Дом без ключа
Шрифт:
Но ведь Брэд похоронен в длинном сосновом ящике на Апианге!
Кельнер принес кофе. Чан молчал, искоса внимательно наблюдая за Джоном. Наконец, он решился заговорить:
– Вы хотите что-то сказать мне?…
Джон очнулся. Он как будто совершенно забыл о существовании сыщика. Что делать? Тяжелые сомнения. «Неужели он, Уинтерслип, поведает сыщику-китайцу, в этом грязном ресторане «All American» всю подноготную печальной истории? А как отнесется к этому разглашению семейных тайн тетя Минерва? Ведь честь их семьи, почтенной семьи
Лицо Чана просияло.
– О, теперь мы подходим к преддверию чего-то важного. Брэд, работорговец, хозяин «Maid of Shiloh», на котором Дэн был старшим офицером.
– Но ведь Брэд похоронен на Апианге!? – возразил Джон.
– Да, но кто видел его труп? Прошу извинения за этот вопрос. Разве ящик был открыт? О, нет! – Глаза Чана засверкали. – Пожалуйста, вспомните поподробнее обстоятельства дела. Шкатулка из дерева! Инициалы Т. М. В. Все еще глубокая тайна, но мы уже сдвинулись с мертвой точки, мы уже идем вперед!
– Да, по-видимому! – вставил Джон.
– Вот, что мы можем установить, – продолжал Чан. – Мистер Дэн Уинтерслип отдыхает на lanai, читает газету. Вдруг ему попадается на глаза эта заметка. Он вскакивает. Спешит, мчится в гавань, чтобы сдать письмо с просьбой: «Похороните шкатулку на дне Тихого океана». Зачем? – Чан порылся в карманах и вытащил оттуда лист бумаги с расписанием прихода и отхода пароходов. – Как раз в прошлую субботу «Сонома» входит в гавань. Среди пассажиров… да… Томас Мэкен Брэд и его почтенная супруга из Калькутты. Здесь сказано, что «Сонома» идет транзитом. В ночь на понедельник мистер Дэн Уинтерслип коварно убит.
– Так вы думаете, что мистер Брэд может играть в нашем деле выдающуюся роль? – спросил Джон.
– Возможно. Торопиться пока некуда. Сегодня вечером не отходит ни один пароход. Где же мистер Брэд? Посмотрим… – Чан взял счет кельнера. – Нет, прошу покорно извинения, но предоставьте мне честь уплатить за этот ядовитый напиток.
На улице они расстались.
– До завтра, мистер Уинтерслип! – проговорил Чан. – Примите мои искренние поздравления за сегодняшний крайне плодотворный вечер. До свиданья!
Джон вскочил в трамвай, шедший в Вайкики. Вытащил трубку, набил ее и закурил. Ну и денек же выдался сегодня! Ему казалось, что с того момента, как ступил на сушу, он прожил целую жизнь. Заметив, что табачный дым попадает в лицо его соседке – усталой маленькой японочке, он попросил извинения, выбил трубку о ручку и сунул в карман. Японочка с боязливым удивлением посмотрела на него; еще никогда никто не просил у нее извинения. На скамейке позади Джона несколько юных гавайцев, украшенных гирляндами, играли на стальных гитарах и пели меланхолическую любовную песенку. Трамвай с шумом несся во мраке ночи, наполненной ароматами; Джон откинулся и закрыл глаза.
Часы
Он ехал на трамвае по тихоокеанскому острову. За его спиной темнокожие юноши пели старинную заунывную песенку, а луна освещала темно-красные сказочные деревья. И где-то на этом маленьком острове спал под сеткой от москитов человек по имени Томас Мэкен Брэд. Или он бодрствовал и думал о Дэне Уинтерслипе?
Глава ХІІІ. Багаж в комнате №19
На другое утро Джон с трудом мог заставить себя проснуться. «Боже! Уже девять часов. Надо спешить в банк». В первый момент он не мог сообразить, почему над ним сетка от москитов. «Ах, да! Ведь я в Гонолулу».
Вчерашний день встал в его памяти. «Он, Джон Уинтерслип, отпрыск почтенной и уважаемой семьи Уинтерслипов, оказался волею судеб спутником и помощником сыщика-китайца, он допрашивал «Вайкикскую вдову», – даму с весьма сомнительной репутацией, он разыскивал следы, заметенные убийцей».
Сойдя вниз, он встретил Барбару, похудевшую, бледную и печальную. И снова в нем вспыхнул гнев против убийцы или убийц, оставшихся неизвестными и причинивших столько мук и страданий его кузине.
– Ну, что нового? – спросила мисс Минерва, дождавшись ухода Барбары.
– Довольно много! – ответил Джон. – Газета с оборванным углом дала нам в руки очень важные нити. – И он передал ей о встрече с миссионером и о том, что в данное время в Гонолулу проживает человек по имени Томас Мэкен Брэд.
Несколько минут мисс Минерва молчала.
– Так, значит, Дэн был работорговцем, – проговорила она. – Восхитительно! А ведь такой славный малый! Но я уже давно познала жизненную истину: чем яснее улыбка, тем мрачнее прошлое…
В дверях появился Хаку и вызвал Джона к телефону.
– Я говорил с Чарли Чаном, – сказал он, вернувшись в столовую. – В отеле «Рифы и пальмы» проживает чета Брэдов, и я условился через четверть часа встретиться там с Чаном.
– Отель «Рифы и пальмы»? – переспросила мисс Минерва. – Вот видишь, все следы ведут к Эгану. Держу пари, что он убийца. Ставлю полное собрание сочинений Броунинга против одного современного романа.
– Проиграешь, тетя! – улыбаясь, ответил Джон.
На морском берегу, неподалеку от отеля «Рифы и пальмы», Джон увидел пожилую англичанку, сидевшую за мольбертом. Она делала попытку закрепить на полотне сказочно-дивный ландшафт, но, заглянув через ее плечо, Джон увидел обычную дамскую мазню. Хэллет с Чаном ждали его в саду.
– Чудное утро! – сказал Чан. – Приятный день, чтобы отправиться по новому пути, который неизбежно приведет к важному открытию.