Дом теней
Шрифт:
Он бросил воображаемую пилюлю в воображаемый стакан, и Эдуардо ди Чиаго буркнул:
— Бр-р-р..! Слишком неприятный разговор. Что касается меня, я не люблю говорить о смерти. Это приносит несчастье.
— О, я так с вами согласна! — искренне подтвердила Лоррейн. — Ужасное несчастье. К тому же я предполагаю, что они связаны по три.
— По три чего? — потребовала ответа потрясённая Гасси Бингхэм.
— Убийства, конечно, дорогая. События всегда идут по три. Вы этого не замечали?
— Но
— Моя дорогая, неужели вы ничего не слышали? Как же, я думала, что мы одни не знали, потому что неделями не получаем английских газет. Но вы-то должны были видеть…
Тайсон воздел глаза к небесам, а затем, осознав, что предотвратить уже ничего нельзя, пожал плечами и разлил портвейн.
— Что мы должны были видеть? — резко спросила Миллисент.
— Ну как же, по поводу мистера Ханивуда. Адвоката Тайсона. Его убили…
— Ханивуд… старый Генри Ханивуд? — хрупкий бокал выскользнул из пальцев Гасси Бингхэм, и опять тёмная лужа вина заблестела в свете свечей. Но она этого не заметила. Гасси подалась вперёд, уставившись на Лоррейн, и её голос внезапно окреп: — Откуда вы это взяли?
Но Лоррейн не обратила внимания. Она встала из-за стола, взяла пустой бокал и хватила его об пол.
— Это третий, — уверенно сказала она. — Ещё один к двум тем, а это значит, больше ничего не разобьётся. Гасси, дорогая, что ты сказала?
Гасси повернулась к брату.
— Тайсон, что это за невозможная чушь, которую несёт Лоррейн?
— Это не чушь, — ответил Тайсон, наливая себе портвейн. — Я только сегодня узнал, что беднягу убили. Застрелили в собственном кабинете утром того дня, когда вы вылетели из Лондона. Полагаю, вы бы увидели в газетах, если бы не суматоха со сборами.
— Нет, я не видела и до сих пор не верю. Зачем кому-то убивать старого Генри?
Тайсон пожал плечами.
— Спроси что-нибудь полегче. Я полагаю, ограбление. Сейф был открыт. Деталей я не знаю.
— И как же, — спросила Миллисент, — вы узнали об этом? Если у вас есть почта из дому, я бы хотела взглянуть.
Тайсон казался растерянным, и Лэш злорадно подумал: это научит его быть осторожнее!
— Она должны быть где-то здесь, — промямлил Тайсон. — Но если уж на то пошло, я с дневной почтой получил письмо. Налей себе портвейна, Гасси.
— От кого? — допрашивала Миллисент.
— От… От человека, которого вы не знаете, — поспешно выкрутился Тайсон.
— Что он написал? Когда это случилось? Как…
Тайсон скорчил страдальческую мину и раздражённо спросил:
— Почему вас это так интересует? Он ведь не был вашим семейным адвокатом?
— Он был казначеем нашего клуба «Женской
— Ради всего святого, почему я должен это знать?
— Одиннадцать сорок восемь, — вежливо вмешался Ларри Доулинг. — Время стало известно, потому что выстрел повредил часы, которые старый джентльмен носил в кармане жилета, и они остановились.
Тайсон посмотрел на него так, будто обнаружил слизняка в своём салате, и пробурчал под нос:
— Боже мой! Пресса, конечно, все знает лучше всех!
— Одиннадцать сорок восемь, — произнесла мисс Бейтс и повторила это медленнее: — Одиннадцать… сорок… восемь.
— И что это значит? — поинтересовался Найджел через стол. Миллисент уставилась на него.
— Если это действительно вас интересует, утром двенадцатого мне пришлось забежать к одной подруге, которая живёт на одной улице с мистером Ханивудом. Убийца должен был проходить мимо.
Найджел улыбнулся.
— Вряд ли это так, дорогая мисс Бейтс.
— Почему?
— Ни один нормальный человек, задумавший убийство, не пойдёт по улице у всех на виду и не будет стучаться в парадную дверь. Скорее он проберётся с чёрного хода или что-то в этом духе.
— Что показывает, — фыркнула мисс Бейтс, — как плохо вы знаете то, о чем берётесь рассуждать. Можно выбраться из дома через дверь из кухни в сад. Но эту дверь нельзя открыть снаружи. Вокруг дома высокая стена. Так что единственный путь — через крыльцо. Я знаю, о чем говорю, потому что хорошо знаю дом.
— Так хорошо, — ехидно заметил Найджел, — что спокойно могли бы убить его сами.
Гасси зло покосилась на него.
— Вы, похоже, относитесь к убийству как к шутке, мистер Пойнтинг. Но смерть — не самая смешная вещь на свете.
— О Боже! — заныл Найджел. — Что я такого сказал? Виноват, дорогая мисс Бейтс, я ничего такого не имел в виду! Просто у меня извращённое чувство юмора. Скажите, что вы меня прощаете!
— Не говорите ерунды! — махнула рукой Миллисент. — Я наверное, просто чересчур разволновалась. Но ведь я могла пройти мимо этого мужчины.
— Или женщины, — мягко поправил Ларри Доулинг.
Миллисент резко повернулась к нему.
— Почему вы так сказали?
— Просто потому, что это могла быть и женщина. В тот день у него была посетительница. И даже оставила там свой носовой платок с монограммой.
— О-о, — с сомнением протянула мисс Бейтс. — Я не подумала об этом. Да, полагаю… могла.
На некоторое время за столом воцарилось молчание. Его нарушил Ларри Доулинг, который наклонился вперёд и отчётливо произнёс: