Дом на Манго-стрит
Шрифт:
– Видите вон то жирное облако? – произнес он. – Вот это? Там? Вот то, рядом с ним, похоже на попкорн. И вон то. Посмотрите! Это Бог, – добавил Дариус.
– Бог?.. – спросил кто-то из младших.
– Бог, – вот так просто ответил он.
И еще немного облаков
Говорят, у эскимосов существует тридцать различных названий для снега. Я знаю. Я читала об этом в книге.
– У меня есть кузина, – говорит Рейчел. – У нее три разных имени.
– Нет тридцати видов
– Снега миллион милльонов видов, – присоединяется Нэнни. – Нет одинаковых снежинок. Но как запомнить, какая из них какая?
– У нее три вторых имени и, дайте-ка подумать, два первых. Одно английское, а другое – испанское…
– У облаков есть как минимум десять разных названий, – сообщаю я.
– Названия облаков? – спрашивает Нэнни. – Имена, как у тебя и у меня?
– Вон там – кучевые облака!
Все смотрят вверх.
– Кучевые облака миленькие, – произносит Рейчел. Конечно, она должна была сказать что-то в этом роде.
– А там что? – Нэнни указывает пальцем куда-то.
– Тоже кучевые. Они сегодня все такие. Кучевые, кучевые, кучевые.
– Нет, – возражает она. – Вот то облако зовут Нэнси, или Поросячий Глаз. Чуть выше – кузины Джоуи, Марко, Нереида и Сью.
Облаков много, и все они разные. Сколько видов вы можете себе представить?
Посмотрите, вон те выглядят как пена для бритья…
Филлис, Тед, Альфредо и Джули…
Рейчел говорит, что существуют облака, похожие на стадо белых овечек. Такие – мои любимые.
Не забывайте о дождевых облаках, вот они – это что-то!
Хосе и Дагоберто, Алисия, Рауль, Эдна, Альма и Рики…
Есть облака, большие и белые, будто бы опухшие. Они похожи на твое лицо, когда ты просыпаешься утром, заснув в одежде.
Рейнальдо, Анджело, Альберт, Армандо, Марио…
Не мое лицо. Как твое жирное лицо.
Рита, Марджи, Эрни…
Чье жирное лицо?
Жирное лицо Эсперансы, кого ж еще. Как жирное уродливое лицо Эсперансы, когда она приходит в школу по утрам.
Анита, Стелла, Деннис и Лоло…
Кого ты назвала уродиной, уродина?
Ричи, Йоланда, Гектор, Стиви, Винсент…
Не тебя. Твою мать.
Мою мать? Лучше бы ты этого не говорила, Люси Гурреро. Лучше бы попридержала язык за зубами… иначе ты больше никогда не будешь моей подругой.
Я говорю, что твоя мать уродлива, как… ммм… как босые ноги в сентябре!
Вот и все!
Вам обеим лучше убраться из моего сада, пока я не позвала братьев.
А, они в шутку.
Я могу придумать тридцать слов по-эскимосски для тебя, Рейчел. Тридцать слов, которые скажут, кто ты такая.
Хотя нет, я могу придумать больше.
Эй, Нэнни. Достань-ка метлу. Слишком много грязи сегодня в саду.
Фрэнки, Лича, Мария, Пиви…
Нэнни, лучше скажи своей сестре, что она сумасшедшая, потому что мы с Люси больше
Регги, Элизабет, Лиза, Луи…
Ты можешь делать что угодно, Нэнни, но если хочешь остаться моей сестрой, лучше никогда больше не говори с Люси или Рейчел.
Знаешь, кто ты такая, Эсперанса? Ты как разварившаяся овсянка. Как набитая шишка.
Как постельный клоп. Точно, это ты.
Розмари, Далия, Лили…
Варенье из тараканов.
Джин, Герань и Джо…
Холодная frijoles [2] .
Мими, Майкл, Моу…
Frijoles твоей мамы.
2
Фасоль (исп.).
Кривые пальцы на ногах твоей мамы.
Это глупо.
Бебе, Бланка, Бэнни…
Кто глупый?
Рейчел, Люси, Эсперанса и Нэнни.
Семья с маленькими ногами
Жила-была семья. Все в ней были маленькими. Их руки были маленькими, их ладони были маленькими, и роста они были небольшого, и их ноги были очень маленькими.
Дедушка спал на диване в гостиной и храпел, стиснув зубы. Его ноги были жирными и рыхлыми, как толстое разваристое тамале [3] , и он припудривал их тальком и впихивал в белые носки и коричневые кожаные туфли.
3
Тесто из кукурузной муки, обернутое кукурузными листьями, приготовленное на пару.
Ножки бабушки были маленькими, как розовые жемчужины, она обувала вельветовые туфельки на каблуках и ходила, пошатываясь, но все равно носила эту обувь, потому что именно в ней выглядела привлекательно.
У малыша было десять пальцев на ногах, бледных и прозрачных, как у саламандры, и он принимался их сосать, когда был голоден.
Ноги матери, полные, но аккуратные, похожие на вышитых белых голубей, которые скатились на пол, вниз, по деревянным лестницам, по клеточкам классиков – пять, шесть, семь! – и взмыли в небо.
– Хотите?
Она протянула бумажный пакетик, в котором мы обнаружили одну пару лимонно-желтых туфелек, одну пару красных и одну пару балетных, которые когда-то были белыми, но теперь стали пыльно-голубыми. Мы поблагодарили и дождались, пока она уйдет на-верх.
Уррра! Сегодня мы Золушки, потому что обувь нам по размеру, и мы смеемся, глядя на ноги Рейчел, напялившей серый женский носок на одну ногу и женские туфли на каблуках – на другую. Вам нравятся эти туфли? По правде говоря, очень страшно посмотреть на ногу, которая больше не твоя, и увидеть, что она длинная-предлинная.