Дом под саваном

Ховач Сьюзан

Я настолько растерялась, услышав, что мы будем находиться в разных комнатах, что даже не расслышала ответ Вира.

Поднявшись по лестнице на второй этаж, я направилась к нашим комнатам, но Аксель положил мне руку на плечо и повел меня по другому коридору.

— Я передумал, — тихо сказал он. — Ты займешь комнату Родрика. Я принесу тебе все необходимое.

Я изумленно посмотрела на него.

— Но почему я не могу остаться в наших комнатах?

— Я передумал. Извини.

— Но...

— Пожалуйста!

Я увидела, что он

начинает сердиться.

— Последнее время ты часто пренебрегала моими желаниями. Я настаиваю на том, чтобы сейчас ты послушалась меня.

Он открыл дверь и жестом предложил мне войти в комнату Родрика.

— Я буду периодически заходить к тебе и следить за тем, чтобы ты располагала всем необходимым, — заявил он резким тоном. — Советую тебе лечь и отдохнуть. Если кто-то подойдет к двери, ни в коем случае не отвечай. Ты меня поняла?

— Да, Аксель.

— Очень хорошо. Я вернусь к тебе примерно через час.

Он закрыл за собой дверь. Я услышала, как ключ повернулся в замке. Из коридора донеслись шаги удаляющегося Акселя.

Нежные пальцы тумана, укутавшего болота, приблизились к дому. Тишина стала более глубокой, она казалась мне абсолютной. Я наблюдала за тем, как сгущаются сумерки. Аксель дважды проверил, не нуждаюсь ли я в чем-то; он не задерживался в комнате Родрика. С момента нашей последней встречи до наступления сумерек прошло немало времени. Я встала и подошла к окну, чтобы поглядеть на туман. Мои пальцы прикоснулись к резному столу Родрика. Я снова подумала о Мэри, о ее восхищении Родриком, о нашей беседе, состоявшейся в этой комнате.

Через несколько часов я утратила чувство времени. Меня раздражала скука моего вынужденного заточения. Гадая, который сейчас час, я услышала шаги в коридоре. Аксель вошел в комнату с подносом.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он и добавил: — Извини, что я принес еду поздно. Я собирался сделать это раньше.

— Ничего страшного... я не голодна.

Мне хотелось задать ему множество вопросов, но я чувствовала, что он не станет отвечать на них.

— Аксель...

— Да?

Аксель уже собирался покинуть комнату. Он остановился у порога, взявшись за дверную ручку.

— Когда я смогу выйти отсюда?

— Завтра, — ответил Аксель, — но не раньше.

— Алекзендер...

— Он еще сонный и отдыхает в своей комнате. Завтра он будет здоров. Можешь о нем не беспокоиться.

Дверь закрылась, шаги стихли. Я снова села на край кровати, не прикоснувшись к еде и напиткам, стоявшим на подносе, и попыталась запастись терпением. Я тяжело переносила бездействие. Через некоторое время я принялась перебирать содержимое ящиков стола.

Чуть позже, собираясь раздеться и попытаться заснуть, я услышала шаги. Надо мной скрипнула половица. Я подняла голову. Звук повторился. Я замерла. Мне показалось, что я услышала приглушенные шаги. Кто-то, похоже, расхаживал по комнате надо мной.

Но над этой комнатой находился чердак,

никто там не спал.

Я взяла свечу и подошла к двери, но замок был надежным, мне не удалось бы сломать его. Я в отчаянии осмотрелась по сторонам, снова порылась в столе, но не нашла второго ключа. Мой взгляд упал на нож, лежавший на подносе. Схватив его, я вернулась к двери, вставила между ней и косяком лезвие.

Ничего не произошло.

Я отошла на шаг назад и разочарованно посмотрела на дверь. Потом взяла свечу и посмотрела в скважину замка. Мне показалось, что ключ торчит с внешней стороны — Аксель, кажется, забыл убрать его.

Подойдя к столу, я достала из ящика лист бумаги и сунула его в щель между дверью и полом. Затем я взяла вилку и вставила ее в замочную скважину.

Ключ выпал из замка. Я наклонилась с затаенным дыханием и осторожно потянула на себя лист бумаги. К счастью, ключ упал на него. Через секунду я вставила ключ в замок и повернула его.

Открыв дверь, я отметила, что хождение наверху прекратилось пару минут назад. Я не стала размышлять, почему это произошло. Бесшумно, на цыпочках, пошла вдоль темного коридора, касаясь рукой стены. Свечу я погасила и оставила в комнате.

В доме было тихо, но, приблизившись к лестничной площадке, я увидела в холле свет. Из соседней гостиной доносились еле слышные голоса. Я замерла в нерешительности, испугавшись, что оттуда кто-то выйдет, когда я буду проходить мимо двери. Но другого пути к задней лестнице не было. Набрав воздуха в легкие, я на цыпочках пересекла лестничную площадку и оказалась в другом коридоре.

Никто меня не видел. Я замерла с отчаянно бьющимся сердцем, прислушалась. Было тихо. Снова шагнув в тень, я нашла лестницу, ведущую на чердак, и стала осторожно подниматься по ступеням.

Я была уверена, что над комнатой Родрика шагал Алекзендер. Я решила, что Аксель зачем-то запер его на чердаке. Кто еще мог расхаживать там взад-вперед, словно зверь в клетке? Я вспомнила надпись, вырезанную Родриком на стекле чердачного окна, когда его заперли там в детстве. Эту комнату уже использовали в качестве тюрьмы. Если моя догадка верна, сегодня чердак снова превратился в место заключения.

В конце лестницы я остановилась, чтобы собраться с духом. Страх и возбуждение делали меня неловкой. Когда я шагнула вперед, моя нога подвернулась; я ударилась плечом о стену, нарушив тишину. Я подождала, вслушиваясь в безмолвие. Сердце мое выпрыгивало из груди. Вдали открылась и закрылась дверь. После этого ничего не произошло, и я решила, что мне показалось.

Было абсолютно темно. Я пожалела о том, что не захватила с собой свечу — я плохо знала даже путь к чердаку. Наконец я на ощупь добралась до того места, где начинался новый коридор, который вел в другое крыло. Темнота пугала меня. Свернув за угол, я увидела полоску света под дверью в дальнем конце коридора. Касаясь пальцами стены, я осторожно направилась туда. Я дышала учащенно, неровно.