Дом аптекаря
Шрифт:
Он задумчиво покачал головой:
— Зависит от того, что вы подразумеваете под снами. Если ваши собственные планы, проекты, тогда да — они для того и существуют, чтобы те или иные события случались. Если же речь идет о подсознательных ночных сновидениях, то это уже совсем другое дело. Ваш сон я бы даже не назвал пророческим. Нам снится чья-то смерть, когда мы не хотим, чтобы этот человек умирал. Сон отражает наш страх. А то, что поездки на мотоцикле опасны, это ведь общеизвестно, не правда ли?
— Я должна была предупредить его. Должна
— Даже если бы вы что-то сказали, он бы не послушал. Маартен был упрям как баран. Весь в меня.
Рут стало полегче.
— Из-за этого сна мне ни с кем не хотелось общаться. Я чувствовала себя кем-то вроде ведьмы. Кем-то, кто наводит на людей порчу.
— Не осложняйте себя жизнь, тем более что для этого нет никаких оснований. Сны даны нам в помощь. Прислушивайтесь к ним, но не позволяйте им контролировать вас. И, Рут, постарайтесь сделать так, чтобы ваша дружба с Жожо не расстроилась из-за Спрингера. Навестите ее. Она все еще в больнице. Если уже нет, то позвоните. Думаю, сейчас она готова поговорить.
Глава двадцать четвертая
Рут проснулась среди ночи. Вдруг. Ни с того ни с сего. В маленькой спальне наверху. Она посмотрела на будильник.
Ровно три часа.
Душно, жарко. Неспокойно. Она перевернула подушку прохладной стороной вверх. Потом встала и выключила обогреватель.
Вернувшись домой, Рут заглянула к Лидии, но ненадолго. Старуха вела себя невыносимо: дулась, капризничала, несла какой-то вздор. Медовый месяц их совместного проживания утратил недавнюю сладость. Впрочем, Рут не расстроилась. Вечер вполне можно провести наедине с собой, не чувствуя при этом никаких моральных обязательств. Прежде чем ложиться спать, она успела пролистать около сотни книг.
И вот теперь, сидя в постели, Рут пыталась разобраться, что же все-таки ее разбудило, что заставило открыть глаза и подняло крышку сна.
Может быть, книга по серебрению и обрамлению зеркал, которую она просмотрела перед сном, так подействовала на воображение? Нет, вряд ли.
Поведение Лукаса?
Мысли о Киде?
Или ей просто что-то приснилось?
Да, наверное. Рут сосредоточилась на тьме, в которой пребывала несколько секунд назад, но никакие усилия не могли вернуть ускользнувший сон. По-видимому, он принадлежал к другой, параллельной зоне памяти, недоступной ее сознанию.
Разгадка пришла извне.
Свет в окне.
Свет в одном из окон второго этажа передней половины.
Рут поднялась и сунула ноги в шлепанцы. Подошла к боковому окну. Пригляделась.
Никаких признаков жизни. Только одна голая лампочка, сияющая в пустом чулане.
Почему?
Глупо, но в памяти всплыли бессмысленные причитания Лидии.
Иногда он приходит, когда я куда-то ухожу. Или ночью, когда сплю. Роется в моих вещах. Я его слышу. Любит перебирать хлам, когда думает, что меня нет рядом.
Он, то есть Сандер.
Мысленно
Эффект Сандера уже начал сказываться на Рут. Просиживая часами в гостиной, она пролистывала его книги, читала его пометки, обдумывала его мысли. Здесь повсюду звучало его эхо. Поковыряться в трещинке на подлокотнике кресла, и там обязательно обнаружился бы волосок Сандера, обрезок ногтя — некая толика атомов призрака, столь легкомысленно потревоженного ею.
Так что же, неужто действительно таинственный братец является в дом в глухой час ночи по каким-то своим, темным, потусторонним делам? Что он здесь оставил? Что потерял? Что ищет?
Точно не установлено, способна ли эктоплазма шнырять по комнатам и производить беспорядок, как, впрочем, не доказано и само существование такой эктоплазмы.
Рут спустилась вниз и прошла по коридору на половину Лидии. Заглядывать в спальню не было необходимости — из комнаты доносился напоминающий работу пневматического отбойника храп.
Не включая фонарик, Рут постояла у лестницы. Прислушалась.
Тишина.
Она подождала еще немного.
Если Сандер, или кто-то там еще, услышал ее, то происходящее превращалось в игру: кто кого переждет.
Не шевелись, замри, пока не убедишься, что ничего не услышишь. Но тот, другой, возможно, знает, что ты здесь, и тоже ждет, тоже замер, так что, если ты ничего не слышишь, это еще ничего не доказывает.
И что дальше?
Сойти с места, сделать шаг и обнаружить себя? Или оставаться на месте, не двигаться и провести всю ночь, более или менее сносно изображая манекен? Такой вот небогатый выбор вариантов. С учетом расположения дома, человек, находящийся у подножия лестницы, имеет тактическое преимущество. Выход блокирован, если только тот, кто находится наверху, не имеет — как Чет Бейкер — привычки выпадать из окна.
Рут тихонько выругалась.
Или там кто-то есть, или там нет никого. В кино ей такие ситуации не нравились. Почему же она терпит ее сейчас?
Включив фонарик, она решительно, уже не беспокоясь, услышит кто-то или нет, шагнула на лестницу. Как ни удивительно, страшно не было. В пустой задней комнате на втором этаже, той, где горел свет, никого не обнаружилось. Рут щелкнула выключателем и закрыла дверь. Потом на всякий случай проверила верхние комнаты, заднюю и переднюю.
Никого.