Дом Империал
Шрифт:
Если сегодня я и поняла что-то, так это то, что тьма — это не отсутствие света. Настоящая темнота начинается, когда пропадает надежда. Надежда на то, что однажды все изменится к лучшему, что свет вернется.
Открыв глаза, я увидела Чейза. Он сидел напротив меня и сжимал другую руку Марсила. Мы оба разделили с ним последние мгновения его жизни и проводили дальше.
— Ты оказала ему должное почтение и достойно проводила, — сухо сказал он.
Я качнула головой и повернулась в другую сторону. Дэниел торопился к нам.
— Мы подвели
Дэниел возник передо мной раньше, чем я успела сказать хоть слово. В его глазах буквально горели огоньки. Это зрелище помогло мне еще на шажок выбраться из пучины черной безысходности, горе никуда не делось, но я постепенно возвращалась.
— Ты в порядке? — его волнение было настолько сильным, что казалось, пропитало весь воздух. Вероятно, он хотел ко мне прикоснуться, но по какой-то причине удерживал себя от этого: его руки были нерешительно опущены.
— Я да, — срывающимся голосом отозвалась я, — но вот Марсил заплатил слишком высокую цену, — сердце сжалось, я с трудом сдержала слезы.
Наконец, он перестал бороться и мигом притянул меня к себе. Его грудь нервно вздымалась. Только сейчас я поняла, как близок он был к срыву.
— Только подумать, стоит на секунду отвернуться, как тебя уже пытаются убить.
И это правда. За столь короткое знакомство, он уже не раз спасал мне жизнь. Мало того, меня похищали прямо из-под его носа. Он достал почти потерявшую память меня из того ужасного резервуара, а теперь, вот, я сижу рядом с трупом одного из его друзей. Ведь мы все знали, на его месте могла бы лежать я. Даже если Лаусу я нужна живая — на войне всякое бывает.
Округу огласил гортанный рев Лексена, от чего огромная платформа задрожала. Выброс его энергии был огромен.
— Эмма? — Хоть он на меня конкретно и не смотрел, я, все же, ответила:
— Ее задело взрывной волной, но она жива. Стар должна доставить ее в дом Даркен.
На его лбу и щеках проступили чешуйки. Все предусмотрительно отшатнулись.
Лексен рухнул рядом с братом. Налицо читалось полнейшее опустошение. Боль была настолько глубока, что, казалось, следы от нее останутся навсегда. Похоже он уже никогда не будет прежним. Это событие изменило его.
Он положил обе руки на мертвую грудь Марсила.
— Как это произошло? — жестким голосом коротко спросил Дэниел. Вспоминал ли он сейчас момент, когда пропал его старший брат?
— В него запустили снарядом из легрето, — с трудом проговорила я, — какой-то водяной кристалл, созданный с помощью камня Старзлайт. Он погружался глубже и глубже в его плоть. А потом разорвался.
Тем временем больше Даэлайтеров окружали нас. Я узнала только нескольких, остальных же видела впервые. Отец Даркен с удрученным видом опустился рядом с сыном.
— Марсил, нет… Сынок…
К ним присоединился Джеро. Он присел у головы Марсила. Все трое, они положили руки на его тело и склонили головы. Сил смотреть на это не осталось — слезы так и застили
Гнетущую тишину нарушил Чейз:
— Калли пыталась его спасти. Она все это время держала его за руку. Он ушел не в одиночестве.
Никто не проронил ни слова. Наконец, старший оверлорд поднял глаза. Его висок украшали такие же символы, как у Лексена. В лице угадывались черты всех трех сыновей.
— Благодарю за то, что достойно проводила Марсила, — постаревшим голосом сказал он, — мы никогда не забудем этого.
Слезы еще сильнее полились из глаз, я только, молча, кивнула — слов не было. Дэниел поднял меня на руки и прижал к себе. Впервые я ему не сопротивлялась. Силы кончились, душа болела, тело ныло, от переживаний сердце рвалось на части.
— Нужно отнести Калли в Империал, — услышала я голос Дэниела. Не знаю, кому он это говорил, ведь я уткнулась носом в его шею, и даже головы повернуть не могла, — она истощена, ей необходима подзарядка.
Невнятные голоса в ответ. Что-то о прощальной церемонии. Но мы двинулись вперед и я, видимо, отрубилась, ведь очнулась уже в кровати Дэниела. Тут же в сознание ворвалась пестрая толпа воспоминаний, и я потерла горящие глаза. По ходу, передо мной стояла великая цель наплакаться за всю жизнь, а сколько себя помню, я и ревела-то всего несколько раз.
Я села на кровати и уставилась на руки, по кусочкам собирая себя заново. К счастью гнетущая тьма, эта изматывающая, высасывающая все силы депрессия, наконец, отступила. Да, теперь я поняла, что отчаяние и безысходность — точный знак того, что слишком долго я не находилась в контакте с Дэниелом или этой землей. Сначала пропадала надежда и ощущение счастья, затем ухудшалось психическое и физическое состояние. Одно за другим приведет, в конечном счете, к смерти.
Как хорошо, что рядом со мной мужчина, который сделает все, чтобы я не перешла в мир иной.
Окон в комнате не было, не понятно, какое сейчас время суток. Но и без этого я чувствовала, спала я очень долго. Одна за другой меня догоняли яркие картинки: стирание памяти, кучки пепла, оставшиеся от тех Даэлайтеров, умирающий прямо на моих глазах Марсил. Блин, ну как столько много дерьма могло произойти за такое короткое время, а?
— О, уже проснулась.
Я вскинула голову. Дэниел стоял в проеме, подпирая широченным плечом косяк. Он внимательно смотрел на меня.
— Как Эмма? — скороговоркой спросила я.
Он скрестил руки.
— В порядке физически, но неимоверно расстроена из-за Марсила. Даркены надеются в скорости провести прощальную церемонию, но не уверен, что это получится, пока не разберемся с Лаусом.
Не уверена, что готова к этому. Ну хотя бы не нужно тут же все решать. Но неимоверно хотелось поддержать новых друзей и почтить того, кто сражался рядом со мной.
Надеюсь чуть позже смогу найти в себе достаточно сил, чтобы присутствовать там.