харрису. Последнее время Джей Ди и Кейт много времени проводили вместе, хотя и старались не выставлять свои отношения напоказ. Да и никто, кроме Кэлли, не знал, что он сержант. Тот самый сержант Джордан Донован Харрис, о подвиге которого с прошлого Рождества все только и говорили.
Надо отдать должное, сержант поступил круто. Ушел в тень, расстался с прошлым, стал совсем другим человеком. Может, спросить, как это делается?
Ее это раздражало. Она чувствовала себя обманутой и ничего не могла с этим поделать. Но все же Кэлли понимала, что скрывать что-то — даже с самыми лучшими намерениями — опасно, что рано или поздно это плохо кончится. Она простила Харриса, когда он рассказал о своей матери и обо всем том, что случилось из-за его славы. А потом ее вдруг осенило. Разве это не шанс? Стоит только сделать один звонок, и сюда нагрянут толпы репортеров. У всех будут брать интервью. Продав этот секрет, можно заработать кучу денег. Обменять Джей Ди на обеспеченное будущее для себя.
Единственная проблема заключалась в том, что она дала слово. Пообещала, что никому ничего не скажет. К тому же он ей нравился.
От барбекю пахнуло дымком, и желудок тут же заурчал в предвкушении обеда. В последнее время она ела как поросенок и ничего не могла с собой поделать. Это плохо. Сегодня же этот дурацкий день рождения. Уж хотя бы сегодня не стоит беспокоиться и волноваться.
Кэлли подошла к задней двери. Дом был тих и пуст, но не враждебен. Он как будто ждал ее. В окне, разгоняя зной, поскрипывал вентилятор.
— Кто-нибудь есть? — крикнула Кэлли, забросив в комнату сумку и проигрыватель.
Никто не ответил. Она подошла к раковине — напиться и ополоснуть лицо. В романе старушки Джорджетты Хейр, книги которой она нашла в забитом до отказа шкафу, женщины всегда обтирали запястья, когда были чем-то расстроены.
Кэлли подставила запястья под холодную струю, но легче не стало.
Решив подождать всех на крыльце, она направилась к двери. «С днем рождения тебя».
Кэлли открыла дверь на веранду — и мир взорвался.
— С днем
Кэлли замерла в дверном проеме. В какой-то момент все расплылось и смешалось — улыбающиеся лица, ленты, шары и даже столик на лужайке с огромным трехъярусным тортом и горкой завернутых в яркую бумагу подарков.
Из динамиков рвалась знакомая мелодия — «Сегодня твой день рождения».
— Кэлли! — прыгая от избытка чувств, прокричал Аарон. — Как тебе сюрприз? Не ждала?
Опомнившись, она закрыла рот и молча кивнула. Все было как в телевизоре — все поздравляли ее, играла музыка, люди хлопали в ладоши.
Разница была только одна. Но большая. Девочки в телевизоре всегда выглядели нарядными, как куклы, и сияли от радости и благодарности. Кэлли ничего подобного изобразить не могла. Она попыталась и даже почти заставила себя улыбнуться и сказать спасибо, но вместо этого только расплакалась.
Она стояла перед всеми и всхлипывала. Позор, да и только, но что поделаешь. Она плакала от счастья, оттого что кто-то вспомнил наконец о ней и устроил праздник. Плакала оттого, что ничего подобного в ее жизни никогда не было. Плакала оттого, что обрела верных друзей, ставших для нее почти семьей. А еще оттого, что все это кончится вместе с летом.
— Эй, ну хватит. — Оказавшийся рядом Люк выглядел неловким и одновременно галантным. — Ты в порядке?
— Ты должна радоваться. — Вид у Аарона был такой расстроенный, что Кэлли улыбнулась сквозь слезы. — Если не заметила, у нас вечеринка.
— Заметила. — Она благодарно кивнула Кейт, протянувшей ей салфетку и вытерла лицо. — И очень рада.
На лужайке собралась целая толпа — Кейт и Аарон, Джей Ди, миссис Ньюман и Люк, Йоланда со своим дружком, Ричи.
Потом были какие-то игры и много-много еды. Аарон учил всех, как правильно делать маршмеллоу: подержать над огнем, пока не вспыхнет, снять черный налет, закатать в разноцветные М & M's, положить на крекер и прижать другим. Люк сделал по меньшей мере четыре и все съел, а Кэлли только смотрела и завидовала — как хорошо тем, кто может есть все, что хочет, и не толстеть. Впрочем, она запретила себе беспокоиться по каким бы то ни было причинам и тоже съела свою долю.
Потом ее мучила жажда, заглушить которую не получилось даже литровой бутылкой воды.
Снова накатило головокружение, но Кэлли закрыла глаза и заскользила по его волнам, как серфингист.
— Спасибо, — прошептала она, зная, что ее никто не слышит. Они, наверное, даже не поняли, что этот день стал самым счастливым в ее жизни.
Глава 19
— По-моему, потрясающий успех, — сказала Мейбл Клэр, когда они несколько часов спустя сидели на пляже, любуясь всходящей над озером луной. — Сюрприз удался, и повеселились на славу.