Дом пепла
Шрифт:
Поставив мотоцикл, Даниэль прищурился, разглядывая домик с облупившейся краской. Вдоль дороги виднелось жилье соседей, в кустах копошилась курица, а с другой стороны дороги виднелись деревья и наверняка болота. Аккомпанемент лягушек заглушал даже монотонный стрекот насекомых на одной ноте.
Вчерашний дождь высох, но под крышей в тени осталась небольшая лужица. Почти рядом с ржавым остовом машины с соседнего дома: ни стекла, ни внутренностей не было, а дверца стояла снятой и прислоненной.
Встретимся
– Ты живешь здесь?
– спросил Даниэль незнакомку.
Ее волосы совершенно растрепались, она покачала головой:
– В городе. Это дом моей бабушки, я часто здесь бываю.
Она взбежала на крыльцо и только перед двойной дверью с сеткой посмотрела на Даниэля, который не торопился. Он ощущал что-то странное в этом доме. Неуловимое. Подошел к стене, но спросил не о доме, а о самой девушке:
– Как тебя зовут?
– Шарлотта. Стоило сразу представиться... но я хотела, чтобы ты приехал как можно быстрее. Идем!
– Подожди.
Ладонь Даниэля легла на разогретые солнцем доски дома. Тут же он услышал неясные шепоты и ощутил множество лоа, которые принадлежали этому месту. Он отдернул руку.
– Никогда не видел ничего подобного, - пробормотал Даниэль.
– Десятки лоа! Как тут можно жить?
Шарлотта спустилась на несколько ступенек, почти оказавшись на земле. Мимо нее с важным видом прошла курица.
– Это началось после смерти деда. Моей семье далеко до Эшей, но я умею раскладывать Таро, иногда развлекаю туристов на улицах. Бабушка с дедом умели кое-какие ритуалы. Когда дед умер, бабушка была у подруги в Александрии. После похорон я начала ощущать тут странное. Но сегодня...
Она тряхнула головой и решительно вошла в дом, Даниэлю оставалось только последовать за ней.
Через окна с занавесками проникало достаточно света. Дом оказался удивительно уютным, полным старых вещей и с отслаивающимися под потолком обоями в цветочек. Видно, что всё здесь любили и о доме заботились - по мере сил, которых не всегда хватало.
Даниэль миновал короткий коридор, не стал заглядывать на кухню и мельком заметил лестницу. Вышел в гостиную, которая занимала почти весь первый этаж. Довольно захламленная, со старой мебелью и дверью во двор. Комод покрывала вязаная скатерть, над ним висели несколько распятий.
Больше всего внимания привлекала старушка.
Она сидела на полу, рядом с софой, где ровно посередине красовалось пятно. Стояли погасшие свечи, выделялся вычерченный мелом на полу круг со знаками, в паре мест стертыми, наверняка Шарлотта там садилась. Она и сейчас сразу устремилась к женщине:
– Бабушка! Ты меня слышишь?
Та сидела на коленях в аккуратном ситцевом платье. Седые волосы распущены, глаза закрыты, дыхание спокойное и размеренное. Только она
– Я нашла ее так!
– с отчаянием сказала Шарлотта, не убирая руку с плеча бабушки.
– Хотела вызвать врача, но эти знаки... и я почувствовала что-то. Позвала мадам Аделаиду. Она сказала, бабушку увели лоа. Но ей с таким не справиться.
Даниэль рассеянно кивнул. Если бы у него не было тесной связи с лоа, он бы и сам не ручался, что смог что-то сделать. Даже сейчас не был уверен.
– Мне нужны масла, какие были у твоей бабки, и нож. И курица.
Шарлотта ушла за необходимым, а Даниэль внимательно осмотрел комнату. Отмахнулся от лоа, которые вились рядом. Подобрал мел и поправил стертые знаки, чтобы они работали. Круг был очерчен вокруг софы, Даниэль узнал веве Геде - знак лоа смерти.
Отойдя к комоду и распятиям на стене, Даниэль приблизил ладонь к обоям, но не стал касаться. Лоа умели вселяться в предметы, растения, животных. В дома тоже. Но это был бы один дух, а здесь теснилось множество! Как будто их призывали, привязывали, но бездумно, преследуя на самом деле иную цель.
Лоа впитались в стены дома, теснились, будто мухи на липкой ленте.
Даниэль глубоко вздохнул. Его взгляд блуждал по развешенным распятия, а сознание уже настраивалось на работу с духами. Что-то вроде транса, в такой входили все колдуны, чтобы связаться с лоа, но Даниэль мог бы сделать это сразу.
Вот только ему нужно пройти по обряду, который создала бабушка Шарлотты. Понять его - и распутать.
Шарлотта вернулась, зажав подмышкой пеструю курицу. В руках она держала мел и шкатулку:
– Всё, что нашла.
Даниэль не торопился брать. Он стоял, внимательно смотря на девушку, и она казалась растерянной под его взглядом. Мэтт рассказывал, что в такие моменты Даниэль становится почти пугающим для тех, кто его не знает - слишком отстраненным.
Он уже ощущал своих лоа. Они ластились к рукам, будто радовались возвращению хозяина.
Шарлотта стояла, и у нее за спиной возвышалась стена из ее святынь - темных распятий. Даниэль чувствовал аромат яблок и вина, будто запретный плод и причастие одновременно.
Даниэль открыл явно старую шкатулку из темного дерева и пробежал пальцами по стеклу пузырьков, подписанных аккуратным почерком. Одного масла не хватало, и Даниэль не сомневался, что флакон где-то рядом с бабушкой Шарлотты.
Ему не требовалось общаться с мертвыми. Он выбрал «Масло подчинения». Открыл, вылил несколько капель на ладони и тщательно растер. Оставил пузырек на комоде под крестами и подошел к дивану и неподвижной старушке.
– Как ее зовут? Твою бабушку.
– Агата Дюро.