Дом интриг
Шрифт:
— Приходите завтра. Сейчас ее нет дома, но я клянусь, что с ней все в порядке, — отчаянно крикнула она.
— Если вы с ней что-нибудь сотворили, я убью вас!
В голосе Джефа неожиданно зазвучали страшные нотки. Мысли о нем придали мне сил. Я рывком освободила одну ногу и изо всех сил толкнула ею столик, на котором стоял поднос с кофе. Все это с грохотом полетело на пол.
Глава двенадцатая
— Она там! — услышала я взволнованный крик Джефа.
— Нет, вы не имеете права туда входить!
Дверь в комнату
Через несколько секунд он уже освободил мне руки и развязал платок, который стягивал мне рот.
— Дженни, милая, слава Богу, что с тобой все нормально!
Я заметила слезы в его глазах.
— Джеф… О, Джеф!.. — шептала я, еле ворочая языком.
Я посмотрела туда, куда смотрел и Джеф, и увидела тело Кевина, возле которого распласталась Аннелиза. Пот выступил у нее на лбу, губы беззвучно шевелились.
— Она… Она ударила его кочергой в припадке ярости, потому что он пытался помешать ей. Он… Он хотел увести меня отсюда. Она убила его. Он не имеет к ней и ее гнусному плану никакого отношения! — восклицала я, еще не совсем придя в себя.
Джеф резко оттолкнул Сару от Кевина и склонился над ним.
— Он не мертв. Пульс есть. Дженни, ты можешь позвонить в «скорую помощь» и в полицию?
Чувство невыразимого облегчения затопило меня. Тело мое ныло, губы и язык еле шевелились, но я была в безопасности и наделялась на то, что Кевин выживет. Усилием воли я подавила подкатывавшую к горлу тошноту и, шатаясь, вышла из комнаты в холл. Мне трудно было поднять трубку и набрать нужный номер, и я принялась энергично растирать затекшие руки, по которым тут же побежали мурашки. Я уже начала успокаиваться и смогла сносно объяснить дежурному офицеру, что мне от него надо. Потом я вызвала доктора Райяна.
Мне не хотелось возвращаться в гостиную, не хотелось видеть ее лицо, но оставаться в холле было страшно.
Когда я вошла, то увидела, что под спутанные, испачканные в крови волосы Кевина уже подложена подушка. У него было опавшее, смертельно бледное лицо.
Я вопросительно посмотрела на Джефа:
— Как он?
— Не знаю, но пульс четкий.
Он положил руки на плечи Аннелизы и решительно усадил ее на стул. Ее глаза выкатывались из орбит, а с уголков искаженного в гримасе рта стекала слюна. Она затравленно смотрела перед собой и шептала:
— Отпустите меня… Пожалуйста, отпустите меня… Пожалуйста…
Джеф не обращал на нее никакого внимания. Я тоже пыталась не смотреть на нее. Я рассказывала ему о том, как по возвращении на ферму догадалась о ее попытках убить меня и о том, что она не мать мне.
— Слава Богу, что ты пришел вовремя, Джеф. Но… где ты пропадал столько времени? Ведь целая вечность прошла после твоего звонка, когда она сказала тебе, что я уже легла спать.
— Я звонил не из Балликейвена, а из телефонной будки на обратной дороге из Галвея. Но я не знал, что ты открылась ей, и поэтому полагал, что с тобой ничего не случится до моего появления. Я знал, что она должна была представить все как несчастный случай,
— Если бы все дело было только в деньгах, ничего бы не было. Но тут другое. Сегодня она настроилась убить меня, потому что увидела, что я заподозрила правду, и получила подтверждения своим подозрениям, когда вернулась сегодня вечером на ферму.
Глаза затравленной женщины шныряли по комнате, словно в поисках пути спасения. Это были страшные глаза.
— Кевин… Кевин… Кевин… — стонала она. — Кевин, любимый, ты единственный мужчина, которого я любила. Если бы она вовсе не приезжала, ничего не было бы. Почему она приехала? Зачем ей понадобилось ворошить прошлое?
«Зачем? — спросила я себя. — Почему я не последовала предостерегающим советам Энджи? Но с другой стороны, если бы я не приехала, я не встретила бы Джефа».
— Кевин… Кевин… Кевин… Что со мной будет?..
Кевин слабо застонал, словно в ответ на ее жалкие всхлипы. Она порывисто вскочила со стула, но тут же оглянулась на Джефа. Тот молча кивнул и сам направился к раненому, на секунду выпустив Аннелизу из поля зрения. Воспользовавшись этим, она мгновенно выскочила за дверь.
Джеф резко оглянулся и тут же бросился вдогонку. Задержавшись в дверях, он крикнул:
— Дженни, оставайся здесь!
Я в оцепенении наблюдала за ними. Страх вновь начал подниматься во мне. Я не знала, за кого боялась — за себя или за Джефа, — я знала только, что не могу оставаться одна в этом доме. Может быть, я опасалась, что она вернется сюда? Напряжение последних часов начало сказываться. Я не могла рассуждать логически. Подождав минуту, я тоже выскочила из дома.
Ночь была темная и ветреная. Такая ночь могла нагнать страху на любого, не то что на меня. Казалось, я очутилась в вакууме, в мире пустоты. На меня налетел порыв ветра. Дыхание у меня перехватило. Голове стало немного легче.
Я отчаянно вглядывалась в черноту, не видя ни Аннелизы, ни Джефа. Воющий ветер и шум моря заглушали звуки шагов. В панике я бросилась к прибрежной дороге, то и дело спотыкаясь, падая и поднимаясь вновь.
— Джеф!.. Джеф!.. Джеф!..
Теперь-то я знала, что боюсь за Джефа. Он был силен, но безумие и отчаяние придали Аннелизе сил вдесятеро больше.
— Джеф! Отпусти ее! Отпусти ее!
Мой дикий крик вернулся ко мне эхом и тут же потонул в морских волнах, подгоняемых сильным ветром.
По небу пробежал луч яркого света, и пустынная местность вдруг осветилась. Страх захлестывал меня все новыми и новыми волнами. Я почти не обращала внимания на машину, появившуюся позади меня и приближающуюся на огромной скорости. Я видела только утес впереди, на котором два маленьких силуэта то и дело сливались в один.
Потом я увидела, как Аннелиза принялась изо всех сил лупить кулаками державшего ее Джефа. Тогда он схватил ее за запястья. Она отчаянно сопротивлялась, билась из стороны в сторону, лягалась. Обе фигурки закачались, и я увидела, как Джеф споткнулся на самом краю обрыва и отпустил ее. Мое сердце, казалось, остановилось в ту минуту.