Дом среди звезд

Иванов Тимофей

Насколько я знаю, ис'исты, попытавшись пролезть во внутреннюю политику человеческих государств, уже осознали в какую банку с пауками по дурости влезли, сделали вид, что ошиблись крышкой, встали в уголке и стараются не отсвечивать, а только осторожно наблюдать. И прикидывать, как скоро ими заинтересуются чисто с гастрономической точки зрения.

Наш же план касался не столько политики, сколько сугубо прикладных вещей. Мы должны были если не отсечь змее голову, то хотя бы хорошенько вдарить по ней, чтобы дезориентировать. И за башку рептилии шли флагманы шипорылых на орбите Шварцхофена, а также их наземный штаб на той же планете. Я очень надеялся, что нам удастся лишить глуфов командования

в преддверии прибытия основных сил, облегчив им работу на порядок. Наземной операцией руководил Поль, я же вместе с Хиро был на орбите. Прорицание — не самая моя сильная сторона, как псионика, мало кто вообще им владеет, но кое-что я всё-таки мог и это должно было помочь делу. На земле же от ещё одного псионика не так чтобы очень много толку, их там, к счастью, хватает и без меня. Чему весьма радовались мои замы, которые регулярно пеняли мне на излишне рискованные авантюры, несущие опасность моему здоровью и благополучию.

Из имматериума наши три крейсера вышли аж за астероидные гало системы и на малом ходу отправились к планете швейцарцев и их заводов. Времени на сближение отводилось достаточно, и успели мы более или менее вовремя, хотя течения сопредельного измерения нам не очень благоприятствовали. У меня даже было смутное ощущение, что нам что-то целенаправленно мешает, что в свете визита на Землю было довольно тревожным знаком. Но справились, а значит есть все шансы, что и навигаторы основных сил не оплошают. Я стоял на мостике и наблюдал за изображением флота врага и планетой на обзорном экране.

— Уже прикидываешь, какие часы прикупишь после победы, сёгун? — со смешком спросил меня Хиро.

— Меня больше интересуют их Терции, — хмыкнул я. — Было бы неплохо прикупить несколько и модернизировать для перепродажи.

— Тоже вариант, — пожал плечами японец. — Хотя лучше бы начать производить их самим.

— Ага, только валенки зашнуруем. Мы мелкосерийку брони пока с трудом тянем, только если расторгуемся в хороший плюс, сможем задумываться над следующим этапом. Хотя часть заводов разрушена… Возможно получится под шумок выкупить кое-что по цене металлолома и собрать из нескольких разбитых производственных линий одну.

— Было бы неплохо собрать такого… Франкенштейна, кажется?

— Монстра Франкенштейна, — поправил я. — В общем-то да, но к ней в комплекте надо сманивать инженеров и рабочих. Попытка, конечно, не пытка, но на успех я бы особо не рассчитывал, с патриотизмом у местных всё в порядке. Да и мы делим шкуру неубитого медведя. Что думаешь об их флоте?

— Опасны, но не слишком. Ордер на орбите выставлен, как в учебнике, дыры в обороне для невидимок предсказуемы. Похоже ветеранов с фронта отправлять не решились, и командуют новички. А может командир просто уставной рубанок. И то и то неплохо для нас. К тому же сами корабли тоже не первой свежести.

— Согласен. Ладно, надо отдохнуть, пока есть время. Да и всё ещё не понять, что творится на поверхности.

— Через сутки будет уверенный приём сигналов, расшифруем и разберёмся, — хмыкнул командир нашего маленького, но очень гордого флота.

На том мы и разошлись. Нет ничего хуже на войне, чем ждать и догонять. Но в этот раз ожидание в принципе прошло неплохо. Мы были незаметны для противника, он для нас как на ладони, ситуация контролировалась.

Нервозность появилась на вторые сутки, мы вошли в зону патрулирования вражеской эскадры. Велось оно тоже предсказуемо, но гарантий, что кто-то шибко инициативный решит изменить маршрут по желанию левой пятки, не было, к тому же в любой момент могла прибыть одна из рейдовых эскадр для пополнения топлива и боеприпасов с транспортников, а также сдачи трофеев, пришлось

бы уклоняться и от обнаружения ей. Но, к счастью, всё прошло штатно, нам везло.

Обогнув планету по дуге, мы, сохраняя радиомолчание, высадили десант с шаттлами. Ни к чему местным знать, что мы уже здесь, не говоря о том, что наши передачи могут перехватить. Да и кротов никто не отменял. Как известно, рука одного предателя может нанести удар с силой целого легиона. Поль со своими парнями отправился месить грязь, подбираясь к вражескому штабу, мы же зависли на геостационарной орбите и ждали времени Ч. Нервозность только возрастала, в случае своего обнаружения останется только валить подобру-поздорову. Наш план удара по флагманскому линкору строился на незаметности, это главное и, пожалуй, единственное оружие, которое мы можем противопоставить целой эскадре, наши корабли в своём роде — новая реинкарнация когда-то существовавших на Земле подводных лодок.

Наконец наступил момент выдвижения на позиции. Приближалось время прибытия союзных сил, а Поль уже должен был занять позиции вокруг штаба своими бойцами. На малом ходу мы начали подкрадываться к вражескому флоту, пользуясь окном в патрулях. Вдруг радар в пассивном режиме заметил, что с поверхности поднимаются два шаттла шипорылых. Я проговорил:

— Прекрати движение, Хиро. Похоже важные гости, надо дать им долететь до флагмана.

— Уверен, что туда?

— Да, я псионик, я так чувствую. А теперь выполняй! — рыкнул я.

— Прекратить сближение, — скомандовал японец с раздражённым лицом. Ну, ещё бы, какому капитану или, тем паче, адмиралу понравится, что ему отдаёт приказ даже не высший флотский офицер, а кто-то, кто всегда воевал в гравитационном колодце? Только вот я руковожу всей операцией. И её наземной частью и космической. А значит, Хиро предстоит быть выигранным по самые гланды за задержку в передаче моего приказа, пусть и на несколько секунд. Но не при подчинённых, я не собирался ронять авторитет японца в их глазах и втаптывать его в грязь. Тем более терять друга, а могло и такое получится.

Сближение прекратилось, а через несколько минут вновь возобновилось, когда мы уверились, что к моменту удара гости точно будут на борту и отойдут от шаттла подальше, чтобы потерять возможность эвакуироваться. Наконец настало время удара. На поверхности в этот момент началась атака на штаб, мы же выпустили торпеды, обработанные инженерами эльдри примерно так же, как они в своё время обработали шаттлы. Игрушки получились дорогими, на что мне пенял Ан'Кол, всё-таки одно дело боевые машины, другое — одноразовое оружие. Но лучше потратиться на торпеды, чем терять корабли. Вдруг наши крейсеры сделали поворот и начали уходить от вражеской эскадры, торпедные аппараты перезаряжались, чтобы сделать ещё один залп, на этот раз по патрулю, преграждавшему нам путь отхода. К сожалению, из-за задержки, вызванной ожиданием шаттла, новая цель будет не в идеальной позиции для стрельбы, но интуиция псионика недвусмысленно давала понять, что гостей с поверхности нужно валить обязательно.

— Торпеды замечены противником! — рапортовал оператор радарной установки, когда наши птички вышли на финальный этап траектории. Глуфы спохватились поздно и успели сбить только одну торпеду из девяти, остальных хватило с лихвой. Они пронзили энергетическое поле вражеского флагмана, его броню и взорвались в нежном нутре космического корабля.

— Есть подрыв реактора, линкор разломился напополам! — послышался новый доклад.

Вражеский флот начал активно маневрировать в поисках невидимого врага, когда мы уходили всё дальше от основной массы кораблей и становились всё ближе к двум патрульным. Хиро отдал новый приказ: